Читаем i a67d2e74672313ea полностью

работать дальше, потому что по отношению к Клиффу было бы несправедливо просто

взять и вот так остановиться. Кроме того, если бы он остался жив, но не смог бы по какой-

то причине играть на басу, он бы ни за что не посоветовал нам остановиться. Именно так

он и повёл бы себя. Он бы хотел, чтобы мы продолжали играть…Если бы мы распустили

группу, Клифф бы просто взбесился”.

Ни вы, ни я не знали Клиффа лично, поэтому мы не можем судить из собственного

опыта, как бы он себя повёл в этом вопросе. Но давайте посмотрим на это с точки зрения

того образа Клиффа, который сложился в этой книге на основе интервью близких ему

людей.Он был человеком противоречий: крепкий, но чувствительный, интеллектуальный,

но “свой в доску парень”: эстет и любитель философии, который любил попить пива и

потрясти головой. Мы знаем, что он сделал всё, что было в его силах, чтобы стать

музыкантом, и направлял всю свою энергию, талант, решимость и время в Металлика.

Три с половиной года – самый продуктивный период в безжалостно короткой жизни

Клиффа, был потрачен на взращение Метали-чудовища, и, безусловно, он бы не хотел,

чтобы все его труды пропали даром из-за нерешительного проявления уважения.

Вне всякого сомнения, Клифф бы задал вопрос, почему Металлика должны

прекратить свою деятельность лишь потому, что он больше не является членом группы.

Он знал, что его вклад в написание песен высоко ценился участниками группы, и что его

живые выступления и музыкальные новшества являлись важной частью сценической

харизмы группы, но он бы также мог утверждать, что он не был настолько ключевым

музыкантом для Металлика, чтобы группа не смогла без него продолжать

функционирование. В этом случае его эгоизм полностью находился под контролем.

Как бы то ни было, как самый старший член группы, он мог также посоветовать

другим участникам группы потратить немного времени на восстановление от потери

перед тем, как снова бросаться в бой. Как оказалось, план ближайших действий

Металлика после смерти Клиффа состоял в том, чтобы найти нового бас-гитариста и

отправиться в гастроли, на этот раз в Японию. Они практически не пытались осознать то,

что с ними произошло, решив похоронить свое горе под массой работы.

В защиту группы следует сказать, что продолжение графика гастролей так быстро,

как это было возможно, казалось в тот момент единственным вариантом из

существующих для Металлика. Кирк подытожил коллективное решение группы, сказав:

“Сразу после того, как произошла автокатастрофа, каждый из нас решил, что лучший

способ избавиться от всех наших расстройств, это вернуться на дорогу и выразить все

страхи и расстройства на сцене, куда им и следует идти. Они должны идти в позитивном

направлении. Мы были очень травмированы, и находились в состоянии, близком к

сумасшествию по поводу всей сложившейся ситуации…Худшее, что мы могли делать, это

сидеть в своей комнате, находиться в дурном настроении и упиваться своим горем. Чем

больше ты думаешь об этом, тем больше утопаешь в этом горе”.

Будь члены группы на несколько лет старше и мудрее, они бы возможно поняли,

что слова “чем больше думаешь об этом, тем больше утпоаешь в горе” были ошибочными.

Ужасная потеря, вроде той, что пришлось тогда пережить Металлика, которая обычно

решается при помощи общения и самоанализа, то есть теми способами, которые группа,

тогда ещё юная и по собственному признанию, незрелая, предсказуемо избегала,

предпочитая пиво, риффы и комнаты отелей.

Оставив открытую рану от потери Клиффа, Металлика похоронили шрамы скорби

в глубине себя самих, и многие годы эта скорбь не покидала их – может быть почти десять

лет, как объясняет Кирк в предисловии к этой книге. Лежащая в основе этого печаль

терзала участников группы к тому времени уже около пятнадцати лет, и единственным

возможным решением проблемы стал расширенный курс групповой терапии, как мы

167

TO LIVE IS TO DIE

узнаем: немыслимые действия для любого молодого металлиста из района Залива в ‘86

году. Тем не менее, Ларс, Джеймс и Кирк имели достаточно опыта, чтобы понимать, что

они потеряли. Кто ещё играл на басу, как Клифф? Какой ещё басист был способен на

такие безумные импровизации, и у кого ещё был такой легко узнаваемый звук?

Возможно, лишь у Гедди Ли и Гизера Батлера, не слишком полезных музыкантов в

нынешнем положении группы. В данном случае, если не существовало подобных Бёртону

бас-гитаристов, то какие ещё стили игры на басу могли вписаться в общий звук группы?

На этот вопрос не было очевидного ответа, не говоря уже о том, какими ещё

способностями должен был обладать новый участник группы. Так, Металлика объявили,

что устраивают прослушивание бас-гитаристов. Репетиционные сессии продолжились в

репетиционной студии группы, с участием музыкантов, приглашённых по рекомендации