Читаем ГРАНИЦА СВЕТА полностью

   Когда он проснулся, солнце начинало клониться к закату. Македонянин осторожно вылез из гроба и, приблизившись к тому месту, где отдыхали путники, с облегчением убедился, что они ушли. Снова оставшись в полном одиночестве посреди серых развалин, Гефестион попытался решить, что делать дальше. Ему надо было найти хоть какую-то крышу над головой и пропитание. Бережно повесив на плечо украденную сумку и поправив на себе чужую одежду, он решил идти. Хотя Гефестион с трудом представлял, куда именно направится, оставаться возле гробницы не имело никакого смысла.

   Его ноги были еще очень слабыми, поэтому македонянин подобрал более или менее прочную палку, чтобы опереться. Пока он шел, начали сгущаться сумерки, но вскоре впереди замаячили огни небольшого поселения. Гефестион не знал, что с ним произошло, и еще меньше представлял, что ждет его впереди. Но словно какая-то неведомая сила придавала ему уверенности и толкала вперед. На минуту он остановился, глядя на огни, а затем уверенным шагом пошел к деревне...


***


   Выбежав из лифта, Гарри ворвался в свою квартиру. Он наспех щелкнул дверным замком и, скинув куртку, подбежал к своему компьютеру.

   --Включайся! - скомандовал он.

   --Мистер Голдфилд, вы должны ввести пароль, - отозвалась машина.

   --Плевать я хотел на то, что должен! Включай так!

   Машина умолкла.

   --"Гефестион 13" открыт для доступа, - раздалось через пару секунд.

   --Выведи список всех компьютеров, подключенных к серверу, - Гарри взял себя в руки и немного успокоился.

   На мониторе тут же засветились маленькие иконки. Неожиданно одна из них загорелась красным цветом.

   --Сэр, одна из капсул вскрыта, - тревожным голосом оповестила машина. - Одна из капсул вскрыта, и у меня нет к ней доступа.

   --Знаю, - отозвался Голдфилд. - Отключай его от центрального сервера.

   --Но, сэр, это важный узел. Если он будет отключен, скорость обработки информации упадет на двадцать процентов.

   --Да знаю я, знаю! - не выдержал Гарри. - Но этот узел больше нам не доступен. Вырубай его! Замкни цепь системы или мы все потеряем!

   Прошло 2 секунды.

   --Вход для составной капсулы номер тысяча двадцать один уничтожен, - доложил компьютер. - Цепь замкнута, все остальные капсулы работают исправно.

   --Проверь, не успел ли кто выйти через нее на главный сервер.

   --Главный сервер в безопасности.

   Голдфилд откинулся на спинку кресла и облегченно вздохнул.

   --Протестируй всю систему на предмет вторжения, - приказал он, - на всякий случай.

   Оставив машину выполнять команду, Гарри встал и пошел на кухню за кофе. Через минуту он вернулся и тяжело пустился в кресло.

   --Ну что? - спросил он.

   --Следов вторжения не обнаружено, - ответил компьютер.

   --Продолжай проверку, - произнес он. - И выведи мне на экран весь проект.

   На мониторе тут же высветилась схема.

   --Какая часть проекта уже приведена в исполнение? - спросил Голдфилд.

   --Тридцать один процент, - отозвалась система.

   --И это за пятнадцать лет работы! - он в сердцах стукнул кулаком по столу. - Если дело так пойдет, то я еще надолго здесь застряну.

   --Сэр, проект невыполним, - бесстрастным голосом проговорила машина.

   --Это ты так думаешь, - Гарри усмехнулся. - У меня еще есть один козырь, и я его использую.

   --Мистер Голдфилд, тестирование на предмет вторжения завершено, - оповестил компьютер.

   --И какие результаты?

   --Система неприкосновенна.

   --Отлично, - он откинулся на спинку кресло. - Хоть что-то в моей жизни идет по плану. Ладно, открывай среду разработки. Мне придется кое-что подправить в связи с отключением одной из операционных систем.

   Компьютер тут же исполнил его команду. Гарри придвинулся к столу, и его пальцы забегали по клавиатуре.

