Читаем ГРАНИЦА СВЕТА полностью

   --Нет, - Лилиан обратила на него удивленный взгляд. - Почему ты спрашиваешь?

   --Ты опоздала на работу. Ты всегда приходишь раньше остальных, а сегодня я вошел в офис, а тебя нет, - объяснил он.

   --Стыдно признаться, но я проспала, - Тревис смущенно улыбнулась. - Выключила будильник и снова уснула.

   --А я уже испугался, что с тобой что-то случилось...

   Лилиан подняла на него глаза, не в состоянии произнести ни слова. Гарри Голдфилд никогда не беспокоился о ней.

   --Со мной все хорошо, - с трудом проговорила она.

   --Вот и отлично, - по лицу Гарри скользнула неподдельная улыбка. - Кстати, - он повернулся к монитору, - как у нас дела с проектом? Надо бы поторопиться, пока фирма-заказчик не подняла тревогу.

   --У нас почти все готово, - Тревис включила свой компьютер. - Осталось протестировать все модули и обновить программное обеспечение на сервере заказчика.

   --Хорошо, я займусь этим сегодня, - Голдфилд кивнул.

   --Вообще-то это моя работа, - осторожно заметила Лилиан.

   --Ну и что? - он пожал плечами и хитро улыбнулся. - Ты тоже часто выполняешь за меня мою работу.

   --Гарри, - она с подозрением посмотрела на него. - Что случилось? Ты никогда таким не был.

   --Каким таким? - он посмотрел на нее.

   --Любезным, вежливым, заботливым. Что-то изменилось?

   Голдфилд ответил не сразу.

   --Нет, - он наконец покачал головой. - Ничего не изменилось. Просто... - он сделал паузу. - Я больше не хочу тебя пугать.

   Тревис замерла от удивления.

   --Ты больше меня не пугаешь, - проговорила она.

   --Это хорошо, - Гарри снова улыбнулся.

   Они оба повернулись к своим компьютерам и погрузились в работу.



Глава 20

   Садри вошел в здание Федерального Бюро и прошел к лифту.

   --Доброе утро, сэр, - окликнул его Дженкинс, входя вместе с ним в кабину. - Сегодня прекрасный день, не правда ли?

   --Что это с тобой? - Рино окинул его скептическим взглядом.

   --Я вчера выполнил ваше поручение, сэр, - на лице молодого агента расплылась нервная улыбка. - Накопал всю информацию на Гарри Голдфилда.

   --И что?

   Они вышли из лифта на нужном этаже.

   --Да все вроде ничего, - Дженкинс покачал головой. - Родился в Нью-Йорке в 1976 году, окончил школу, потом поступил в Колумбийский Университет на факультет программирования. По окончанию работал в разных фирмах, специализирующихся на разработке программного обеспечения, а последние четыре года - в "Риверс Текнолоджис". В жизни у него ничего особенного не было. Закона ни разу не нарушал, в сомнительных компаниях замечен не был. Друзей у Гарри нет и никогда не было, впрочем, как и подружек...

   Майк растерянно умолк.

   --И что? - Садри открыл перед ним дверь своего кабинета.

   --Сэр, я...

   --Говори же наконец! - нетерпеливо проговорил Рино.

   --Сэр, я нарушил закон, - признался Майкл.

   --Не понял... - Садри замер возле своего кресла. - Как это нарушил?

   --Сэр, я сам не знаю почему, но... Я проник поочередно в системы всех тех институтов, в которых значилось имя Гарри Голдфилда - больницы, где он родился, школы, в которой учился, даже Колумбийского Университета. Знаете, что я обнаружил?

   --Что? - Садри затаил дыхание.

   --Все записи - поддельные. Кто-то уже после указанных там событий, так же, как я, проникал в системы и делал эти записи. Вы понимаете, что это означает?

   Рино молча опустился в свое кресло.

   --Это означает, - продолжал Дженкинс, - что Голдфилд не появлялся на свет в той больнице, не учился в своей школе и ни разу не был в университете, а люди, указанные в записях, как его родители, умерли задолго до 1976 года. Этого человека вообще не должно существовать на свете.

   Садри молчал.

   --Майки, это безумие, - проговорил он наконец.

