От этого откровенного предложения у меня учащенно забилось сердце, но я внимательно посмотрел на Кейт и ответил:

– А можно в другой раз?

– Конечно. – Она улыбнулась. – Значит, увидимся в пять утра.

– Наверное, чуть позже пяти. Скажем, в восемь.

Кейт снова улыбнулась.

– Спокойной ночи. – Она направилась к двери, которую перед ней со словами приветствия распахнул швейцар.

Я посмотрел, как она проходит через вестибюль, затем повернулся, сел в машину и назвал свой адрес. Водитель, видимо, ушлый парень, почему-то с тюрбаном на голове, сказал:

– Наверное, это не мое дело, но, по-моему, леди хотела, чтобы вы пошли с ней.

– Ты так думаешь?

– Да.

Я уставился в окно. Странный выдался день. А завтрашний будет совсем неприятный и трудный. А потом, может, вообще не будет никакого завтра. У меня возникла мысль попросить водителя вернуться обратно к дому Кейт. Но вместо этого я сказал, намекая на его тюрбан:

– А ты, случайно, не джинн?

Он засмеялся.

– Да. Можете загадать три желания.

– Ладно.

Я загадал про себя три желания, но джинн потребовал:

– Вы должны сказать их мне, иначе я не смогу их выполнить.

– Мир во всем мире, душевное спокойствие, понимание со стороны женщин.

– Первые два желания не проблема. – Водитель снова засмеялся. – С женщинами тоже могу помочь.

Мы подъехали к моему дому, я расплатился, дав джинну хорошие чаевые, и он посоветовал:

– Пригласите ее куда-нибудь еще раз.

И уехал.

Альфред почему-то все еще находился на своем посту. Я вообще не мог понять, что за график у наших швейцаров; похоже, он был еще более беспорядочным, чем у меня.

– Добрый вечер, мистер Кори, – поприветствовал Альфред. – Хорошо провели день?

– Да, Альфред, денек выдался интересным.

Я поднялся на лифте на двенадцатый этаж, открыл дверь квартиры и вошел внутрь, экономя на осторожности. Честно говоря, я сейчас с удовольствием получил бы по голове, чтобы проснуться в следующем месяце, как это бывает в кино.

Не став проверять сообщения на автоответчике, я все же разделся и рухнул на кровать. Мне казалось, что я устал, как собака, однако с удивлением обнаружил, что заведен, как часовая пружина.

Я уставился в потолок, размышляя о жизни и смерти, о любви и ненависти, о судьбе и случае, о страхе и храбрости и прочей подобной чепухе. Подумал о Кейт и Теде, о Джеке и Джордже, о людях в синих костюмах, о джине в бутылке и, наконец, о Нике Монти и Нэнси Тейт. Последних мне точно будет не хватать. И конечно же, о Мег, дежурном офицере, которую я не знал, но о которой будут скорбеть родные и друзья. Подумал и об Асаде Халиле, надеясь, что у меня будет шанс отправить его прямиком в ад.

В конце концов я уснул, но один кошмарный сон следовал за другим. Дни и ночи стали походить друг на друга.

Глава 35

Асад Халил выехал на оживленную дорогу, по обе стороны которой выстроились мотели, прокатные агентства и рестораны быстрого питания. Огромный самолет шел на посадку в расположенный поблизости аэропорт.

В Триполи ему советовали найти мотель рядом с международным аэропортом Джэксонвилла, где ни его внешность, ни номера машины не привлекут внимания.

Халил увидел мотель «Шератон», это название было знакомо ему по Европе, поэтому он и свернул на стоянку. Поправив галстук и причесав ладонью волосы, Халил надел очки, вылез из машины и направился в здание мотеля. Там в приемной его встретила молодая женщина и с улыбкой промолвила:

– Добрый вечер.

Халил улыбнулся в ответ. Он увидел в вестибюле три указателя, на одном из них было написано: «Бар – Гостиная – Ресторан». Из-за двери доносились смех и музыка.

– Мне нужна комната на одну ночь.

– Пожалуйста, сэр. Обычный номер или люкс?

– Люкс.

Женщина протянула регистрационную карточку и ручку.

– Как будете платить, сэр?

– Карточкой «Американ экспресс». – Халил протянул женщине кредитную карточку, а сам стал заполнять регистрационную карточку.

Борис советовал ему выбирать мотель поприличнее, тогда меньше будет возникать проблем, особенно с кредитной карточкой. Халилу не очень хотелось оставлять фиксированный след и расплачиваться карточкой, однако Борис заверил, что если делать это нечасто, то опасности практически никакой.

Халил заполнил регистрационную карточку, оставив чистой графу, где указывались сведения об автомобиле. В Триполи ему говорили, что в дорогих мотелях можно игнорировать эту графу, а еще, в отличие от Европы, в регистрационной карте не было графы для данных паспорта, и его предупреждали, что клерки не будут требовать паспорт. Борис даже сказал: «Единственный паспорт, который тебе потребуется в Америке, – это карточка „Американ экспресс“».

Так оно и вышло – женщина лишь взглянула на карточку, не задав ни единого вопроса.

– Добро пожаловать в мотель «Шератон», мистер...

– Бейдир, – произнес Халил.