Читаем Ярость полностью

— Не любишь терять над собой контроль? Именно так ты сказала тогда, на вечеринке у Кена, когда я протянул тебе напиток. — Он усмехнулся. — Но потом все равно выпила. Можно было бы постепенно, но ты сразу проглотила все, как рыба наживку. — Он протянул ей зеркальце и снова предложил: — Хочешь?

— Ты сломал мне нос.

— Много теряешь. — Он положил зеркало на столик.

— Просто отпусти меня. — Она так дрожала, что едва могла разговаривать. — Я никому не скажу.

— Ты ведь и сама не веришь, что сможешь выбраться отсюда.

— А где Жасмин?

— Очень скоро ты это узнаешь. — Он откинул голову на спинку дивана и изучающе посмотрел на нее. — А ты не хочешь побольше узнать о Джоне?

— Что именно?

— Задницу Джона перепахала половина тюрьмы. Я просто уверен, что у него СПИД.

Энджи с трудом сделала глубокий вдох и закашлялась от этого усилия. Запястье отдавало болью с каждым ударом сердца. Веревка, высохнув в тепле, еще глубже врезалась в кожу.

— На чем же мы остановились? Тим, верно? — Он коротко вздохнул. — Ему поставили этот диагноз шесть лет назад.

Энджи попробовала потянуть веревку на запястьях.

— Должно быть, это было… тяжело.

— Опять все упирается в деньги, разве не так? — Он показал на зеркальце на столе и дорожки кокаина. — Я делал это вот так. Немного подстегивал девочек, ведь они помогали мне платить за то, чтобы мой сын научился завязывать свои проклятые шнурки. Государственная страховка не покрывала и половины того, что ему было необходимо. Что я должен был делать? Позволить своему ребенку прозябать в каком-то приюте?

Энджи не ответила. Ее мозг обрабатывал его слова, пытался уловить их смысл. Майкл продавал наркотики девочкам, получая взамен их услуги, когда ему этого хотелось? Он проработал в полиции нравов по меньшей мере десять лет. Его сыну не больше восьми. Тим не имеет к этому никакого отношения.

— Потом у меня появились наличные, но некуда было их пристроить. Я не решался положить их на свой счет, потому что дядюшка Сэм мог поинтересоваться, откуда они взялись. Не мог оставить их в доме, потому что Джина могла начать задавать вопросы. — Он ткнул пальцем в сторону Энджи. — И тогда я сообразил: а почему бы не открыть счет на имя моего дорогого кузена Джонни? Номер его социального страхования я взял из этого судебного дерьма, которое повсюду раскладывала моя мать.

Кузен… Энджи так и не поняла, были ли они родственниками или Майкл просто использовал какой-то сленг.

— Понятно, что я не очень-то переживал о том, чтобы он поскорее вышел на волю, — сказал Майкл.

Энджи чувствовала, что глаза ее слипаются, и изо всех сил старалась не уснуть.

— Где же твои вопросы? — Принятый кокаин сделал его возбужденным и разговорчивым. — Давай же, девочка, давай! Спрашивай.

Мысли Энджи путались. В голову пришла только одна фраза:

— Ты знал Алишу Монро.

— Да, мы знакомы очень давно.

Энджи ожидала, что сейчас Майкл сообразит, что до этого она ему лгала, но он был слишком поглощен своим рассказом, чтобы анализировать сказанное ею.

— В первый же день, когда я надел форму, я получил вызов в Хоумс — и застрял в том долбаном лифте. Все старожилы животы понадрывали со смеху, пока вытаскивали меня оттуда. И Лиша была там — стояла и смеялась вместе со всеми. Смеялась, пока не узнала меня. — Он погрозил Энджи пальцем. — Никто не может просто так смеяться над Майклом Ормевудом. Никто не может над ним смеяться, как не может, ясное дело, и отодвигать его в сторону.

Энджи почувствовала солоноватый привкус крови во рту и закашлялась.

— Она была шлюхой еще в школе, — сказал Майкл, — шлюхой осталась и через пятнадцать лет. За ложку этого пойла она была готова отсосать даже у бездомного пса. — Он снова улыбался, и улыбка эта говорила, что он под кайфом. — Они не могут понять, что даже здесь нужно контролировать себя. Принимай его, когда тебе хочется, а не когда необходимо. — Он имел в виду кокаин. — Не кури это, не колись этим и не будь слишком жадным.

Майкл был глупее, чем она думала, если считал, что он может контролировать свою зависимость от наркотика.

— За что ты убил Алишу? — спросила она.

— Она достала меня. Все пыталась изменить правила игры.

— Ты не хотел ей платить. — Энджи достаточно долго находилась среди проституток, чтобы знать главную причину. — Жасмин тоже достала тебя?

— Жасмин… — Он улыбнулся. — Интересно, что бы сказал твой бойфренд, если бы узнал, что я держал ее в квартире Алиши, пока отвозил его в управление? — Он пристально смотрел на Энджи, видимо, наслаждаясь ее реакцией. — Помнишь, мы с тобой просматривали мои рапорты? На тебе еще была эта ничего не закрывающая юбка в обтяжку, и ты светила сиськами всякий раз, когда наклонялась. Она все это время была у меня в багажнике, Энджи. Все время, пока ты терлась около меня, она лежала в багажнике моей машины, сходя с ума от мыслей о том, что с ней должно произойти.

Энджи сплюнула кровь. Один из зубов ныл пульсирующей болью. Наверное, был сломан.