Читаем Государь полностью

По этому поводу следует сделать несколько замечаний. Во-первых, о том, что женщины часто были причиной многих несчастий и нанесли большой вред правителям городов, в которых вызывали раздоры. Как мы видели по нашей истории, проступок, совершенный против Лукреции, лишил власти Тарквиниев, а обида, нанесенная Виргинии, была причиной свержения децемвиров. Среди главных причин, приводящих к гибели тиранов, Аристотель называет злодеяния, совершаемые ими в отношении чужих жен, будь то нанесение им бесчестия, насилие или расторжение брачных уз. Об этом мы подробно говорили в главе, посвященной заговорам. По моему мнению, самодержавным государям и правителям республик не стоит недооценивать подобные происшествия; им следует предвидеть беспорядки, к которым такие случаи ведут, и своевременно принять должные меры, которые не нанесли бы позора и ущерба их владениям или их республике, как получилось у ардеатинцев, каковые допустили противостояние между своими согражданами и разделились на две партии, а когда пожелали вернуться к прежнему единству, были вынуждены искать внешней помощи, что обычно ведет к порабощению.

Перейдем, однако, к другому замечанию, как следует воссоединять города, о чем мы поговорим в следующей главе.

Глава XXVII

О том, как воссоединить разделившийся город, и об ошибочности мнения, что для удержания городов нужно сеять в них раздоры

Пример римских консулов, приведших ардеатинцев к согласию, указывает на способ восстановить порядок в разделившемся городе, который заключается не в чем ином, как в казни зачинщиков мятежа. Ведь тут необходимо выбирать из трех возможностей: либо казнить зачинщиков, как и поступили консулы; либо удалить их из города; либо примирить их между собой, связав обязательствами не нападать друг на друга. Из этих трех возможных способов последний самый опасный, наиболее сомнительный и бесполезный. Ибо после нанесения кровных обид и совершения подобных этому преступлений невозможно надолго установить вынужденный мир, пока виновники каждодневно встречаются лицом к лицу. Трудно ожидать, что они воздержатся от взаимных обид, поскольку при постоянном общении у них возникнет для этого множество новых причин.

Наилучшим примером на этот счет может служить город Пистойя. Пятнадцать лет назад, как и сегодня, в этом городе было две партии: Панчатики и Канчельери, но сегодня они ведут себя мирно, а тогда были вооружены. После долгих пререканий дело между ними дошло до кровопролития, грабежей, поджогов и всех прочих враждебных действий. Флорентийцы, которым следовало успокоить пистойцев, использовали для этого всегда третий из указанных способов, приводивший в дальнейшем к еще большим беспорядкам и еще большим смутам. В конце концов нашим правителям это надоело, и они прибегли ко второму способу, который состоит в удалении вождей из обоих лагерей; одних заключили в тюрьму, других выслали в разные места, после этого воцарилось согласие, сохраняющееся до наших дней. Однако, вне всякого сомнения, самым надежным способом был бы первый. Поскольку же подобные расправы требуют крепости и силы духа, слабая республика на них не способна, и они для нее столь чужды, что даже на второе средство она идет неохотно. Это все те же ошибки, упоминавшиеся в начале и присущие государям нашего времени, когда они принимают важные решения. Им следовало бы повнимательнее относиться к рассказам о том, как в подобных случаях поступали в древности. Но слабость нынешнего поколения, вызванная жалким его воспитанием и недостаточными житейскими познаниями, приводит к тому, что оно воспринимает античные деяния частью как бесчеловечные, частью как невозможные. Некоторые современные мнения вовсе расходятся с истиной, как, например, суждение мудрецов нашего города в недавние годы, что Пистойю следует удерживать с помощью партий, а Пизу – с помощью крепостей; эти люди не могут уразуметь бесполезность того и другого.