Читаем Государь полностью

Император Антонин Каракалла находился со своим войском в Месопотамии, и здесь у него был префект Макрин, человек скорее гражданский, нежели военный. Антонин, как часто бывает с дурными государями, которые боятся, как бы кто-нибудь не поступил с ними так, как они того заслуживают, написал в Рим своему приятелю Матерниану, чтобы тот узнал у астрологов, не собирается ли кто покуситься на его власть, и известил его. Матерниан написал, что таким человеком является Макрин, но письмо сначала попало в руки к Макрину, а не к императору, и префект понял, что он должен либо убить Антонина до того, как из Рима прибудет новое письмо, либо умереть. Макрин подговорил центуриона Марциала, которому он доверял и брат которого за несколько дней до того был казнен по приказу Антонина, убить императора, что тот успешно и исполнил. Отсюда видно, что неотложная необходимость приводит почти к такому же результату, как и образ действий, описанный выше, которым воспользовался Нелемат Эпирский. Отсюда также можно заключить и о том, что я сказал почти в начале данного рассуждения: угрозы опаснее для государей, чем оскорбления, и приводят к заговорам более успешным, поэтому государь должен воздерживаться от них. Человека нужно обласкать или обезопасить от него свою жизнь, но никогда не ставить его перед выбором: убить или умереть самому.

Что касается опасностей, встречающихся при осуществлении заговора, они возникают или при изменении обстоятельств, или из-за малодушия исполнителя, или из-за ошибки, допущенной исполнителем по неосмотрительности, или из-за не полностью выполненного плана, когда в живых остается часть из тех, кого нужно было устранить. По моему мнению, ничто не вносит такого разброда и замешательства во все людские дела, как необходимость в один миг, не теряя времени, изменить план действий и поступить противоположно тому, что было намечено заранее. И если такое изменение вносит беспорядок в любое предприятие, тем более это касается военного дела и ему подобных, о чем мы сейчас толкуем, ибо самое главное в таких случаях – укрепить решимость людей в исполнении поставленной перед ними задачи, а если они на протяжении многих дней настраивали свое воображение в расчете на один план и образ действий и те неожиданно изменяются, то они обязательно придут в замешательство, и все дело будет погублено. Лучше уж действовать по установленному плану, зная, что это влечет за собой некоторые неудобства, чем, отменив его, идти на тысячу неудобств. Все это относится к случаю, когда нет времени на пересмотр плана; если же времени достаточно, можно поступать как угодно.

Заговор Пацци против Лоренцо и Джулиано Медичи хорошо известен. Было решено дать обед для кардинала Сан Джорджо и убить их во время этого обеда. Распределили роли: кто участвовал в покушении, кто должен был захватить дворец и кому надлежало пройти по городу, призывая народ к свободе. Случилось так, что когда семейства Пацци, Медичи и кардинал собрались для торжественного богослужения во Флорентийском соборе, было получено известие, что Джулиано утром не обедает во дворце, и заговорщики, собравшись вместе, порешили совершить в церкви то, что было задумано сделать в доме у Медичи. Это решение спутало им все карты, потому что Джован Батиста да Монтесекко не захотел участвовать в убийстве, которое должно было произойти в церкви, и пришлось на все посты назначить новых людей, которые не имели времени подготовиться к решительным действиям и наделали столько ошибок, что вся затея пошла прахом.