Читаем Гость полностью

Но когда снова и снова прокручиваешь случившееся, будто видеозапись, возникает одна проблема: постепенно начинают закрадываться сомнения. Ты в который раз перебираешь в памяти то, что произошло, и не можешь вспомнить, действительно ли было сделано все, что нужно было сделать. Ты сидишь в полном одиночестве и думаешь, думаешь, думаешь, и воспоминания начинают расплываться; чем больше вопросов ты задаешь, тем меньше в тебе уверенности. Одна пустяковая мелочь. Была ли она сделана? Была ли она сказана? Ты помнишь, что у Каллан это было сделано. Помнишь наверняка. И у Каролины Кук. Да, определенно. Ты тоже это помнишь. И у Лорейн Стэнли в Сан-Диего. А что насчет Элисон Ламарр? Было ли это сделано? Или по твоему приказу это сделала она сама? Было ли это? Ты сомневаешься.

Ты испытываешь твердую уверенность, что все было сделано как надо, но не следствие ли это бесконечных прокруток в памяти? Возможно, сама выработанная схема заставляет тебя предположить, что событие произошло так, как всегда происходило до этого? Однако на сей раз могла случиться ошибка. И это тебя страшно пугает. Ты начинаешь со страхом копаться в памяти, и чем больше копаешься, тем больше утверждаешься в мысли, что на этот раз произошел прокол. Эта мелочь вылетела у тебя из головы. Были ли сказаны нужные слова? Получила ли Ламарр приказ? Возможно, не получила. И что тогда?

Ты заставляешь себя встряхнуться и успокоиться. Ты обладаешь сверхчеловеческим талантом, поэтому сомнение, тревога — это не для тебя. Вздор. Нелепость! Поэтому ты выбрасываешь все это из головы. Но беспокойство не желает расставаться с тобой. Оно усиливается, становится все активнее. И в конце концов ты остаешься сидеть в полном одиночестве, зная наверняка, что наконец допущена первая маленькая ошибка.

Собственный реактивный «лир» Бюро переправил Блейка и бригаду криминалистов с авиабазы Эндрюс в Спокан, после чего Блейк послал самолет в аэропорт Сиэтла и Такомы забрать Харпер и Ричера. Маленький реактивный самолет уже ждал на бетонной полосе у здания аэровокзала, и прилетевших встретил тот же самый агент из сиэтлского отделения. Накрапывал дождик, было холодно, поэтому Харпер и Ричер торопливо взбежали по трапу «лира», укрываясь от непогоды. Через четыре минуты они снова были в воздухе.

Перелет до Спокана на «лире» получился гораздо быстрее, чем на «сессне». На аэродроме Харпер и Ричера ждал тот же самый агент местного отделения в машине. Как и в прошлый раз, адрес Элисон Ламарр был записан на бумажке, прикрепленной к лобовому стеклу. Агент проехал десять миль на восток к Айдахо, затем повернул на север, на узкую дорогу, уходящую в сторону гор. Через пятьдесят ярдов после поворота дорога была перегорожена двумя машинами и желтой лентой, натянутой поперек между деревьями. Вдалеке за деревьями виднелись горы. Западные склоны были затянуты дождевыми тучами, а на вершинах восточных склонов косые лучи солнца, пробиваясь среди облаков, высвечивали узкие полоски снега.

Полицейский снял ленту с дерева, и машина медленно проползла за ограждение. Проехав мимо уединенных домов, отстоящих друг от друга не меньше чем на милю, агент остановился у поворота к дому Ламарр.

— Дальше придется идти пешком.