Читаем Грехи отцов. Том 1 полностью

— Корнелиус, мы должны кое-что обсудить. Я решила переехать в Нью-Йорк, чтобы быть поближе к Вики и ребенку. Я, конечно, не претендую на Манхэттен, но мне хотелось бы поселиться где-нибудь в Куинсе. Раньше мне казалось, мир рухнет, если я перееду в Куинс, но теперь мне кажется, что он рухнет, если я буду вдали от него.

Мне потребовалось некоторое время, чтобы собраться с мыслями и спокойно ответить.

— Я понимаю, что Форт-Лодердейл — это не то, о чем ты всегда мечтала. Возможно, если я куплю тебе дом в Палм-Бич…

— Корнелиус, не пытайся оставить меня во Флориде. Я решила вернуться в Нью-Йорк, и так как я собираюсь жить в одном с тобой городе, то ради Вики мы должны поддерживать хорошие отношения.

— Я думаю, ради Вики мы должны держаться друг от друга на тысячу миль! Смотри на вещи трезво! Конечно, было бы прекрасно, если бы мы излучали тепло и дружбу при встрече с Вики. Но этого не может быть: ты ненавидишь меня, а я ненавижу тебя. Это — действительность, и я предпочитаю иметь дело только с ней.

— Отлично, ты хочешь иметь дело с реальностью! Тогда ответь мне, почему Вики вышла замуж за Сэма? Разве она не избавилась таким образом не только от меня, но и от тебя? Разве она не искала этого всемогущего родителя, который мог бы позаботиться о ней, когда у нас все кончилось? Корнелиус, до тех пор пока мы не изменимся и не станем друзьями, Вики будет продолжать оставаться маленькой девочкой, которая постоянно пытается удрать от нас.

— Избавь меня от своей доморощенной психологии! Это ты разрушила Вики жизнь, а не я! Ты была ей никудышной матерью — именно поэтому Вики попросила суд оставить ее со мной.

— Ты подкупил судью!

— Будь я проклят, если это так! Вивьен, мы опять ругаемся! Послушай меня. Ты можешь переехать в Куинс, но не удивляйся, если Сэм окажет тебе весьма прохладный прием, а я постараюсь видеть тебя как можно реже. Ты ведь прекрасно знаешь, что Вики отвергла тебя, и в этом виновата ты сама. «Что посеешь, то и пожнешь», — как сказала моя мать, вернувшись в Веллетрию.

— А когда ты собираешься «пожинать» то, что «посеял»? Ты хотел отнять у меня Вики за то, что я обманула тебя, выйдя замуж за твои деньги. Это была твоя месть!

— Ерунда! Я хотел сделать как лучше для Вики.

— Если бы ты действительно беспокоился о Вики, ты не разрушил бы тот счастливый дом, который я создала для нее.

— Действительно, это был счастливый дом, в котором ты могла спать с каждым встречным, вплоть до гангстера из Лас-Вегаса, — хороший пример для маленькой дочери, ничего не скажешь!

— Но я же вышла замуж за Денни Дьякони! Убирайся, будь ты проклят, убирайся отсюда, оставь меня одну! Мы не можем друг с другом разговаривать!

Я вышел. В коридоре я встретил официанта, несущего поднос с шампанским и икрой. Я был взбешен попытками моей экс-жены разбить лагерь у порога моего дома и тем самым нарушить размеренный ход нашей семейной жизни. Я спустился на лифте вниз, вышел из гостиницы и сел за руль своего «кадиллака». Это была еще одна попытка вернуться домой к Алисии.

— Моя жена уже спит, Каррауэй? — спросил я дворецкого, вернувшись домой.

— Нет, сэр, она в Золотой комнате.

— Принеси мне виски и содовую, пожалуйста. — Я говорил так спокойно и вежливо только с Каррауэем. Мне не нравились английские слуги с их особыми способностями создавать у своих американских хозяев комплекс неполноценности, но этот был своего рода шедевр, а я всегда предпочитал иметь лучшее. Каррауэй ценил мое отношение к нему и в свою очередь был со мной почтителен. По опыту он уже знал, какие неприятности могут его поджидать в тех домах, владельцы которых имеют самое отдаленное понятие о том, как вести себя со слугами, поэтому он ценил то, что имел.

У нас было пять гостиных на первом этаже, библиотека, столовая и танцевальный зал, но мы, как правило, пользовались лишь маленькой и уютной Золотой комнатой. Вивьен когда-то выбрала для этой комнаты оригинальный золотой декор, но позднее по указанию Алисии золотые шторы были сняты, золотая обивка заменена на другую, а золотых тонов ковер отправлен на чердак. Теперь доминирующим цветом в комнате стал бледно-зеленый, но она по-прежнему называлась Золотой.

Когда я вошел в комнату, Алисия и Сэм вскочили, как будто я застал их за чем-нибудь непристойным.

— Привет, — сказал я, нарушая молчание. — Я только что выгрузил Вивьен возле «Плазы» и чувствую, что мне необходимо выпить. Рад видеть тебя, Сэм. Прости за неприятности, доставленные тебе в больнице. Ты был еще раз у Вики?

— Нет, я решил, что не стоит. — Он снова тяжело сел, — крупный мужчина в дорогом костюме, его глаза подозрительно смотрели из-под очков. — Я тоже был чересчур резок и приношу свои извинения.

— Какого черта, ты был абсолютно прав! Она твоя жена, а не моя! И давай забудем об этом.

— Ну что ж, давай забудем!

Вошел Каррауэй с виски и содовой. Он так умел держать серебряный поднос, что казалось, будто он родился с ним в руках.

— Спасибо, Каррауэй.