Стефану Роту очень хотелось бы направиться в Советский Союз и под видом «третьей корзины» свободно провезти через границу чемодан, туго набитый «книгами и другими пособиями по вопросам образования и культуры». Не сомневаюсь, что на дно чемодана он в первую очередь положил бы подшивку своего собственного журнала, от которого на версту разит махровым антикоммунизмом и расизмом. Положил бы он туда и биографию Голды Меир, апологию Моше Даяна, прославление Менахема Бегина, человеконенавистнические излияния Иегуды Галеви, грязные пасквили отщепенцев, покинувших Советский Союз. Горы этой литературы мне приходилось видеть на прилавках книжных магазинов западноевропейских городов. Все это под видом «специфической культуры» и приволок бы к нам предприимчивый Стефан Рот, да одна только незадача-ввоз в нашу страну такой «специфической» литературы, в какую бы корзину ее ни укладывали, запрещен так же, как и ввоз наркотиков или порнографии.

В сказке Шукшина черти достигли желаемого с помощью песни. В жизни все и более проще, и гораздо сложнее. Проще потому, что советские люди, наученные многолетним опытом политической борьбы, умеют распознавать своих недругов и срывать с них «культурные» маски. А сложнее по той причине, что враги эти изобретательнее дьявола в умении перевоплощаться, маскироваться, двурушничать и прикидываться безобидными интеллигентами. Что и засвидетельствовал многоопытный провокатор господин Рот.

Дела субботние

Две с лишним тысячи лет назад перед раввинами возник архитрудный вопрос: можно ли съесть яйцо, снесенное курицей в субботу? Мнения по этому животрепещущему вопросу разделились, и школа рабби Шаммая заявила, что такое яйцо съесть можно, а школа рабби Гиллеля отстаивала противоположную позицию: съесть это богопротивное яйцо никак нельзя. Вот в таком нерешенном виде проблема нашла отражение в трактате «Эдуиот» четвертого тома Талмуда. Чтобы над ней размышляли и чтобы ее в конце концов решили будущие поколения.

Ныне большинство знатоков Талмуда, в том числе и нижеподписавшийся, склоняется к мнению школы Гиллеля.

Ведь подумайте, друзья мои, сами: почему съесть нельзя? Потому, что в святую субботу всякая работа запрещена. А курица, когда несла яйцо, тужилась? Да, она напрягалась, тужилась и — ко-ко-ко — кудахтала. То есть прилагала усилия, работала. Стало быть, бесстыдно грешила в день субботний. Ну так прилично ли будет, если мы станем есть это греховное яйцо? Очень даже некрасиво и неприлично. Остерегайтесь, иудеи, субботнего яйца!

К подобному же мнению пришли и мудрейшие израильские раввины. После чего они рассудили так.

Курица хотя и не птица, но вроде и птица — у нее клюв, хвост и крылья. А что похоже на курицу? Ясное дело, самолет. Он хотя и не птица, но как будто и птица — тоже есть клюв, крылья и хвост. Курица несет яйца, самолет пассажиров. И вот представьте себе, что здоровенная дылда «Боинг», как и глупая курица, снесет их в субботу. Что из этого получится? Сами понимаете, получится осквернение святой субботы. Безобразие. Грех.

Поразмыслив так, ученые раввины из того талмудического яйца заделали такую шикарную яичницу, что расхлебывать ее пришлось многим гражданам государства Израиль. Дело было так.

Руководитель фракции кнессета (парламента) от религиозной партии «Агудат Исраэл» Авраам Шапиро решил пресечь безобразие. Он направился к премьер-министру Менахему Бегину и потребовал запретить полеты самолетов государственной компании «Эл-Ал» по субботам и праздникам. Менахем безоговорочно поддержал Авраама. Но хотя в Израиле Талмуд-закон, принципы парламентской демократии тоже кое-что значат. И вот, чтобы совместить талмудизм с парламентаризмом, проект антисамолетного закона передали на рассмотрение финансовой комиссии кнессета.

Комиссия заслушала Моше Леви — представителя профсоюзного объединения «Гистадрут». Леви осторожно заметил, что в случае запрещения субботних полетов придется уволить с работы 1000 человек летного и обслуживающего персонала «Эл-Ал». К тому же государство понесет большие убытки от сокращения туризма и экспорта сельхозпродукции. Комиссия невозмутимо приняла это к сведению и вызвала для беседы летчика Зева Арбеля. Летчик мужественно спикировал на финансистов:

— Опомнитесь, господа! Вы забыли, где живете? Израиль — не Швейцария, где сел за руль автомобиля и покатил куда угодно. Вон с той стороны у нас море, а со всех остальных — враждебные государства. Израильтянам никак не обойтись без авиации…

— Израильтяне не хотят летать по субботам, — возразила комиссия, изображая волю народа.

— Ложь! Вот сведения об общественном мнении, представленные институтом «Модиин эзрахи»: 73 процента израильтян высказались против запрета полетов.

— Они высказались, а вы их в аэропорт не пускаете, — ехидно заметила комиссия.

— Не пускаем религиозных фанатиков, — сманеврировал летчик. — Тех, что с пейсами и в ермолках. Они нас…

— Антисемиты! — рявкнула комиссия.