Читаем Игры олигархов полностью

— Ладно тебе стращать-то! А то я сейчас обоссусь и за канаты убегу! — Еремей показал Клептоняну, чтобы тот вложил ему в рот капу, и приготовился к команде начать бой.

— Может быть, тебе лучше выйти? — Геродот с улыбкой посмотрел на Офелию. — Или у тебя с нервами все в порядке?

— Ты мне скажи, когда лучше закрыть глаза. — Офелия ответила Сидеромову жемчужной улыбкой и пригубила заказанное им для девушек пиво. — Божественно!

— А как ты думаешь, кто из них победит? — Вероника взяла своими тонкими смуглыми пальцами бокал и посмотрела через его содержимое на ринг. В ее перламутровых ногтях на указательных пальцах были просверлены дырочки, а в них закреплены колокольчики, которые при движениях рук чуть слышно позвякивали. — Мне кажется, что Таран больно жирный! У него что, диабет или сердце больное?

— У Димона, конечно, хороший запас, но он очень опытный боец, а Ерема еще только начинает. — Геродот открыл новую пачку сигарет и устроил ее посреди стола. — Смолите, девочки! Давайте устроим для Еремы дымовую завесу!

— Вы меня извините, мне сейчас выступать. — Вероника встала, и к ней тотчас устремились два ее охранника. — Я потом вернусь, ладно?

— Мы будем ждать. — Сидеромов посмотрел девушке в глаза. — Столик не забудешь?

— Теперь — нет, — ответила танцовщица улыбкой и скрылась за разгоряченными спинами зрителей.

— Какой ты влюбчивый! — Офелия погрозила Геродоту пальцем. — Ты видел, как ее берегут? Будь осторожней!

— Смотри-ка, Стасик, наша Вероничка уже к молодому человеку подсела! — Морошкина покачала головой, отмечая легкомысленность дочери своей одноклассницы. — Как теперь все просто! А вот уже и упорхнула! Хорошо еще, что Федя с ней не столкнулся.

— А в наше время разве сложнее было? — улыбнулся Весовой. — Ваня, ты пей сок, это настоящий, не порошковый и без димедрола.

— Спасибо. — Ремнев покорно взял бокал с апельсиновым соком. — А как вы думаете, Станислав Егорович, кто из них победит?

— Даже не знаю, Ванюша. — Весовой глотнул пива и поставил кружку. — Эта марка поприличней. Если тот, который легче, не испугается, может быть, и осилит этого бегемота. Я помню, у меня тоже был такой случай на ринге…

— Ну вы-то, наверное, друг друга так не избивали? Только руками ведь, верно? А они, ты видишь как, только что еще не кусаются! — Софья махнула в сторону ринга рукой. — Ты бы согласился так драться?

— Вопрос провокационный! — Стас смерил бойцов взглядом. — Ты знаешь, Морошка, те, кто сидит в зале или у экрана телевизора, всегда считают себя ничуть не слабее тех, кто перед ними бьется, а выпусти их самих — они предстанут в самом плачевном виде. Нет, я бы не согласился! На войне — я понимаю, а за деньги калечиться, не видя в противнике смертельного врага, — нет! Ты права, бокс — это другое дело. И самбо тоже. И любой другой вид. А здесь, мне кажется, слишком много риска. Ты пойми меня правильно. Я не в том смысле, что боюсь, — просто не могу оправдать. Что с этими парнями через пару лет будет?

По установившейся традиции бой за звание чемпиона в супертяжелом весе предваряет выступление стрип-рок-балета «Янтарная комната». — Голос Нашатыря стал торжественно-томным. — Еще раз поприветствуем нашу очаровательную, неповторимую гостью — звезду, понимаешь, и стриптиза, как говорится, и рока, это самое, и балета! Эвридика Ксешинская! Аплодисменты изо всех сил!

Раздалась призывная музыка. На ринг вышла Вероника. Она держала в вытянутых вверх руках белый квадрат с черной цифрой «1». Артистка триумфально смотрела в пространство, по очереди обращалась ко всем сторонам света и улыбалась.

— Звучит гонг, и наши бойцы начинают бой за титул чемпиона в тяжелом весе открытого первенства ООО «Девять миллиметров» по боям без правил, — предварил Нашатырь команду рефери. — Теперь все зависит от самих бойцов, от их, как нам, на самом деле, внушали в рядах Вооруженных сил, боевой и политической подготовки!

— Ты сам берегись его удара коленом! — предупредил Клептонян. — Кстати, он его взял из тайского бокса и бьет, надо заметить, вполне отменно. Я сам видел, как он сломал дна ребра своему противнику на соревнованиях «Русская битка». А тот мастер весил под сто пятьдесят килограммов, и это, я тебе скажу, немало!

Пока противники стояли в своих углах, Уздечкин смерил взглядом князя и подумал: неужели этот старик и взаправду такой непобедимый боец, что против него ничего не значит даже кабанья туша Таранова? Дима тем временем слушал напутствия Валежникова и заговорщицки улыбался. Волосов пригласил участников на центр ринга и объявил о начале боя. Бойцы пожали друг другу руки и отступили, готовясь к схватке.