Читаем ГРАНИЦА СВЕТА полностью

   В это время Роксана почувствовала присутствие македонянина за своей спиной. Резко обернувшись, она со злостью посмотрела на него. Под испепеляющим взглядом ее темных глаз Гефестион почувствовал себя крайне неловко. На пьяных пирушках в кругу военачальников, да и в обычное время, он любил хвалиться тем, что был самым близким человеком царю. Он открыто кичился своим исключительным положением, чем вызывал сильную неприязнь со стороны остальных гетайров, которая однако скорей льстила ему, нежели смущала. Но с женой Александра все было по-другому. Понимая насколько эта женщина дорога и важна царю, он покорно и с чистым сердцем отдавал Роксане то, время, что раньше принадлежало ему, и даже искренне радовался тому, что его друг наконец-то обрел свою любовь.

   Но македонская царица не испытывала по отношению к Гефестиону той же симпатии, хоть и показывала это исключительно в отсутствии Александра. Увидев, что ее муж в очередной раз променял ее ласки на обсуждение военных планов со своим верным хилиархом, она чуть не взорвалась от злости.

   --Так значит, тебя он желает видеть, а меня нет! - прошипела она, приблизившись к Гефестиону.

   --Обстановка складывается не лучшим образом, и Александр хочет обсудить наши дальнейшие действия, - он попытался успокоить ее.

   --Неужели? - Роксана скрестила руки на груди. - А нельзя ли отложить обсуждения на завтра?!

   --Это не я решаю, - македонянин опустил глаза.

   "Почему эта женщина меня так ненавидит?" - промелькнуло у него в голове.

   --Что ж, - с горечью в голосе проговорила царица, - мне остается лишь покориться воле любимого мужа. Иди же!

   Она почти выкрикнула последние слова, резким жестом указывая ему в сторону шатра Александра. На мгновенье Гефестион оробел. Затем, понимая, что дальнейший разговор ни к чему не приведет и, ощущая, как ее взгляд жжет ему спину, вошел в палатку к царю...


***


   Гарри очнулся от воспоминания и посмотрел на Лилиан. Тревис была полностью погружена в работу, и ее пальцы уверенно бегали по клавиатуре, выводя алгоритмы команд. Внешне она была абсолютно не похожа на Роксану, но ее самоуверенность и упрямое желание командовать напоминали Голдфилду македонскую царицу.

   Раздавшийся стук оторвал его от размышлений. Втроем они как по команде обернулись к стеклянной двери.

   --О нет! - простонала Тревис, увидев Уила Свенсона.

   --Это, кажется, твой ухажер? - Гарри не отказал себе в удовольствии позлорадствовать. - Не хочешь открыть ему дверь?

   --Голдфилд, иди знаешь куда?! - огрызнулась Лилиан, нехотя вставая с места.

   --Привет, - Свенсон засветился довольной улыбкой, когда она впустила его.

   --Мы уже здоровались, - пробубнила Тревис, возвращаясь за свой стол.

   --Всем доброе утро, - Уильям окинул присутствующих радостным взглядом. - Привет, Гарри.

   --Привет, - отозвался Голдфилд.

   --Плоховато выглядишь, - заметил Свенсон. - Не заболел ли?

   --Я здоров, - буркнул в ответ тот, ловя на себе торжествующий взгляд Лилиан. - Ты к Лили зашел?

   --Вообще-то я вас всех хотел увидеть. Слышали про вирус?

   --Слышали, - вздохнула Джил.

   --А теперь я расскажу вам про то, что вы еще не слышали, - Уильям присел на пустующий стол. - У нас сегодня будут гости! - торжественно объявил он.

   --Что за гости? - поинтересовалась Лилиан.

   --Не самые желанные. Это агенты ФБР.

   --ФБР?! - удивленно переспросила Джил. - Что они здесь потеряли?!

   --А теперь, мужайтесь, - Свенсон вздохнул. - ФБР наняло очень опытных программистов, чтобы покопаться в компьютерах, зараженных общеизвестным вирусом с целью выявить хакера, который его запустил. Так вот, в вирусе они разобрались, и хакер уже арестован.

   --Так нам же радоваться надо, - произнесла Беннет. - До нашего сервера не доберутся.

