Читаем Государь полностью

В другом месте мы уже говорили, что полезнее всего устроить свободное сообщество так, чтобы граждане оставались бедными. И хотя трудно судить о том, какие римские порядки поддерживали в городе такое состояние, ибо аграрный закон встретил очень большое противодействие, опыт показывает, что 400 лет спустя после основания Рима бедность была в нем очень распространена. И надо полагать, что причиной тому был простой обычай не закрывать доступ малоимущим людям к любым должностям и званиям и почитать доблесть, в каком бы жилище она ни обитала. Такие порядки делали богатство менее привлекательным. Это совершенно очевидно. Когда консул Минуций был со своим войском осажден эквами, в Риме распространились опасения утратить эту армию, и было решено назначить диктатора, то есть прибегнуть к крайнему средству, применявшемуся в стесненных обстоятельствах. Диктатором стал Люций Квинкций Цинциннат, находившийся в то время в своем небольшом имении, где он собственноручно обрабатывал землю. Тит Ливий говорит по этому поводу бесценные слова: «Орегае pretium est audire, qui omnia prae divitiis humana spernunt, neque honori magno locum, neque virtuti putant esse, nisi effusae affluant opes» [80] . Цинциннат вспахивал свой маленький участок, не превышавший четырех югеров, когда из Рима прибыли послы Сената и сообщили ему об избрании на пост диктатора, объяснив, в какой опасности находится Римская республика. Надев свою тогу, Цинциннат прибыл в Рим и собрал войско, с которым двинулся на помощь Минуцию; разгромив врагов и захватив их имущество, он освободил осажденных, но не пожелал, чтобы они участвовали в дележе трофеев, и обратился к Минуцию со следующими словами: «Я не хочу, чтобы ты получил часть добычи тех, чьей добычей сам чуть не сделался». Цинциннат лишил Минуция консульской должности и сделал его легатом, сказав ему: «Ты останешься в этом звании до тех пор, пока не научишься быть консулом». Начальником своей конницы Цинциннат назначил Люция Тарквиния, который из-за бедности сражался пешим. Отметим еще раз тот почет, которым в Риме пользовалась бедность, и то, что для пропитания достойного и мужественного человека, каким был Цинциннат, было достаточно четырех югеров земли. Подобная неприхотливость сохранялась еще во времена Марка Регула, ибо когда он находился с войском в Африке, то обратился с просьбой к Сенату о том, чтобы ему разрешили возвратиться для приведения в порядок своего имения, разоренного работниками. Здесь примечательны две вещи: во-первых, бедность, которой довольствовались граждане, искавшие на войне только чести, а всю выгоду оставлявшие государству. Ведь если бы они думали на войне об обогащении, им не стоило беспокоиться о запустении своих полей. Во-вторых, это душевное благородство римских граждан; командуя войском, они превозносились выше любого государя, не считались ни с царями, ни с республиками, ничего не страшились и ни перед кем не трепетали. Возвратившись же к частной жизни, становились скромными, смиренными, рачительными хозяевами, послушными должностным лицам и уважающими своих предков; трудно поверить, что такие перемены происходили в одних и тех же людях. Такая непритязательность сохранялась до времен Павла Эмилия, последней счастливой эпохи Римской республики, когда ее гражданин своим триумфом обогатил город, но сам остался бедным. Бедность в ту пору так еще ценилась, что Павел, в награду за храброе поведение на войне, подарил своему зятю серебряную чашу, и это был первый серебряный предмет, попавший в его дом. Можно было бы много еще говорить о преимуществах бедности перед богатством, о том, как она способствовала славе многих городов, стран и духовных учений, богатство же служило причиной их краха; однако об этом неоднократно писали другие авторы.

Глава XXVI

О том, что женщина бывает причиной гибели государств

В городе Ардее возникла распря между патрициями и плебеями, не поделившими между собой богатую невесту, на руку которой претендовали один из плебеев и один из нобилей. Поскольку у нее не было отца, опекуны желали выдать ее за плебея, а мать – за знатного. Их притязания привели к ссоре, которая вылилась в вооруженное столкновение – вся знать с оружием в руках стала на сторону нобиля, а весь народ – на сторону плебея. Плебеи были побеждены, покинули Ардею и послали за помощью к вольскам, а нобили обратились к римлянам. Сначала прибыли вольски, которые разбили свой лагерь вокруг Ардеи. Затем подоспели римляне и зажали вольсков в кольцо между городом и своими укреплениями, так что те, когда среди них начался голод, были вынуждены сдаться на милость победителя. Римляне вошли в Ардею и перебили всех зачинщиков беспорядков, после чего город успокоился.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Занимательные истории
Занимательные истории

В истории французской литературы XVII в. имя Таллемана де Рео занимает особое место. Оно довольно часто встречается и в современных ему мемуарах, и в исторических сочинениях, посвященных XVII в. Его «Занимательные истории», рисующие жизнь французского общества эпохи Генриха IV и Людовика XIII, наряду с другими мемуарами этого времени послужили источником для нескольких исторических романов эпохи французского романтизма, в частности, для «Трех мушкетеров» А. Дюма.Относясь несомненно к мемуарному жанру, «Занимательные истории» отличаются, однако, от мемуаров Ларошфуко, кардинала де Реца или Сен-Симона. То были люди, принадлежавшие к верхним слоям потомственной аристократии и непосредственно участвовавшие в событиях, которые они в исторической последовательности воспроизводили в своих воспоминаниях, стремясь подвести какие-то итоги, доказать справедливость своих взглядов, опровергнуть своих политических врагов.Таллеман де Рео был фигурой иного масштаба и иного социального облика. Выходец из буржуазных кругов, отказавшийся от какой-либо служебной карьеры, литератор, никогда не бывавший при дворе, Таллеман был связан дружескими отношениями с множеством самых различных людей своего времени. Наблюдательный и любопытный, он, по меткому выражению Сент-Бева, рожден был «анекдотистом». В своих воспоминаниях он воссоздавал не только то, что видел сам, но и то, что слышал от других, широко используя и предоставленные ему письменные источники, и изустные рассказы современников, и охотно фиксируя имевшие в то время хождение различного рода слухи и толки.«Занимательные истории» Таллемана де Рео являются ценным историческим источником, который не может обойти ни один ученый, занимающийся французской историей и литературой XVII в.; недаром в знаменитом французском словаре «Большой Ларусс» ссылки на Таллемана встречаются почти в каждой статье, касающейся этой эпохи.Написанная в конце семнадцатого столетия, открытая в начале девятнадцатого, но по-настоящему оцененная лишь в середине двадцатого, книга Таллемана в наши дни стала предметом подлинного научного изучения — не только как исторический, но и как литературный памятник.

Жедеон Таллеман де Рео , Рео Жедеон де Таллеман

Биографии и Мемуары / Европейская старинная литература / Документальное / Древние книги