Читаем Гость полностью

— Тогда мне снова придется воспользоваться вашим туалетом. Кофе просто пролетает сквозь меня.

— Неважно.

Закрыв за полицейским дверь, Рита вернулась на кухню и включила кофеварку. Села на табурет, дожидаясь, когда кофе будет готов. Нашла самую большую кружку, какая только была в доме, и налила в нее кофе. Достала из холодильника сливки, а из буфета сахар. Ей показалось, полицейский из тех, кто любит сливки и сахар, — молодой, а уже с брюшком. Взяв кружку, Рита вышла на улицу. Спустилась вниз. Над кофе поднимался пар, стелившийся горизонтальной полоской вдоль дорожки. Рита постучала по крыше машины, полицейский обернулся, улыбнулся и опустил стекло. Неуклюже взял кружку обеими руками.

— Спасибо.

Он прикоснулся к кружке губами, выражая свою признательность, а Рита вернулась по дорожке, поднялась на крыльцо и вошла в дом. Закрыла за собой дверь, заперла ее на замок и, обернувшись, увидела, что гость, которого она ждала, тихо стоит на лестнице, ведущей из гаража.

— Здравствуй, Рита, — сказал гость.

— Здравствуйте, — ответила она.

Такси проехало на юг по 205-му шоссе и свернуло налево на 26-е.

Машина вела себя так, словно следующим ее рейсом станет последняя поездка на свалку металлолома. Цвет дверей внутри не совпадал с цветом кузова. Судя по всему, машина уже отработала три года в Нью-Йорке, а затем еще три в пригородах Чикаго. Но все же она катила вперед довольно бойко, а счетчик тикал значительно медленнее, чем тикал бы в Нью-Йорке или Чикаго. И это было очень важно, так как до Ричера только сейчас дошло, что у него в карманах почти нет денег.

— Почему такое большое значение имеет демонстрация мобильности? — спросила Харпер.

— Это тоже крупная ложь, — объяснил Ричер. — И мы ее заглотили.

Симека спокойно стояла перед входной дверью. Гость вопросительно глядел на нее из противоположного конца коридора.

— Ты купила краску?

— Отлично. Ты все сделала правильно.

Симека зарделась от удовольствия. Розоватый румянец на бледном как полотно лице.

— Теперь ты должна сосредоточиться, — продолжал гость. — Потому что я выдам тебе много информации.

— О чем?

— О том, что ты должна будешь сделать.

Симека молча кивнула.

— Во-первых, ты должна улыбаться, — сказал гость. — Это очень важно. Для меня это имеет очень большое значение.

— Хорошо.

— Ты сможешь улыбаться?

— Не знаю.

— Ну-ка попробуй.

— Я теперь больше почти не улыбаюсь.

Гость сочувственно кивнул.

— Знаю, но ты все-таки попробуй, ладно?

Опустив голову, Симека сосредоточилась, и, когда подняла ее снова, на лице была робкая, бледная улыбка. Лишь чуть изогнувшиеся губы, но это уже было что-то. Она старалась изо всех сил.

— Очень мило, — похвалил ее гость. — И помни: я хочу, чтобы ты улыбалась все время.

— Хорошо.

— То, что тебе предстоит, будет доставлять тебе радость.

— Да.

— Нам нужен какой-нибудь инструмент, чтобы открыть банку.

— Все инструменты в подвале.

— Отвертка у тебя есть?

— Конечно, — с гордостью ответила Симека. — Восемь или девять.

— Принеси мне большую, хорошо?

— Хорошо.

— И не забывай улыбаться.

— Извините.

Кружка оказалась слишком большой и не помещалось в гнездо на подлокотнике, поэтому полицейскому пришлось выпить весь кофе за раз, так как некуда было ставить кружку в перерывах между глотками. Вечно так происходит. На вечеринке, если он пьет, стоя с бутылкой, а не сидя за стойкой, куда бутылку можно ставить время от времени. То же самое с сигаретами. Если есть пепельница, сигарета растягивается значительно дольше, чем если курить ее на ходу, когда она полностью исчезает за каких-то полторы минуты.

Полицейский сидел, поставив на колено пустую кружку, размышляя о том, не отнести ли ее назад в дом. Можно будет сказать: «Вот ваша кружка. Огромное спасибо». Это даст возможность намекнуть еще раз, как он замерз. Быть может, удастся уговорить Симеку вынести стул в коридор, и тогда он сможет досидеть смену до конца в тепле дома. Тут уж никто не пожалуется. Так охрана будет еще надежнее.

Но он никак не мог решиться снова позвонить в дверь. Эта Симека — определенно дамочка нервная. Кто знает, как она отнесется к этому, если он всего лишь проявит вежливость и отнесет кружку? Хотя именно он помог ей избавиться от этого полковника в сутане. Полицейский постукивал кружкой по колену, пытаясь найти золотую середину между нарастающим чувством холода и боязнью снова вызвать гнев Симеки.

Такси проехало через Грешам, Келсо, Санди. Шоссе номер 26 приобрело собственное имя: шоссе Маунт-Худ. Дорога стала подниматься в гору. Старый восьмицилиндровый двигатель надрывно ревел.

— Кто это? — спросила Харпер.

— Ключ в ответе Пултона из Спокана.

— Да?

Ричер кивнул.

— Все очевидно, как на ладони. Но мне потребовалось какое-то время, чтобы это разглядеть.

— Ты имеешь в виду службу доставки? Мы ведь это уже обсудили.

Он покачал головой.

— Нет, раньше. Агентство «Херц». Прокат машин.

Симека поднялась из подвала с отверткой в руке. Не самой большой, дюймов восемь в длину, шлиц достаточно тонкий, чтобы просунуть его под крышку, и в то же время достаточно широкий, чтобы служить действенным рычагом.