   --Не торопись, - Уил покачал головой. - В одном из исследуемых компьютеров нашелся еще один непонятный вирус со странным названием - "Гефестион 13".

   Услышав его последние слова, Гарри напрягся всем телом и похолодел.

   --Обнаружить его практически невозможно, - продолжал Свенсон. - Но эта маленькая и абсолютно незаметная программка использует почти всю оперативную память компьютера.

   --Гефестион? - усмехнулась Тревис. - Это, что, придворный шут царя Александра?

   Голдфилд почувствовал, как возненавидел ее еще больше, хотя раньше думал, что больше уже некуда.

   Услышав ее последние слова, Джилиан прыснула от смеха.

   --Можно неприличный вопрос? - продолжала Лилиан. - А что именно делает этот вирус в компьютере?

   --Самое ужасное, что он только мог сделать, - спокойно ответил Свенсон. - Он вывел агентов ФБР на "Риверс Текнолоджис".

   В комнате воцарилась гробовая тишина. Белый как полотно, Гарри повернулся к Уильяму.

   --Откуда тебе все это известно? - с трудом спросил он.

   --Агент, который ведет расследование, уже разговаривал с президентом компании, а тот решил со мной поделиться, - ответил Свенсон. - Федерал со своими помощниками подъедет в наш офис... - он сделал паузу, - сегодня.

Глава 3


   Агент Рино Садри, высокий темноволосый мужчина лет тридцати - тридцати пяти, нетерпеливо барабанил пальцами по столу.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Врата Войны
Врата Войны

Вашему вниманию предлагается история повествующая, о добре и зле, мужестве и героизме, предках и потомках, и произошедшая в двух отстоящих друг от друга по времени мирах, соответствующих 1941-му и 2018-му годам нашей истории. Эти два мира внезапно оказались соединены тонкой, но неразрывной нитью межмирового прохода, находящегося в одном и том же месте земной поверхности. К чему приведет столкновение современной России с гитлеровской Германией и сталинским СССР? Как поймут друг друга предки и потомки? Что было причиной поражений РККА летом сорок первого года? Возможна ли была война «малой кровь на чужой территории»? Как повлияют друг на друга два мира и две России, каждая из которых, возможно, имеет свою суровую правду?

Александр Борисович Михайловский , Марианна Владимировна Алферова , Юрий Николаевич Москаленко , Раймонд Элиас Фейст , Юлия Викторовна Маркова , Раймонд Фейст

Фантастика / Альтернативная история / Боевая фантастика / Научная Фантастика / Попаданцы / Фэнтези
Бозон Хиггса
Бозон Хиггса

Кто сказал что НФ умерла? Нет, она затаилась — на время. Взаимодействие личности и искусственного интеллекта, воскрешение из мёртвых и чудовищные биологические мутации, апокалиптика и постапокалиптика, жёсткий киберпанк и параллельные Вселенные, головокружительные приключения и неспешные рассуждения о судьбах личности и социума — всему есть место на страницах «Бозона Хиггса». Равно как и полному возрастному спектру авторов: от патриарха отечественной НФ Евгения Войскунского до юной дебютантки Натальи Лесковой.НФ — жива! Но это уже совсем другая НФ.

Ярослав Веров , Павел Амнуэль , Антон Первушин , Евгений Войскунский , Игорь Минаков

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Фантастика / Научная Фантастика / Фантастика: прочее / Словари и Энциклопедии
Собор
Собор

