Кроме того от размышлений на эту тему ее отвлекли сообщения Марины. Она уговаривала подругу пойти на вечеринку в пятницу, чтобы та не обращала внимания на Пашу, расслабилась наконец-то и отпустила ситуацию. Лера и сама не понимала, когда все вокруг начали считать, что она «страдает». И чем больше она отрицала и утверждала, что все у нее и у них в целом все нормально, тем больше знакомые начинали качать головой и бросать на нее грустные взгляды. И это раздражало ее еще больше. Порой ей казалось, что еще немного, и она взорвется и наорет на всех, выскажет им прямо в лицо все, что она думает, но… не делала этого. Она была жуткой трусихой, да и еще стеснительной, на самом деле. Поэтому жутко не любила конфликты. Для того чтобы влезать в словесную перепалку надо не бояться сказать то, что думаешь не смотря на чувства людей, а она все-таки очень не хотела кого-нибудь обидеть. Да и из-за стеснительности ее заткнет любой после первого же слова, даже не смотря на довольно вспыльчивый характер.

II

В таких невеселых мыслях Лера зашла домой. Большая квартира встретила ее глухой тишиной. Лера была единственным ребенком, и родители очень ее любили, но как-то уж очень по-своему. В какой-то момент они видимо решили, что лучшее для их чада это когда у него все есть, и с головой погрузились в работу. У отца был транспортный бизнес, а у матери свой салон красоты. И оба они руководствовались принципом «хочешь сделать хорошо — сделай сам», поэтому сутками пропадали на работе.

Хорошо, что у Леры была бабушка, иначе она могла бы вырасти разбалованной и вздорной особой. Но Бабулечка, как девушка звала ее с самого детства, была ласковой, доброй, но строгой женщиной. Это она привила Лере любовь к чтению. Это она в школьные годы отвела ее в секцию легкой атлетики. Это она была всегда рядом с внучкой. И с тех пор как ее не стало, Лера всегда была дома одна, на все праздники и дни рождения.

— Я дома.

Лера зашла в пустую квартиру и остановилась в раздумьях, чем же ей заняться. Она решила устранить те немногие замечания по дипломной работе, которые еще остались, но только после того как сходит в душ. На исправление текста ушло не так много времени, как она рассчитывала. Откинувшись в кресле, Лера скользила взглядом по комнате, ища себе занятие, пока ее взгляд не уткнулся в сумку.

Книга.

Она достала старое издание и с улыбкой погладила кожу и жесткий тисненый переплет. Ей нравилось чувствовать книгу в руках. Лера не удержалась и понюхала обложку. Кожа пахла жимолостью. Она сразу узнала этот запах, любимый еще с детства. В памяти сразу всплыли картинки, как она обрывала кусты на даче, набивая рот ягодами, пока Бабулечка не видит.

Такая старая, я думала, она будет пахнуть пылью и сыростью. Странно все же. Такое красивое оформление и в хорошем состоянии, а пустая…

Лера еще раз погладила книгу, наслаждаясь ощущениями теплой шершавой кожи и любимым запахом. Затем открыла ее, чтобы проверить, может она все-таки что-то упустила при первом просмотре, и, подпрыгнув в кресле, едва не выронила книгу.

Книга не была пустой. На ее плотных и жестких страницах были красивые красочные изображения, витиеватый с большим количеством завитушек рукописный текст, схематичные рисунки, сопровождаемые заметками.

Лера слезла на пол, положив книгу перед собой, лихорадочно начала листать книгу, бегло осматривая ее. Ни одной пустой страницы. Но она была готова поклясться, что раньше тут не было ни единой буковки, ни тем более карт и рисунков. Склонившись над книгой еще ниже, Лера начала более внимательно рассматривать страницы. Но сфокусироваться было сложно, возможно, из-за столь вычурного почерка.

Чем больше Лера разглядывала содержимое книги, тем ярче и насыщенней становился цвет чернил, словно текст проступал изнутри страницы. Стало легче прочитать написанное, изначально непонятные буквы и символы сами собой переводились на ее родной язык, подстраиваясь под нее. Лера оторвалась от книги, перед глазами все плыло. Она провела руками по лицу, потерла глаза, поморгала пару раз, как делала всякий раз, когда засидится за книгой или компьютером, и снова склонилась над страницами. Только в этот раз текст был четкий, разборчивый не смотря на необычный почерк. Лера начала читать, но не прочитала и слова, как свет вокруг нее на мгновение погас, а когда снова появился, она оказалась в каком-то незнакомом месте.

И это было не самое лучшее или прекрасное место. Даже приятным его нельзя было назвать.

Первое что бросилось в глаза так это толстый слой пыли и паутины. Лера поднялась на ноги и брезгливо отряхнулась. Уже после этого она заметила, что окружена огромными стеллажами, которые были уставлены книгами, вазами, деревянными статуэтками, ножами и прочими вещицами. Но книг было больше всего. Они были повсюду. На полках, на полу, наваленные в стопки и башни, грозившие при одном неловком движении развалиться и погребсти под собой.