Читаем Говорю вам… полностью

«Свидетель К., 28 лет, грамотный, женат, семьи 2 души, батрак, по профессии шофер:

По делу показываю… проезжая массив пшеницы были обнаружены и задержаны дети в количестве трех человек от 6 до 9 лет в коих было обнаружено в сумке чистые колосья пшеницы весом 5 кг… пшеница, очевидно, была нарвана руками. Родители задержанных свободно могли знать о том куда их дети собирались идти. Боле добавить не могу в чем и расписуюсь».

Свидетель Н., 26 лет, грамотный, женат, семьи 3 души, кандидат ВКП(б) билет № ___:

«…дети возраста от 6 до 9 лет были задержаны с колосьями зерна… которые безусловно были настроены своими родителями. Самостоятельно дети такого возраста, как 6 лет, за 6 км не могли уйти. Очевидно были информированы. Кто они по соцположению то я таковых не знаю. В чем и расписуюсь».

Обвиняемая Шестопалова П. С., 32 лет, вдовая, на иждивении 3 ребенка от 5 до 9 лет, по соцположению раскулаченная в 1930, имущества нет – изъято:

«Не признаю себя виновной в посылке своих детей с целью стрижки колосьев. Они пошли купаться, а потом пошли рвать колоски. Я не знала. Они ушли самовольно».

Из обвинительного заключения:

«…Организовала своих родных детей возрастом от 6 до 9 лет… с целью хищения колосьев в количестве 5 кг… чем самым совершила преступление кое предусмотрено постановлением Правительства ЦИК СНК от 7/VII-33 года».

Приговор именем Российской Социалистической Республики:

«Обвиняемая послала своих детей на совхозное поле производить обмолот и дети выполнили приказание и намолотили по 5 кг каковые были задержаны на месте преступления» (а в показаниях было: 5 кг – на всех. Теперь же «по 5»).

Приговорить Шестопалову П. С. к лишению свободы сроком на 10 лет.

Определение суда:

«Обвиняемая Шестопалова осуждена на 10 лет и после ее осталось трое детей малолетних ввиду того что они остались беспризорные… послать в комиссию несовершеннолетних для определения таковых.

Из кассационной жалобы:

«…Я своих детей на поля не посылала а ходили в сад за яблоками. Но какими путями они попали это прямо они по своей глупости, дети совершенно малолетние. От детей своих не отказываюсь… Суд указывает, что дети набрали по 5 кг каждый. Я в корне то опровергаю что дети одному 4 года, второму 6 лет и 3-му 9 лет этого никогда не наберут…

Если уж судили бы меня за то что я жена кулака… Мужа осудили на три года, где и погиб… Я с малыми детьми осталась. Меня выселили на кулацкую точку где я перезимовала и от голоду я с точки ушла, договорилась с комендантом… для спасения малых детей ушла на свой хутор где занималась огородом. Я не судима. К Советской власти я была лояльна… прошу крайсуд снизить меру наказания дать воспитать мне детей которые остались без призрения».

Определение Кассационной коллегии в составе председательствующего… и членов…:

«Приговор нарсуда остается в силе (десять лет). Кассационную жалобу оставить без последствий.

Из рецептов голодных лет нашего края:

Козелок. Длинный белый корень с узким листом. Корень выкапывают, промывают, сушат. Можно готовить сразу, запаривая в чугуне, в печи. Можно толочь в ступе, просеивать и печь лепешки, «тошнотики».

Еще одно «детское» дело. И если у Шестопаловой 3 детей, то у Бреховой – 7.

Начинается «дело», как всегда, с доноса: «1932 года сентября 22-го дня в Кувшиновский с/совет пришла гражданка Г-ва и заявила о том, что не помню какого числа в августе месяце… я шла в поле и видела, что 2 девочки Бреховой Марии Лукиничны пошли от колхозного гумна и понесли в сумке с ведром какого-то зерна…»

Обратите внимание, «видела» в августе, а заявила 22 сентября, месяц ли, более спустя. Поругались, наверное, вот и «вспомнила».

Но «заявление» есть, и дело пошло.

Выписки из документов:

«Дети Бреховой занимаются растаскиванием колхозного хлеба с колхозных гумен».

«Я… увидел у колхозного гумна 2-х девочек Бреховой, у которых была ватола и ведро… произвели обыск у Бреховой и обнаружили 7 кг ячменя, пшеничной муки 4 кг».