Читаем Идеализм-2005 полностью

— Деньги вот на все дела, — Абель достал кошелек из нагрудного кармана своей светлой рубашки.

— Ага.

— Хватит?

— Должно хватить, — сказал я, быстро пересчитав, — еще сверху останется.

— Хорошо. Вопросы есть по теме еще?

— Нет, понятно все.

— Отлично, Леха. Удачи там тебе.

— Спасибо, Владимир Ильич.

Ночью я садился в автобус на белорусском вокзале.

* * *

Смоленск я любил. Это была любовь с первого взгляда. Еще осенью мне очень понравились его крепостные стены, не слишком широкие улицы. Простецкое настроение провинции и какая-то затаившаяся сила неуловимо сочетались на берегах совсем еще маленького в этих местах Днепра. Куда приятнее, чем пестрая, вонючая, давящая суетным эгоизмом Москва. «Акция в первый день мая в Смоленске, когда тепло, когда все цветет, зеленеет, когда солнечно, — это политическое действие класса люкс. Даже несмотря на неизбежный прием ментами, допросы, возможный срок», — думал я, когда по ночной автостраде автобус нес меня из запад.

Без десяти девять я стоял около того самого «Сбербанка», что рядом с вокзалом. Дверь под зеленой вывеской была все еще закрыта. Неподалеку ярко отражало восходящее солнце светлое здание вокзала. А так довольно серо было, серые бабки с сумками, серые мусора. Достал газету. С лавочки поднялся коренастый, плечистый парень, быстрой походкой подошел ко мне. С виду — типичный гопник, серая куртка Nike, джинсы.

— Здорово!

— Привет!

— Саня меня зовут!

— Леха.

— Пойдем, Леха. Чего, тут, на вокзале, ворон считать.

— Да, погнали.

— Как доехал?

— Отлично. А у вас тут как дела?

— Да тоже хорошо. Ты надолго?

— На два дня.

— Ну мы так как раз и рассчитали.

Когда мы отошли немного от вокзала, смолянин неожиданно начал оправдываться:

— Леха, смотри, с разведкой помочь никак не могу. Работаю по десять часов каждый день.

— Да ничего страшного. Объект я сам посмотрю. Мне только внутрь здания вряд ли попасть удастся. Может, вы с этим как-нибудь поможете?

— Подумаем чего-нибудь.

— А что со впиской?

— Да есть тут у нас инженер один. Парень новый, не засвеченный.

Но надежный абсолютно. Женя зовут. Он про твой приезд в курсе. Давай сейчас к нему, он тебя ждет. Ему на работу потом.

— Да, давай.

Следующие два дня я провел в комнате коммунальной квартиры. Коммуналка была ветхой, захламленной. Но жилище свое инженер обставил опрятно, даже со вкусом. Этот приветливый парень лет тридцати пяти выделил мне раскладушку, кормил вкусными щами и по вечерам знакомил с классикой британского ска 1970‑х годов.

Днем он работал, а я осматривал объект.

Здание смоленской областной администрации возвышалось посреди центральной городской площади. Напротив фасада, через площадь был небольшой сквер. Серое каменное чудовище с колоннами было настоящим олицетворением власти, имперской мощи. Контраст со смоленскими покосившими двухэтажными домами делал его еще более уродливым.

Техническая сторона захвата была крайне сложной. Коммунистический митинг означал присутствие мусоров и прочих силовиков. На главном входе турникет-вертушка за двумя тяжелыми дверями охранялся несколькими ментами. Двери и окна с боковых сторон — закрыты. Если разбить стекло и залезть, то неизвестно, где окажешься. Внутреннего устройства здания я не знал. Под каким выдуманным предлогом попасть туда мне, студенту из Москвы, я так и не придумал. Те варианты, что приходили мне в голову, выглядели одинаково стремно и палевно.

Перед отъездом я поделился моими опасениями с Саней. Мы сидели вдвоем на скамейке во дворе дома инженера. Смоленский гауляйтер курил «Тройку».

— Саня, попробуй кого-нибудь по красоте в администрацию послать, — говорил я, — надо хотя бы знать куда бежать, если через мусоров прорвемся. Кабинеты, их количество, размер. Особенно на губернаторский стоит внимание обратить. Это сложно, но посмотри, может, получится. Я не знаю, какие у вас в области расклады. Попробуйте придумать байку, типа экскурсия от университета или что-то вроде того.

— Не переживай, Леха, — смолянин махнул рукой, — сделаем. Как-нибудь проберемся.

— Это замечательно просто!

— Все в лучшем виде вам обставим. Только с людьми на акцию вряд ли поможем, я Фомичу писал об этом.

— Люди есть.

— Ну вот и Слава Богу! — смолянин даже вздохнул облегченно.

— Насчет разведки, Саня. В крайнем случае на месте будем импровизировать. Но знать всегда лучше, сам понимаешь.

— Придумаем!

— Ладно, мне на автобус пора, — я протянул Сане руку, — 30‑го тогда встретимся. В сквере том, около вокзала. В девять.

— Помню все, — смоленский командир выкинул бычок. — В Москве всем привет, особенно Фомичу. Наш земляк, как никак.

— Ага, передам. Ну все, погнал я. Пока!

— Пока!

Я быстрым шагом направился в сторону вокзала.

* * *

Вечером 29 апреля, без пятнадцати семь, я сел на скамейку рядом с Макдоналдсом на «Проспекте Мира». Я сел, как водится, не на сиденье, а на его спинку. Так принято, что ли.

Было тепло, дул слабый приятный ветер и пахло одуванчиками. На Москву медленно надвигались сумерки.

Я ждал группу захвата. Всего девять человек вместе со мной. Мы выдвигались в Смоленск.