Читаем Hungary’s Cold War полностью

В период с 1949 по 1953 год венгеро-югославские отношения достигли небывалого апогея. Население было переселено из приграничной зоны, была создана герметичная система охраны границы, подобная австрийской, с минным полем, и даже мелкие вооруженные инциденты на границе стали частыми. Постановление Коминформа от ноября 1949 года классифицировало Югославию как союзника империалистических держав, готовящегося к новой войне, и фактически Белград стал главным врагом не только для Венгрии, но и для всего советского блока. Ракоши заявил, что в этой ситуации "опасность войны представляет прежде всего Югославия". Уже в то время венгерская армия начала подготовку к отражению нападения Югославии и к успешному контрнаступлению.

Лишь несколько лет назад исследователи обнаружили, что в период с 1949 по 1953 год на шестисоткилометровой венгерско-югославской границе была построена - за огромные деньги - крепостная система, которую мы с полным правом можем назвать венгерской линией Мажино, то есть между Венгрией и ее коммунистическим южным соседом была установлена гораздо более сильная пограничная защита, чем между Венгрией и ее капиталистическим западным соседом, Австрией. Это противоречие, конечно, объясняется не только антиюгославской паранойей того времени, но и тем, что восточная часть Австрии до осени 1955 года находилась под советской оккупацией, а значит, Венгрии не нужно было готовиться к нападению с этого направления.

Несмотря на все это, дипломатические отношения между двумя странами не были разорваны, но были сведены к минимально возможному уровню. Правда, в 1951 году Ракоши взял инициативу в этом вопросе на себя и попытался получить у Сталина разрешение на разрыв дипломатических отношений с Югославией. Согласно венгерским источникам, в марте 1951 года было совершено публичное нападение на венгерского поверенного в делах в Белграде, причем нападавшие напали на него и его водителя. В последующем обмене дипломатическими нотами Ракоши попытался обострить ситуацию, даже предложил Сталину объявить югославского поверенного в делах в Будапеште "заложником", не только лишив его дипломатического иммунитета, но и не допустив его выезда из страны. Однако Сталин, обычно проявлявший сдержанность по отношению к Белграду, посоветовал ему не "обострять вопрос с югославами". В конце концов оба дипломата вернулись домой, а дипломатические миссии были сокращены до одного административного сотрудника.

После 1949 года отношения с Западом были радикально ухудшены, а контакты между будапештским представительством и венгерским правительством сведены к минимуму с целью поддержания лишь формальных дипломатических отношений. Экономическое эмбарго, применявшееся США с 1948 года против стран советского блока (с 1949 года в рамках Координационного комитета по многостороннему экспортному контролю поначалу не представлял собой серьезного спада в традиционно слабых венгеро-американских экономических отношениях. Серьезное ухудшение отношений в 1948-1949 годах было спровоцировано венгерским правительством путем организации показательных судебных процессов с целью добиться национализации принадлежащих США компаний MAORT и Standard Electric без выплаты компенсации. Несколько венгерских руководителей этих компаний, а также американец Роберт Фогелер и британец Эдгар Сандерс были приговорены к серьезным тюремным срокам за шпионаж в феврале 1950 года, а двое венгерских руководителей были казнены. В ответ Соединенные Штаты закрыли венгерские консульства в Нью-Йорке и Кливленде, запретили своим гражданам въезд в Венгрию и приостановили работу венгерского реституционного комитета в американской зоне в Германии, который отвечал за обнаружение и возврат венгерских товаров. Великобритания уже прекратила текущие торговые переговоры в декабре 1949 года и ввела экономическое эмбарго против Венгрии.