   Было уже далеко за полночь, когда он наконец остановился и протер слезящиеся от усталости глаза. Рядом остывала двадцатая по счету чашка кофе. Он поднялся и прошелся по комнате, чтобы немного развеять боль в голове. Затем он стащил платок со спинки дивана и повязал на лоб. Вернувшись к компьютеру, Голдфилд несколько минут сидел, прикрыв рукой глаза. Наконец он поднял голову и посмотрел на часы. Было почти два часа ночи. Он просмотрел результаты своей работы и, вроде, остался доволен.

   --Выключай! - устало проговорил Гарри, понимая, что его воспаленный до предела мозг уже ни на что не способен.

   Монитор перед ним послушно погас. Он допил свой остывший кофе и начал мысленно прикидывать, где он мог ошибиться так, что федералы вышли на "Риверс Текнолоджис". Он ведь всегда тщательно заметал свои следы. Неожиданно Голдфилд хлопнул себя по лбу. Ну конечно! Он наверно забыл удалить свойства какого-нибудь системного файла, и там осталось название фирмы, на компьютере которой он обновлял свою программу. "Не надо было, не надо было делать это в офисе", - мысленно ругал он сам себя, хотя это уже вряд ли могло чем-то помочь.

   Почувствовав, как от долгого сидения у него занемели мышцы, Гарри встал из-за стола и растянулся на диване.

***


   --Ты меня обманываешь! - кричала женщина. - Обманываешь!

   Гефестион поднял голову и увидел парфянку средних лет, которая грозила кулаком торговцу овощами.

   --Заламываешь такую цену за гнилой товар!

Перейти на страницу:

Похожие книги

Врата Войны
Врата Войны

Вашему вниманию предлагается история повествующая, о добре и зле, мужестве и героизме, предках и потомках, и произошедшая в двух отстоящих друг от друга по времени мирах, соответствующих 1941-му и 2018-му годам нашей истории. Эти два мира внезапно оказались соединены тонкой, но неразрывной нитью межмирового прохода, находящегося в одном и том же месте земной поверхности. К чему приведет столкновение современной России с гитлеровской Германией и сталинским СССР? Как поймут друг друга предки и потомки? Что было причиной поражений РККА летом сорок первого года? Возможна ли была война «малой кровь на чужой территории»? Как повлияют друг на друга два мира и две России, каждая из которых, возможно, имеет свою суровую правду?

Александр Борисович Михайловский , Марианна Владимировна Алферова , Юрий Николаевич Москаленко , Раймонд Элиас Фейст , Юлия Викторовна Маркова , Раймонд Фейст

Фантастика / Альтернативная история / Боевая фантастика / Научная Фантастика / Попаданцы / Фэнтези
Бозон Хиггса
Бозон Хиггса

Кто сказал что НФ умерла? Нет, она затаилась — на время. Взаимодействие личности и искусственного интеллекта, воскрешение из мёртвых и чудовищные биологические мутации, апокалиптика и постапокалиптика, жёсткий киберпанк и параллельные Вселенные, головокружительные приключения и неспешные рассуждения о судьбах личности и социума — всему есть место на страницах «Бозона Хиггса». Равно как и полному возрастному спектру авторов: от патриарха отечественной НФ Евгения Войскунского до юной дебютантки Натальи Лесковой.НФ — жива! Но это уже совсем другая НФ.

Ярослав Веров , Павел Амнуэль , Антон Первушин , Евгений Войскунский , Игорь Минаков

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Фантастика / Научная Фантастика / Фантастика: прочее / Словари и Энциклопедии
Собор
Собор

