Читаем I измерение полностью

– Но ты ведь все равно счастлива, – улыбнулась Ольга на Танькину грусть.

– Да, Ольга, я очень его люблю! Он тебе понравится ещё издали. Хотя тебе не так легко угодить. Но мой Василий всем Василиям Василий!

Ольга расхохоталась.

Вечером приехал Петр вместе с Моникой, Франком и Елизаветой Михайловной. Моника очень смешно разговаривала с гостями и этим доставляла истинное наслаждение Любаше-хохотушке. С Елизаветой Михайловной и Татьяной Моника разговаривала на чистом немецком.

После ужина Петр Семенович распрощался со всеми и взялся за шляпу.

– Елена, не могли бы вы проводить меня и закрыть за мной двери? – спросил он у отчаянно работавшей легкими Митяевой: та надувала воздушные шары.

– Ага, – Ленка потыкала пальцами свои онемевшие щеки. Петр улыбнулся, протянул Ленке руку, помогая ей подняться с пола, вся комната была завалена шарами.

– «Она сидела на полу и груду писем разбирала, и, как остывшую золу, брала их в руки и бросала», – процитировал Петр Тютчева, увлекая девушку за собой. Перед уходом он элегантно поцеловал руку Ленки и, весело подмигнув, надвинул на глаза шляпу, вышел на площадку. Ленка закрыла дверь, посмотрела на поцелованную руку, хмыкнула и пошла к своим шарикам.

Вскоре все в доме стихло. Ольге не спалось, её мучила то одна мысль, то другая. Но самое главное, куда подевался Алексей? Он наверняка поехал искать своего брата, но почему тогда он не взял с собой Ольгу? Лебедева вспомнила, что и в Москве Лешка вел себя странно: искал различные причины, чтобы избавиться от своей подруги. Уговаривал отправиться вместе с девушками за свадебным подарком Даниловой. «Он очень многое от меня скрывает. Даже если и говорит, то намеками, что-то таинственное есть в его жизни, но он почему-то молчит, прячет это что-то от меня», – Ольга написала эти слова и задумалась. За окном оживал ночной город. Вдруг девушка услышала шорох, она обернулась: на кухню вошла Елизавета Михайловна.

– Что же вы не спите, Ольга? – тихо спросила она, присев на стул с высокой грядушкой.

– Да вот что-то никак сон не идет.

– Это потому, моя дорогая, что вы в гостях. Я всегда не могу уснуть в первую ночь на новом месте. Вот и сейчас вроде бы домой приехала, а все равно – перемена обстановки. Вот и маюсь, – Елизавета Михайловна улыбнулась.

«Интересно, сколько ей лет?» – задалась вопросом Ольга.

– А вы ездили к родным? – спросила девушка.

– Да. – Елизавета Михайловна прищурилась. – Я пожалую выпью чаю. Как вы на это смотрите?

– Положительно, – Ольга направилась к примусу.

– Вы ведь с Енисея к нам приехали? – спросила Елизавета Михайловна.

– Да, с деревни Енисейц.

– Так-так. И как у вас там дела, в деревне?

– Замечательно, – Ольга вскипятила воду в чайнике и уже хотела заварить чай, но Елизавета Михайловна остановила девушку.

– Я сама, душа моя. Ты присядь, – старушка улыбнулась и принялась колдовать над чашками. – Люблю, знаете ли, чай старых рецептов, который пивали ещё наши прабабки. Вы видели сегодня молодого человека, что привозил нас с причала? – Елизавета Михайловна зажмурилась от первого глотка ароматного чая.

– Петр Семенович? Да.

– Так вот, деточка. Его родители – сибиряки. Вы наверняка будете поражены, но он по крови ваш земляк.

– Да? Никогда его не встречала в наших краях.

– Вы знаете Глафиру Дегтяреву?

– Теть Глашу? Знаю. Она у нас доктором работает.

– Он её сын.

– Да вы что?! Так Лешка ищет его? – Ольга была поражена. Надо же Лешка ищет, а она, Ольга, уже нашла.

– Лешка? Кто такой Лешка?

– Лешка – мой хороший друг, – Ольга разволновалась, на щеках выступил румянец, слова сыпались как горох. – Он брат Петра Семеновича. Алексей Семенович Дегтярев. Мы его в Москве искали, а нам сказали, что он в командировку в Севастополь поехал.

– Алексей Семенович старше или младше Петра? – кажется, волнение Ольги передалось и старушке. Она наклонилась вперед и смотрела на девушку огромными черными глазами так, что Ольге стало жутковато.

– Я не знаю, – почти одними губами сказала девушка.

– Очень жаль, – Елизавета Михайловна выпрямилась и спокойно отпила из бокала.

– Но Лешка обязательно приедет на свадьбу к Татьяне, я уверена, – попыталась скрасить разочарование старушки Ольга

– Отлично, вот ту мы все и выясним. Ну что же, время за полночь, а мы еще не отдыхали с дороги. Пойдемте, душа моя, придадимся власти Морфея.

«Почему она так разволновалась? Странная она очень, – думала Ольга, натягивая на плечи одеяло. По-моему загадок вокруг меня все больше и больше, но так не хочется их разгадывать. Даже не интересно. Я как-то потеряла вкус к жизни. Где этот чертов Лешка?»

* * *

На Танькиной свадьбе все было иначе, чем на брачных церемониях в Енисейце, где к свадьбе относились, как к священнодействию. Свадьба в сибирской глубинке была насыщена ритуалами, обрядами, полными примет. Девушек поразило, что Татьяна сделала с утра в парикмахерской скромную прическу, надела простенькое платьице с атласной лентой поясом.