В нацистской среде, несмотря на бескомпромиссность и смелость отдельных ее представителей, всегда было полно готовых продаться государству за мелкий прайс.

Сурковская Администрация президента демонстрировала себя во всей красе: гитлеристы с триколорами, которые собрались драться с антифа, держали транспарант, клеймящий позором фашистов из НБП.

— Пошли на хуй, дебилы продажные, — отвечали нацболы.

С продажностью все действительно было очевидно. Штык-ножи у румоловской массовки никак не напрягали шнырявших вокруг оперативников ФСБ.

На гитлеристах-антифашистах театр абсурда не закончился. Несколько карикатурных кавказских мажоров в красных мокасинах, с непонятными пакетами в руках, ошивались целый день рядом с Лимоновым, его телохранители их отгоняли. Кавказцы светились позже в качестве координаторов на митингах движения «Наши».

Как и 13 апреля, мы были готовы к драке. Хотя в этот раз Кремль мобилизовал куда более серьезных пассажиров. Все могло закончиться нехилым кровопролитием.

Но нацболы Московского отделения провели целый день в мусорском оцеплении. В отличие от бонов со штык-ножами. Впрочем, защиты и подачек от государевых слуг мы не ждали. Пришлось бы — сами бы как-нибудь справились.

В любом случае, столкновений в тот день не произошло. ФСБ, МВД администрация президента, возможно, что-то между собой не согласовали.

Первомай в Смоленске

Абеля я встретил в армянском кафе рядом с метро «Рязанский проспект». Место стрелы сказала мне Лена накануне.

Товарищ Палеонтолог, охранник Абеля, стоял на улице за дверью. Молча кивнул ему.

Политического руководителя Партии заметить было нетрудно. Народу в кафе почти не было. Абель сидел за столом в дальнем углу.

— Здорово, Леха, — он протянул мне руку, — садись. Чай будешь? Или кока-колу какую-нибудь?

— Здравствуйте, Владимир Ильич. Чаю? Чего бы нет.

— Сиди тут, сейчас принесу.

Абель пошел к кассе и вернулся с двумя чашками, из которых торчали пакетики «Липтона».

— Как дела-то вообще? — спросил он меня.

— Дела… Да как обычно. Бригада наша Восточная растет, развивается, это главное дело.

— Рома мне говорил, что самая большая сейчас в Москве бригада у вас.

— Да.

— Молодец ты.

— Да все молодцы, не я один.

— Я слышал про друга твоего, как его там, Дарвин.

— Дарвин отличный боец, да.

— Это хорошо, — Абель улыбнулся. — В общем, сейчас такая тема. Ты ведь в Смоленске был?

— Да. Полгода назад. На смоленский марш «Антикапитализм‑2005» по поручения Фомича ездил. В сентябре.

— Замечательно. Город представляешь?

— Ну, совсем в общих чертах.

— А гауляйтера смоленского знаешь? Саню?

— Нет. Слышал только про него. В сентябре не довелось встретиться. Его в городе не оказалось тогда.

— Ну ладно, это мелочь, в общем, — Абель замолчал. Потом посмотрел пристально на меня. — В общем, смотри. Есть тема на Первомай акцию в Смоленске устроить. Что тебе в Москве делать? Ты ведь сборища эти традиционные все равно не любишь.

— Нет, Владимир Ильич, не люблю. А на акцию я всегда готов, вы ж знает.

— Да. Леха, знаю, — Абель улыбнулся.

— На демонстрациях этих все равно ничего толком не происходи, ни драк, ни прорывов. Только Харчиков, уебан этот, поет.

— Ну, с Карликовым подожди, его может и в Смоленске слушать придется, — усмехнулся Абель. — Смотри, какая тема. Под смоленской областной администрацией первого мая будет митинг коммунистов и профсоюзников. Понятно, там красные бонзы всем рулят. Но народ-то все равно недовольный. Надо захватить администрацию и призвать типа всех этих людей поддержать захват, присоединиться. Если они в само здание пойдут, это прямо почти восстание получается. Человек сто хотя бы, а?

— Круто, да.

— Мы таких вариантов с массовыми захватами не пробовали, а надо попробовать.

— Надо, — я кивнул.

— Губернатор в Смоленске тоже объект подходящий. ФСБшник. Разруха в области полная. Отопления зимой нет. Менты торговлю паленой водкой крышуют. А Маслов, губернатор этот, устраивает спектакли ебаные единороссовские. «Народный собор» называется, или как-то так. То есть политический смысл у акции огромный.

— Понятно.

— Смоляне сами не справятся. Так говорят, по крайней мере.

— Ну, значит мы справимся.

— Да, Леха, об этом и речь. Ты на разведку сможешь туда сгонять? На пару дней. Потом уже с группой из Москвы надо ехать.

— Смогу. Когда?

— В идеале завтра утром там надо быть.

— Значит завтра и буду.

— Отлично, Леха. Тогда мы по электронной почте Сане, гауляйтеру, маякнем. Вписка там есть. Местных тоже по разведке напряги, нечего им совсем расслабляться.

— Понял. А как встретимся там с Саней этим?

— Как встретитесь? Давай в руках у тебя «Московский комсомолец» будет, пополам сложенный. Рядом с автовокзалом есть вроде контора «Сбербанка», Фомич говорил. Давай вы там, рядом с этой конторой, найдетесь. В девять утра. Автобус раньше приедет, у тебя будет время насчет «хвостов» посмотреть.

— Да, очень хорошо.

— Близко к автовокзалу стрела. Вариант поэтому так себе. Но внимания очевидного к Смоленску мы тут, в Москве, не проявляли. Так что чисто все, наверное.

— Понятно.