Он понимал, что Люцифер предусмотрительно не наделил его никакими сверхъестественными возможностями. Юноша не смог бы летать по воздуху или ходить по воде. Он оставался уязвимым для различных болезней и, очевидно, даже смерти. Но он существовал со знанием того, что приобщен к Царствию Тьмы, в котором не будет играть роль простого материала, обреченного после короткой и, как правило, несчастной жизни вечно испытывать ни с чем не сравнимый ужас! Он знал, что не одинок, — на него сделана ставка!

Тогда же он понял, что его судьба решилась в возрасте девяти месяцев от роду, когда он фактически умер от удушья, но врачи благодаря некому чуду спасли его, что сделали, конечно, по его собственному заключению, совершенно напрасно. Ведь именно в то время, когда они суетились возле его уже безучастного ко всему происходящему во вселенной тельца, между Богом и Дьяволом шел спор за его еще неприкаянную душу. И вот эти два самых великих правителя всего сущего решили поставить именно на этой душе свой эксперимент, в ходе которого каждый из них станет по-всякому склонять ее в свою сторону. Что ж, им это удалось. Он был рабом и того и другого, становясь во время исполнения заданий чуждой самому себе куклой, либо истово молящейся в храме, либо с улыбкой истязающей и поедающей свою беззащитную жертву.

Но это случилось не сразу: своего первого человека, какую-то пьяную бабу, он отправил в другое измерение всего лишь лет пять назад. Она даже не сразу поняла, что немного ошиблась в выборе собутыльника и любовника в одном лице. Тогда он умело схоронил остатки своего ритуала, продиктованного ему Люцифером, и до сих пор не встречал о своем дебюте никаких страшных историй в прессе.

Конечно, у него еще был шанс избежать своего рабства у Князя Тьмы, когда во время отсидки он стал общаться с миссионером от какой-то западной, то ли американской, то ли канадской, церкви. Тот человек не был ни православным, ни католиком: он много говорил о свободе выбора каждым человеком своей собственной судьбы, о постоянной борьбе Бога и Дьявола за человеческую душу, о том, как иногда сложно, почти невозможно отличить зло от добра и что они, по некоторым теориям, даже составляют единое целое, как, например, душа и тело, — жизнь невозможна без тела, а тело безжизненно без души.

Ему очень нравились встречи с седым человеком с чересчур широко расставленными глазами и следами заячьей губы под крупным, постоянно воспаленным носом. Он считал, что должен полюбить внешность этого человека и даже странный, очень неприятный запах, исходящий от кожи и дыхания неизменно подтянутого, не совсем правильно говорящего по-русски миссионера.

Выйдя на свободу, он, наверное, должен был найти представителей этой церкви, но, честно говоря, просто поленился и все откладывал на потом, а сам, стараясь не замечать этого, все больше попадал в зависимость от Люцифера.

Глава 45. Новоселье в «Окоеме»

— Эти дети — не подставные и не ряженые. То, в чем они пришли в этот дом, — их повседневная одежда, такая же как их занятия, о которых они, скорее всего, никогда не станут вам рассказывать. — Группа подростков с любопытством и вызовом заглядывает в окна двухэтажного дома. Голос ведущей продолжает: — Сегодня программа «Детская тема» приглашена на новоселье к питерскому беспризору. Мы знаем, что есть люди, способные отобрать у ребенка самое последнее, вплоть до жизни, но есть и другие люди, это те, кто готов бескорыстно и самоотверженно отдать ребенку все самое лучшее — свои любовь и заботу, свое участие в судьбе подрастающего человека. Благодаря щедрости таких людей и появился в нашем городе приют «Окоем». Можно с уверенностью сказать, что создание этого прибежища для детей стало возможно благодаря усилиям двоих людей, мужа и жены, Зинаиды Гурьевны и Федора Даниловича, — именно они уже много лет вынашивали идею создания подобного дома и вот, несмотря на массу неудач, все-таки добились положительного результата! Сейчас у приюта есть главное — помещение и средства к существованию. Конечно, один приют, не сможет вместить всех неустроенных детей Санкт-Петербурга, но мы очень хотим верить, что подобные начинания будут поддержаны другими состоятельными людьми, понимающими, что у каждого человека должно быть более или менее сносное детство. На долгожданное, но неожиданное новоселье собрались самые разные люди, даже по одежде которых можно понять, что судьбы детей небезразличны и служителям Церкви, и врачам, и сотрудникам милиции, ну и, конечно, нам, журналистам. Перед торжественной церемонией открытия мы обратились к директору приюта «Окоем», врачу-педиатру Федору Даниловичу Бороне: скажите, пожалуйста, что происходит с теми детьми, которые оказываются на улице?