Яцек Дукай — яркий и самобытный польский писатель-фантаст, активно работающий со второй половины 90-х годов прошлого века. Автор нескольких успешных романов и сборников рассказов, лауреат нескольких премий.Родился в июле 1974 года в Тарнове. Изучал философию в Ягеллонском университете. Первой прочитанной фантастической книгой стало для него «Расследование» Станислава Лема, вдохновившее на собственные пробы пера. Дукай успешно дебютировал в 16 лет рассказом «Złota Galera», включенным затем в несколько антологий, в том числе в англоязычную «The Dedalus Book of Polish Fantasy».Довольно быстро молодой писатель стал известен из-за сложности своих произведений и серьезных тем, поднимаемых в них. Даже короткие рассказы Дукая содержат порой столько идей, сколько иному автору хватило бы на все его книги. В числе наиболее интересующих его вопросов — технологическая сингулярность, нанотехнологии, виртуальная реальность, инопланетная угроза, будущее религии. Обычно жанр, в котором он работает, характеризуют как твердую научную фантастику, но писатель легко привносит в свои работы элементы мистики или фэнтези. Среди его любимых авторов — австралиец Грег Иган. Также книги Дукая должны понравиться тем, кто читает Дэвида Брина.Рассказы и повести автора разнообразны и изобретательны, посвящены теме виртуальной реальности («Irrehaare»), религиозным вопросам («Ziemia Chrystusa», «In partibus infidelium», «Medjugorje»), политике («Sprawa Rudryka Z.», «Serce Mroku»). Оставаясь оригинальным, Дукай опирается иногда на различные культовые или классические вещи — так например мрачную и пессимистичную киберпанковскую новеллу «Szkoła» сам Дукай описывает как смесь «Бегущего по лезвию бритвы», «Цветов для Элджернона» и «Заводного апельсина». «Serce Mroku» содержит аллюзии на Джозефа Конрада. А «Gotyk» — это вольное продолжение пьесы Юлиуша Словацкого.Дебют Дукая в крупной книжной форме состоялся в 1997 году, когда под одной обложкой вышло две повести (иногда причисляемых к небольшим романам) — «Ксаврас Выжрын» и «Пока ночь». Первая из них получила хорошие рецензии и даже произвела определенную шумиху. Это альтернативная история/военная НФ, касающаяся серьезных философских аспектов войны, и показывающая тонкую грань между терроризмом и борьбой за свободу. Действие книги происходит в мире, где в Советско-польской войне когда-то победил СССР.В романе «Perfekcyjna niedoskonałość» астронавт, вернувшийся через восемь столетий на Землю, застает пост-технологический мир и попадает в межгалактические ловушки и интриги. Еще один роман «Czarne oceany» и повесть «Extensa» — посвящены теме непосредственного развития пост-сингулярного общества.О популярности Яцека Дукая говорит факт, что его последний роман, еще одна лихо закрученная альтернативная история — «Лёд», стал в Польше беспрецедентным издательским успехом 2007 года. Книга была продана тиражом в 7000 экземпляров на протяжении двух недель.Яцек Дукай также является автором многочисленных рецензий (преимущественно в изданиях «Nowa Fantastyka», «SFinks» и «Tygodnik Powszechny») на книги таких авторов как Питер Бигл, Джин Вулф, Тим Пауэрс, Нил Гейман, Чайна Мьевиль, Нил Стивенсон, Клайв Баркер, Грег Иган, Ким Стенли Робинсон, Кэрол Берг, а также польских авторов — Сапковского, Лема, Колодзейчака, Феликса Креса. Писал он и кинорецензии — для издания «Science Fiction». Среди своих любимых фильмов Дукай называет «Донни Дарко», «Вечное сияние чистого разума», «Гаттаку», «Пи» и «Быть Джоном Малковичем».Яцек Дукай 12 раз номинировался на премию Януша Зайделя, и 5 раз становился ее лауреатом — в 2000 году за рассказ «Katedra», компьютерная анимация Томека Багинского по которому была номинирована в 2003 году на Оскар, и за романы — в 2001 году за «Czarne oceany», в 2003 за «Inne pieśni», в 2004 за «Perfekcyjna niedoskonałość», и в 2007 за «Lód».Его произведения переводились на английский, немецкий, чешский, венгерский, русский и другие языки.В настоящее время писатель работает над несколькими крупными произведениями, романами или длинными повестями, в числе которых новые амбициозные и богатые на фантазию тексты «Fabula», «Rekursja», «Stroiciel luster». В числе отложенных или заброшенных проектов объявлявшихся ранее — книги «Baśń», «Interversum», «Afryka», и возможные продолжения романа «Perfekcyjna niedoskonałość».(Неофициальное электронное издание).

Яцек Дукай , Нельсон ДеМилль , Роман Злотников , Горохов Леонидович Александр , Ирина Измайлова

Проза / Историческая проза / Фантастика / Научная Фантастика / Фэнтези