Читаем И плачут ангелы полностью

— К черту работу! Жены Баллантайнов не работают.

— Господин полковник, эта жена Баллантайна будет работать, пока…

— Пока что? — спросил Роланд.

— Пока ты не обеспечишь мне занятие получше.

— Например?

— Например, ребенка.

— Это что, вызов?

— Так точно, господин полковник, и я буду рада, если вы его примете.

В аэропорту собралась шумная веселая толпа провожающих, в основном состоящая из молодых мужчин в военной форме. Многие из них были знакомы с полковником Баллантайном, и со всех сторон посыпались приглашения выпить. Это помогло молодоженам скоротать последние мучительные минуты перед расставанием.

Наконец стюардесса пригласила пассажиров на посадку.

— Я буду скучать по тебе, — прошептала Джанин. — И молиться за тебя.

— Я люблю тебя, — сказал он.

— Раньше ты никогда этого не говорил.

— Никогда, — подтвердил он. — Никогда и никому. Ладно, женщина, иди уже, пока я глупостей не натворил.

Джанин, в белой блузке и ярко-желтой юбке, стояла последней в растянувшейся очереди к трапу старенького «вискаунта». На вершине трапа она оглянулась, прикрывая глаза от солнца, и, найдя в толпе Роланда, с улыбкой помахала ему, прежде чем скрыться в самолете. Дверь закрылась, трап отъехал, загудели турбовинтовые двигатели «роллс-ройс-дарт», и серебристый «вискаунт» с эмблемой летящего сокола Зимбабве на хвосте вырулил на старт.

Получив разрешение на взлет, самолет тяжело пробежал по взлетной полосе, медленно поднялся в воздух и лег на курс к югу, по направлению к Булавайо. Роланд вернулся в здание аэропорта. Предъявив охраннику пропуск, он вошел в контрольно-диспетчерский пункт.

— Чем могу служить, господин полковник? — спросил помощник диспетчера.

— За мной должен прибыть вертолет из Уанки…

— А, так вы полковник Баллантайн! Да, мы ведем вашу птичку. Они взлетели двенадцать минут назад и будут здесь через час десять.

Пока Роланд разговаривал с помощником, диспетчер давал указания пилоту вылетающего «вискаунта»:

— Набор высоты без ограничений до пятнадцати тысяч футов. Передаю вас диспетчеру в Булавайо, частота сто восемнадцать запятая шесть. Мягкой посадки!

— Вас понял. Набор высоты без ограничений до пятнадцати… — Спокойный, почти скучающий голос пилота вдруг оборвался, несколько секунд в динамике потрескивали помехи.

Летчик снова заговорил — так напряженно, что Роланд резко обернулся, подошел к сидевшему за пультом управления диспетчеру и, вцепившись в спинку стула, поднял взгляд в небо.

Сквозь стеклянную панель от пола до потолка розовели на закате высокие кучевые облака, обещая хорошую погоду. «Вискаунт» был где-то на юге, за пределами видимости. С искаженным от ярости и страха лицом Роланд слушал хриплый голос пилота, доносящийся из динамика.

Переносной зенитно-ракетный комплекс под названием ПЗРК-7 мало чем отличался от противотанковых гранатометов времен Второй мировой войны и выглядел весьма незамысловато: почти как пятифутовый отрезок обычной канализационной трубы, только задний конец расширялся, переходя в воронку. ПЗРК уравновешивался на подставке, которая ставилась на плечо зенитчика, к верхней части пусковой трубы крепилось небольшое устройство наведения на цель, похожее на портативный радиоприемник.

Зенитный расчет состоял из двух человек: заряжающего и стрелка. Заряжающий вставлял ракету в пусковую трубу так, чтобы стабилизаторы вошли в пазы, и проталкивал ее вперед до упора, замыкая электрические контакты на ободе головки. Снаряд весил чуть меньше десяти килограммов и имел характерную форму ракеты — лишь на передней части обтекателя виднелся непрозрачный стеклянный глаз инфракрасного датчика. Стабилизаторы могли поворачиваться, позволяя ракете изменять курс и преследовать движущуюся цель. Стрелок закреплял пусковую трубу на плече, надевал наушники и включал источник питания. В наушниках раздавался сигнал, предупреждающий о появлении цели, — требовалось отрегулировать чувствительность датчика выше уровня фонового инфракрасного излучения, и тогда звук прекращался.

С заряженным и готовым к стрельбе ПЗРК зенитчик наводил прицел на цель. Стоило датчику обнаружить источник инфракрасного излучения, как в наушниках раздавался сигнал и на датчике загоралась крохотная красная лампочка, подтверждая готовность к выстрелу. Оставалось только нажать на спусковой крючок — такой же, как на обычном пистолете, — и ракета начинала безжалостное преследование, самостоятельно изменяя курс и точно повторяя все маневры заданной цели.

Тунгата Зебиве четыре дня держал свой отряд наготове. С собой он взял восемь человек — тщательно отобранных, бывалых бойцов, доказавших мужество и решимость и, самое главное, достаточно умных, чтобы в случае необходимости действовать самостоятельно. Каждый из них умел пользоваться ПЗРК, выполняя как функции заряжающего, так и зенитчика. Каждый, помимо «Калашникова» и обычного набора гранат и мин, нес одну ракету. Любые два бойца отряда могли осуществить атаку и знали, что именно следует делать.