— Подумай, Стоум, ты мудрый человек; если я не будут ходить в походы, разве не скажут дружинники, — «Гостомысл отсиживается в городе, а других посылает воевать. Разве нам нужен робкий князь?» Не уйдут ли они после этого к другому князю? Я думаю так, — если я хочу сохранить дружину, то мне надо ходить в походы, и быть в дружине первым воином, как мой дед и отец. Так что не обижайся. А с делами в городе ты и сам справишься.

Глава 62

Так как от результатов задуманной миссии зависела судьба данов, захвативших словенскую столицу, то Готлиб и Харальд постарались отправить посольство, как можно скрытнее. Для этого, хотя и должен был конунг сам проводить такое важное посольство, но на причал он не пошел. Всеми делами занимался Харальд.

Несмотря на то, что пир продолжался почти до утра, Харальд с вечера проследил за подготовкой кораблей к походу, а утром пришел на берег реки еще до восхода солнца. Вместе с ним пришли четверо слуг, которые несли на носилках тяжелый бочонок.

В предрассветном сумраке корабли, тихо поскрипывая деревом, покачивались у причалов. Их было три. Еще один из кораблей стоял немного в стороне.

К нему и направился Харальд.

Томас к делу отнесся добросовестно: путь к кораблю преграждали два мечника с короткими копьями, со щитами и в полных доспехах; они задерживали всех, кто направлялся к кораблю, за делом каким или без дела, и хмурым видом советовали убираться от корабля подобру-поздорову.

Заметив Харальда со свитой, они копьями преградили ему путь.

— Не узнали, что ли, меня? — спросил Харальд.

— Узнали, — ответил один из мечников.

— Ну и что же? — спросил Харальд.

— Томас приказал никого без его разрешения не пускать. Это приказ конунга, — проговорил тот же воин, и в его глазах метнулось беспокойство. Он знал буйный характер воеводы.

Харальд медленно потянул меч из ножен и с угрозой проговорил:

— Никто не может мне препятствовать...

— Это воевода, пусть проходит! — послышался голос со стороны корабля, и на причале появился Томас.

Харальд вернул меч на место.

— Судно и команда готовы к походу, — доложил Томас.

— А почему они не пускают меня к кораблю? — зло спросил Харальд, кивнув головой на застывших мечников.

— Конунг велел все хранить в тайне и никого не пускать, — сказал Томас.

— Даже меня? — спросил Харальд.

— Даже тебя! — сказал Томас.

Харальд усмехнулся.

— Ты слишком смел. А конунг слишком боится, что о нашем посольстве пройдет слух. А тут всего-то — пройти немного по озеру и выйти в море.

— Мои воины даже не знают, куда мы идем. Я им говорю, что мы идем в разведку, — сказал Томас.

— Ладно, конунгу виднее, что делать. Он у нас за всех думает, — сказал Харальд и поинтересовался: — Ты кого из людей взял?

— Воинов немного — всего пять человек. Тех, кого ты назначил. Остальные гребцы и слуги, — сказал Томас.

— Хорошо, — кивнул головой Харальд и, понизив голос до шепота, сказал: — Мы принесли бочонок с золотом. Бери его на судно и без промедления уходи.

— Идемте за мной, — сказал Томас носильщикам.

— Нет, — сказал Харальд. — Раз ты говоришь своему отряду, что идете в разведку, то не будем вызывать сомнения у людей в этом; поэтому пусть твои заберут бочонок.

— По весу бочонка они догадаются, что в нем золото. Лучше если бы они не знали об этом, — сказал Томас.

— Ладно, — сказал Харальд и приказал носильщикам отнести бочонок на корабль.

Вместе с ними ушел и Томас. Бочонок он велел положить около мачты, а наблюдавшей за его действиями команде сказал, что в бочонке вино.

Это объяснение удовлетворило любопытство команды, и Томас вернулся к Харальду, который одиноко стоял на причале.

— Все сделано! — доложил Томас Харальду.

Харальд взглянул на горизонт, где солнце уже показало край.

— Пора идти. Удачи тебе, — сказал Харальд и обнял Томаса.

Томас был удивлен столь необычному обхождению, ведь он всего лишь малоизвестный мечник.

Выпустив Томаса из объятий, Харальд проговорил:

— Томас, тебе улыбнулась удача: конунг поручил тебе важную миссию. Не жалей золота, помни об одном — ты должен привести сюда весной много людей с оружием. От этого зависит наша жизнь. Поэтому нахваливай здешние места, как свою дочь, которая засиделась в девицах. Тащи всех, кто захочет идти с тобой. На месте разберемся. И если ты выполнишь поручение конунга, то получишь большую награду, в сравнении с которой этот бочонок золота всего лишь жалкие гроши. Конунг хочет отдать тебе в управление один из этих краев.

— Мне золото не нужно, — сказал Томас.

Харальд едва заметно улыбнулся, он знал слабое место христианина и проговорил:

— Зато тебе нужно обратить в истинную веру дикарей.

В глазах Томаса блеснула радость и надежда.

— Ты один из нас, ты христианин? — быстро спросил он.

— Не важно, кто я. Я верю в бога. А бог один, — уклончиво сказал Харальд и хлопнул Томаса по плечу. — Все! Тебе пора. И пусть бог шлет тебе удачу.

Томас ушел на корабль. Гребцы оттолкнулись от причала, сразу поставили парус, и корабль стал набирать ход.