   --Я знаю, - молодой агент сел. - И беда еще в том, что мы не сумеем ни в чем его обвинить, ведь мои сведения добыты незаконным путем.

   --А ты не пытался выйти на компьютер, с которого проникали в системы?

   --Пытался. Бесполезно. Этого компьютера давно не существует.

   --Откуда же взялся этот Голдфилд? - Садри потер подбородок. - Кажется, я понимаю, в чем тут дело. Скорей всего Гарри зовут как-то по-другому, и у него было темное прошлое, от которого он попытался отделаться, взяв себе новую, выдуманную им же самим личность. А что если?.. Что если он и есть создатель пресловутого "Гефестиона 13"?

   --Вы думаете?

   --Его кандидатура напрашивается сама по себе. Майки, нам надо найти способ проверить его документы.

   --У нас нет права задерживать его или проверять, - напомнил Дженкинс.

   --Знаю, - Рино откинулся на спинку. - А у меня нет никаких фактов, чтобы возобновить расследование по делу Гефестиона. Но мы должны найти способ, чтобы вывести этого Голдфилда на чистую воду.

   --И как мы это сделаем? - спросил Майкл.

   --Не знаю, - Садри скрестил руки на груди. - Пока не знаю, но я обязательно что-нибудь придумаю.


***

   Дэвид в третий раз перечитал составленный им список и поднял глаза на Гарри.

   --Кажется, здесь все, - произнес он. - Но учти оборудования очень много, и оно довольно громоздкое, так что здесь не поместится.

   Миллс обвел взглядом подземный бункер, в котором был во второй раз в своей жизни.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Врата Войны
Врата Войны

Вашему вниманию предлагается история повествующая, о добре и зле, мужестве и героизме, предках и потомках, и произошедшая в двух отстоящих друг от друга по времени мирах, соответствующих 1941-му и 2018-му годам нашей истории. Эти два мира внезапно оказались соединены тонкой, но неразрывной нитью межмирового прохода, находящегося в одном и том же месте земной поверхности. К чему приведет столкновение современной России с гитлеровской Германией и сталинским СССР? Как поймут друг друга предки и потомки? Что было причиной поражений РККА летом сорок первого года? Возможна ли была война «малой кровь на чужой территории»? Как повлияют друг на друга два мира и две России, каждая из которых, возможно, имеет свою суровую правду?

Александр Борисович Михайловский , Марианна Владимировна Алферова , Юрий Николаевич Москаленко , Раймонд Элиас Фейст , Юлия Викторовна Маркова , Раймонд Фейст

Фантастика / Альтернативная история / Боевая фантастика / Научная Фантастика / Попаданцы / Фэнтези
Бозон Хиггса
Бозон Хиггса

Кто сказал что НФ умерла? Нет, она затаилась — на время. Взаимодействие личности и искусственного интеллекта, воскрешение из мёртвых и чудовищные биологические мутации, апокалиптика и постапокалиптика, жёсткий киберпанк и параллельные Вселенные, головокружительные приключения и неспешные рассуждения о судьбах личности и социума — всему есть место на страницах «Бозона Хиггса». Равно как и полному возрастному спектру авторов: от патриарха отечественной НФ Евгения Войскунского до юной дебютантки Натальи Лесковой.НФ — жива! Но это уже совсем другая НФ.

Ярослав Веров , Павел Амнуэль , Антон Первушин , Евгений Войскунский , Игорь Минаков

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Фантастика / Научная Фантастика / Фантастика: прочее / Словари и Энциклопедии
Собор
Собор

