Читаем Гражданин Советского Союза полностью

Началась работа. … Теперь уже не слышалось смеха, шуток, все были серьезны, сосредоточены, поглощены работой.

Отряд отлично справился с косьбой. Ребята быстро овладели новой работой и прослыли заядлыми косцами.

Отряд Н. П. Ежовой во все лето был одним из самых передовых».

«В школьный отряд № 1 (колхоз «Новая жизнь» Сухаревского сельского совета, руководитель учительница Н. П. Ежова) поступил ученик З. На вид он был тщедушный, в работе — вялый.

…

Ему была установлена особая норма выработки; она была в несколько раз меньше, чем для остальных ребят. К З. прикрепили комсомольца Васю Фролова, который ему помогал. Если тот отставал, — шутил, ободрял его. По утрам Вася заходил за З., чтобы вместе идти на работу. Вместе они ходили и в клуб, ездили на экскурсии, участвовали в спортивных играх. Постепенно З. втягивался в работу школьного отряда.

Спусти две-три недели, он уже сам, без посторонней помощи, стал выполнять свою норму».

«Весельчак Вася Фролов, … — их коллективный труд на колхозных полях показал нам, какая чудесная, трудолюбивая, преданная Родине молодежь растет в наших колхозах».

«Особую заботу проявляли наши комсомольцы о детях, потерявших родителей.

О смерти отца Николай Барынин узнал поздно ночью, когда мать возвратилась с работы.

…

На другой день все школьники узнали, что у Николая погиб отец. Вечером, после работы в поле, состоялось заседание комитета комсомольской организации. Секретарь комитета Валя Куликов сказал:

— Большое горе пришло в семью Барынины: погиб отец Коли. Семья нуждается, надо помочь.

И комитет решил провести сбор семенного картофеля, одежды и денег для Барыниных.

— А вдруг Коля не возьмет? — сказал Вася Фролов. — Я его знаю, он парень гордый. Для другого он последнего не пожалеет, а взять — ни-ни.

— А мы так сделаем, что он и знать не будет, — ответила Маня Кураева.

Спустя неделю, Маня и Вася по поручению организации комсомола привезли в дом Николая два мешка картофеля и новые ботинки. На пороге их встретила мать.

— Тетенька, — волнуясь, заговорила Маня, — ни слова об этом Николаю.

Мать горячо обняла Маню и Васю.

Протянув сверток, Вася сказал:

— Это от меня Николаю.

— А что это, детка?

— Книги. Мне их отец привез.

— А тебе?

— Мне отец другие купит, возьмите …

— Спасибо вам, родненькие, большое спасибо, — говорила мать Коли, провожая ребят.

Николай работал в колхозе мало: тяжело болела мать, надо было убирать комнату, готовить обед, ходить в магазин, больницу, аптеку. Он и не заметил, как наступила осень. Нужно было готовиться к занятиям. А Николай никак не мог достать себе учебники.

— Подожди, Николай, — успокаивала его Маня, — учебники у тебя будут.

Вечером Маня зашла к Васе и рассказала ему о своем разговоре с Николаем.

— Ну что же, потолкуем с ребятами. — ответил Вася.

На другой день комитет комсомола поручил трем своим членам обойти ребят и узнать, нет ли у кого лишних учебников, необходимых Николаю.

Через несколько дней к Николаю снова зашли Маня и Вася. В руках у них были связки книг.

— Ну, вот тебе и учебники, — весело сказали они.

У Николая заблестели глаза, и он, улыбнувшись, сказал:

— Спасибо, ребята! Только неудобно мне. Я, выходит, вроде как на иждивении у вас.

— Глупости ты говоришь, Николай, — обиделась Маня. — Мы — советские школьники, и помогать друг другу — это наш долг.

…

Начались занятия. Время шло так быстро, что ребята удивились, когда им сказали, что пора готовиться к елке. Николай знал, что все школьники готовят и у себя дома елки. Он вспомнил, как до войны отец привозил ему большую елку, и как увешанная богатыми подарками, игрушками елка утопала в разноцветных огнях электрических лампочек. Отец, довольный и веселый, говорил обычно:

— Ну, брат, завтра твой праздник. Зови приятелей, веселитесь.

Николай звал своих товарищей и веселился с ними, а на прощание дарил лакомства, привезенные отцом.

Теперь было не до елки. Отец погиб, мать не работала, болела.

…

Под Новый год Николай лег спать раньше обычного. А в 10 часов вечера в окно кто-то постучал.

— Войдите, — раздался приглушенный голос матери.

Вошли Маня и Вася.

— Тетенька, — шепотом проговорила Маня, — с нами пришли еще двое ребят. Мы хотим елку украшать для Николая.

Мать пыталась приподняться. Вася заметил:

— Вы лежите, а Николай пусть спит. Мы потихоньку.

— Ох, родные мои! — шептала мать, силясь слабыми руками обнять Васю, стоявшего возле нее.

Ребята внесли большую пушистую елку и два узла с игрушками и подарками. Елка вышла богатая. Даже на осунувшемся лице матери появилась улыбка, она оживилась. Ребята, взяв друг друга за руки, любовались нарядной елкой и вдруг запели.

Николай проснулся. Сначала он не понял, что происходит в доме. Маня и Вася подбежали к нему, подхватили его под руки и закружились по комнате. Мать смотрела на них, и слезы радости текли по ее исхудавшим щекам».

«Мы поддерживали постоянную связь с Марфинским госпиталем, в котором каждый выходной день давали концерты, приносили подарки, дежурили в палатах.

…