Читаем Ярость полностью

— Барри думал, что ты будешь для Майкла образцом. Ты всегда так хорошо учился. — Она вздохнула. — Майкл был хорошим мальчиком. Просто он прибился к плохой компании.

Джон кивнул, делая вид, что понимает ее. Возможно, в какой-то степени так оно и было. Джона самого затянуло в компанию Майкла. Как и Алишу Монро. Она постоянно околачивалась у Майкла в доме, после вечеринок оставалась даже на ночь. У нее были любящие родители, умные братья и сестры, которые всегда были среди лучших учеников в классе. Может быть, Джон закончил бы так же, как Алиша, если бы Мэри Элис не погибла? Или же его жизнь все равно пошла бы насмарку, что бы ни происходило?

Лидия тяжело вздохнула.

— Это я заставила его пойти в армию, — сказала она. — Я не дала ему сидеть без дела, когда тебя осудили. Он воевал. Он пытался помочь арабам обеспечить свою независимость, но был ранен в ногу.

Джойс напряглась, и Джон буквально ощущал, как она звенит, словно натянутая струна.

Лидия сняла пушинку с юбки.

— А потом он вернулся обратно в Атланту, остепенился, завел семью. — Она взглянула на Джойс. — Эта девочка, на которой он женился… С ней, очевидно, было что-то не так. Майкл не виноват, что Тим родился таким.

Она произнесла это с большим чувством, и Джон огляделся в поисках фотографии Майкла или его сына. Полка над камином была пуста, если не считать стеклянной вазы с искусственными шелковыми цветами. На строгом металлическом столике у дальней стены лежала аккуратная стопка журналов и телефон маленькой принцессы, похожий на тот, что был у Джойс в детстве. Даже толстый шнур от телефонного аппарата висел строго вертикально, словно боялся вызвать неудовольствие Лидии.

Это место напоминало мавзолей.

— Он получил благодарность за то, что спас жизнь женщине, — с гордостью продолжала Лидия. — Вы это знали?

— Нет. Я не знал.

— Это была автокатастрофа. Он вытащил ее из машин, прежде чем та взорвалась.

Джон не знал, что сказать. Может, Майкл и спас одну женщину, зато он изуродовал жизнь множеству других, продавая наркотики проституткам, насилуя и убивая ради своего извращенного удовольствия.

— Майкл был хорошим, — настаивала Лидия. — Та, вторая его часть… — Она махнула рукой, словно отметая все то зло, что он совершил. — Это был не мой Майкл. Мой Майкл был хорошим мальчиком. У него было столько друзей.

«Скольких же своих друзей он приучил к тяжелым наркотикам, — подумал Джон. — Как Алишу».

— Он подавал такие надежды, — продолжала Лидия.

— Вы не можете так поступать! — Голос Джойс дрожал от злости. — Вы не можете сидеть здесь и рассказывать нам, каким ангелом был Майкл. Он был зверем!

— Джойс… — попробовал унять ее Джон.

Она не знала правил, не знала, как держать себя в руках. Ей никогда не бросали в лицо дерьмо только за то, что кому-то не нравится, как ты выглядишь. Она никогда не пыталась заснуть, слушая, как шестидесятилетний старик за стенкой шепчет о том, какое у тебя прекрасное тело, и в мельчайших подробностях рассказывает, что он хочет с тобою сделать.

Лидия приподняла тонкую бровь.

— Вам следует прислушаться к словам брата, юная леди.

— Не смейте говорить о моем брате!

В глазах Лидии вспыхнуло изумление. Джон понял, что они проиграли. В один момент они потеряли все.

— Вы угрожаете мне? — спросила Лидия.

Джойс вскочила с дивана.

— Вы знали, что это Майкл убил Мэри Элис! — выкрикнула она.

— Ничего этого я не знала.

— Как вы можете его защищать?!

Джон попытался усадить Джойс на диван, но она оттолкнула его.

— Как вы можете сидеть здесь и…

— У вас никогда не было детей, иначе вы поняли бы это, — резко бросила Лидия. — Вы и… ваша подружка.

Джойс сжала кулаки.

— Да, — сказала она, — у меня никогда не было детей. Тут вы правы. Я не воспитала ни одного ребенка. Но убийцу и насильника я тоже не воспитала!

Лидия смотрела на нее так, будто только что получила пощечину.

— Вы не имеете права разговаривать со мной в подобном тоне!

— Вы сказали об этом маме? — допытывалась Джойс. — Вы были у нее в больнице. Именно тогда вы рассказали ей, что случилось на самом деле? Что это ваш ребенок убил Мэри Элис, а не ее!

— Не будем тревожить мертвых, пусть покоятся с миром, — заявила Лидия.

Джон не понял, имеет она в виду Эмили или своего сына. Что касается его самого, то Джон не был уверен, что смерть Майкла принесла ему мир и спокойствие. Стоя там, в этом погребе, он безумно хотел каким-то образом вдохнуть, вбить жизнь обратно в Майкла, сделать все, что угодно, лишь бы оживить его, чтобы иметь возможность убить его собственными руками.

Но он ничего этого не сделал. Вместо этого он занялся Жасмин. Она перестала дышать, и Джон буквально дышал за нее, более сорока минут делая ей искусственное дыхание, пока к маленькому домику, купленному Майклом на имя Джона, не подъехала карета скорой помощи. Те же руки, которые изуродовали Синтию Барретт, теперь вернули жизнь другой девочке. В этом должна была быть какая-то высшая справедливость. В этом тоже должен был быть какой-то мир.