Яцек Дукай — яркий и самобытный польский писатель-фантаст, активно работающий со второй половины 90-х годов прошлого века. Автор нескольких успешных романов и сборников рассказов, лауреат нескольких премий.Родился в июле 1974 года в Тарнове. Изучал философию в Ягеллонском университете. Первой прочитанной фантастической книгой стало для него «Расследование» Станислава Лема, вдохновившее на собственные пробы пера. Дукай успешно дебютировал в 16 лет рассказом «Złota Galera», включенным затем в несколько антологий, в том числе в англоязычную «The Dedalus Book of Polish Fantasy».Довольно быстро молодой писатель стал известен из-за сложности своих произведений и серьезных тем, поднимаемых в них. Даже короткие рассказы Дукая содержат порой столько идей, сколько иному автору хватило бы на все его книги. В числе наиболее интересующих его вопросов — технологическая сингулярность, нанотехнологии, виртуальная реальность, инопланетная угроза, будущее религии. Обычно жанр, в котором он работает, характеризуют как твердую научную фантастику, но писатель легко привносит в свои работы элементы мистики или фэнтези. Среди его любимых авторов — австралиец Грег Иган. Также книги Дукая должны понравиться тем, кто читает Дэвида Брина.Рассказы и повести автора разнообразны и изобретательны, посвящены теме виртуальной реальности («Irrehaare»), религиозным вопросам («Ziemia Chrystusa», «In partibus infidelium», «Medjugorje»), политике («Sprawa Rudryka Z.», «Serce Mroku»). Оставаясь оригинальным, Дукай опирается иногда на различные культовые или классические вещи — так например мрачную и пессимистичную киберпанковскую новеллу «Szkoła» сам Дукай описывает как смесь «Бегущего по лезвию бритвы», «Цветов для Элджернона» и «Заводного апельсина». «Serce Mroku» содержит аллюзии на Джозефа Конрада. А «Gotyk» — это вольное продолжение пьесы Юлиуша Словацкого.Дебют Дукая в крупной книжной форме состоялся в 1997 году, когда под одной обложкой вышло две повести (иногда причисляемых к небольшим романам) — «Ксаврас Выжрын» и «Пока ночь». Первая из них получила хорошие рецензии и даже произвела определенную шумиху. Это альтернативная история/военная НФ, касающаяся серьезных философских аспектов войны, и показывающая тонкую грань между терроризмом и борьбой за свободу. Действие книги происходит в мире, где в Советско-польской войне когда-то победил СССР.В романе «Perfekcyjna niedoskonałość» астронавт, вернувшийся через восемь столетий на Землю, застает пост-технологический мир и попадает в межгалактические ловушки и интриги. Еще один роман «Czarne oceany» и повесть «Extensa» — посвящены теме непосредственного развития пост-сингулярного общества.О популярности Яцека Дукая говорит факт, что его последний роман, еще одна лихо закрученная альтернативная история — «Лёд», стал в Польше беспрецедентным издательским успехом 2007 года. Книга была продана тиражом в 7000 экземпляров на протяжении двух недель.Яцек Дукай также является автором многочисленных рецензий (преимущественно в изданиях «Nowa Fantastyka», «SFinks» и «Tygodnik Powszechny») на книги таких авторов как Питер Бигл, Джин Вулф, Тим Пауэрс, Нил Гейман, Чайна Мьевиль, Нил Стивенсон, Клайв Баркер, Грег Иган, Ким Стенли Робинсон, Кэрол Берг, а также польских авторов — Сапковского, Лема, Колодзейчака, Феликса Креса. Писал он и кинорецензии — для издания «Science Fiction». Среди своих любимых фильмов Дукай называет «Донни Дарко», «Вечное сияние чистого разума», «Гаттаку», «Пи» и «Быть Джоном Малковичем».Яцек Дукай 12 раз номинировался на премию Януша Зайделя, и 5 раз становился ее лауреатом — в 2000 году за рассказ «Katedra», компьютерная анимация Томека Багинского по которому была номинирована в 2003 году на Оскар, и за романы — в 2001 году за «Czarne oceany», в 2003 за «Inne pieśni», в 2004 за «Perfekcyjna niedoskonałość», и в 2007 за «Lód».Его произведения переводились на английский, немецкий, чешский, венгерский, русский и другие языки.В настоящее время писатель работает над несколькими крупными произведениями, романами или длинными повестями, в числе которых новые амбициозные и богатые на фантазию тексты «Fabula», «Rekursja», «Stroiciel luster». В числе отложенных или заброшенных проектов объявлявшихся ранее — книги «Baśń», «Interversum», «Afryka», и возможные продолжения романа «Perfekcyjna niedoskonałość».(Неофициальное электронное издание).

Яцек Дукай , Нельсон ДеМилль , Роман Злотников , Горохов Леонидович Александр , Ирина Измайлова

Проза / Историческая проза / Фантастика / Научная Фантастика / Фэнтези