Яцек Дукай — яркий и самобытный польский писатель-фантаст, активно работающий со второй половины 90-х годов прошлого века. Автор нескольких успешных романов и сборников рассказов, лауреат нескольких премий.Родился в июле 1974 года в Тарнове. Изучал философию в Ягеллонском университете. Первой прочитанной фантастической книгой стало для него «Расследование» Станислава Лема, вдохновившее на собственные пробы пера. Дукай успешно дебютировал в 16 лет рассказом «Złota Galera», включенным затем в несколько антологий, в том числе в англоязычную «The Dedalus Book of Polish Fantasy».Довольно быстро молодой писатель стал известен из-за сложности своих произведений и серьезных тем, поднимаемых в них. Даже короткие рассказы Дукая содержат порой столько идей, сколько иному автору хватило бы на все его книги. В числе наиболее интересующих его вопросов — технологическая сингулярность, нанотехнологии, виртуальная реальность, инопланетная угроза, будущее религии. Обычно жанр, в котором он работает, характеризуют как твердую научную фантастику, но писатель легко привносит в свои работы элементы мистики или фэнтези. Среди его любимых авторов — австралиец Грег Иган. Также книги Дукая должны понравиться тем, кто читает Дэвида Брина.Рассказы и повести автора разнообразны и изобретательны, посвящены теме виртуальной реальности («Irrehaare»), религиозным вопросам («Ziemia Chrystusa», «In partibus infidelium», «Medjugorje»), политике («Sprawa Rudryka Z.», «Serce Mroku»). Оставаясь оригинальным, Дукай опирается иногда на различные культовые или классические вещи — так например мрачную и пессимистичную киберпанковскую новеллу «Szkoła» сам Дукай описывает как смесь «Бегущего по лезвию бритвы», «Цветов для Элджернона» и «Заводного апельсина». «Serce Mroku» содержит аллюзии на Джозефа Конрада. А «Gotyk» — это вольное продолжение пьесы Юлиуша Словацкого.Дебют Дукая в крупной книжной форме состоялся в 1997 году, когда под одной обложкой вышло две повести (иногда причисляемых к небольшим романам) — «Ксаврас Выжрын» и «Пока ночь». Первая из них получила хорошие рецензии и даже произвела определенную шумиху. Это альтернативная история/военная НФ, касающаяся серьезных философских аспектов войны, и показывающая тонкую грань между терроризмом и борьбой за свободу. Действие книги происходит в мире, где в Советско-польской войне когда-то победил СССР.В романе «Perfekcyjna niedoskonałość» астронавт, вернувшийся через восемь столетий на Землю, застает пост-технологический мир и попадает в межгалактические ловушки и интриги. Еще один роман «Czarne oceany» и повесть «Extensa» — посвящены теме непосредственного развития пост-сингулярного общества.О популярности Яцека Дукая говорит факт, что его последний роман, еще одна лихо закрученная альтернативная история — «Лёд», стал в Польше беспрецедентным издательским успехом 2007 года. Книга была продана тиражом в 7000 экземпляров на протяжении двух недель.Яцек Дукай также является автором многочисленных рецензий (преимущественно в изданиях «Nowa Fantastyka», «SFinks» и «Tygodnik Powszechny») на книги таких авторов как Питер Бигл, Джин Вулф, Тим Пауэрс, Нил Гейман, Чайна Мьевиль, Нил Стивенсон, Клайв Баркер, Грег Иган, Ким Стенли Робинсон, Кэрол Берг, а также польских авторов — Сапковского, Лема, Колодзейчака, Феликса Креса. Писал он и кинорецензии — для издания «Science Fiction». Среди своих любимых фильмов Дукай называет «Донни Дарко», «Вечное сияние чистого разума», «Гаттаку», «Пи» и «Быть Джоном Малковичем».Яцек Дукай 12 раз номинировался на премию Януша Зайделя, и 5 раз становился ее лауреатом — в 2000 году за рассказ «Katedra», компьютерная анимация Томека Багинского по которому была номинирована в 2003 году на Оскар, и за романы — в 2001 году за «Czarne oceany», в 2003 за «Inne pieśni», в 2004 за «Perfekcyjna niedoskonałość», и в 2007 за «Lód».Его произведения переводились на английский, немецкий, чешский, венгерский, русский и другие языки.В настоящее время писатель работает над несколькими крупными произведениями, романами или длинными повестями, в числе которых новые амбициозные и богатые на фантазию тексты «Fabula», «Rekursja», «Stroiciel luster». В числе отложенных или заброшенных проектов объявлявшихся ранее — книги «Baśń», «Interversum», «Afryka», и возможные продолжения романа «Perfekcyjna niedoskonałość».(Неофициальное электронное издание).

Яцек Дукай , Нельсон ДеМилль , Роман Злотников , Горохов Леонидович Александр , Ирина Измайлова

Проза / Историческая проза / Фантастика / Научная Фантастика / Фэнтези