Сэми щелкнул на другой канал в попытке еще раз связаться с Ли, ткнулся лбом в теплую панель управления Штурма и зажмурился. Горящий энтузиазмом, оптимизмом и непоколебимой самоуверенностью Рафи Лихарт все-таки полез в осиное гнездо в попытке добыть еще одного подопытного.

Сэмиэлль выпрямился, развернул было Штурм обратно к Фере, но вспомнил про девчонку – она как-то подозрительно затихла внутри капсулы – и с сокрушенным выдохом направил белый корабль по направлению к Лисьей, в секунды разгоняясь до ультра-скорости.

– Бабуль, ау? Кэсс, ты дома? Я сейчас оставлю тебе кое-кого, на попечение, это очень срочно! Тут Ли… нет, потом объясню! Угу, целую, да.

Подумав немного, Сэми покусал губы и снова тронул коммуникатор, вызывая старшую сестру:

– Джозефинн! Джо! Я знаю, что ты слышишь, ответь! Мне срочно нужен скан твоего корабля, немедленно! Ты слышишь?! Немедленно! Ли пропал!

– Хватит орать, – Джозефинн Орингер звучала так, будто всю жизнь непрерывно курила махорку, ела махорку, спала с ней же и вообще сама была махоркой. – Где пропал? Координаты.

– Шестой сектор Феры, ноль-один дробь семь.

– Долбоклюй.

– Кто?

– Вы оба. Местные банды наверняка уже сожрали его, расслабься. Но полкило корейки и черепушку могу привезти.

– Джо, прошу! Ты же там рядом, да? На Си-рэкс, у шахты? Джози, я умоляю, поищи его! Джозенька, сеструнь! Я… я нарисую тебе ту штуку, ну, боевую ультра-гарду! Все как ты хотела! Джозя! Финнюня! И тот серповидный нож с желобками тоже! Прошу тебя!

– Я уже подлетаю к Фере, но ты продолжай, продолжай, мой выпендрежный братик.

– Ты… ты что-нибудь там видишь? Что ты видишь?

– Лес. И он тут везде, знаешь ли.

– Джо!

– Они жгут подлесок с трех сторон. Банда пернатых. Похоже, выкуривают твоего дружка. Или уже запекают, хрен их знает. Транспортник Лихарта крутится волчком на пустыре слева, видать, коротнул или угодил в ловушку. Короче, я сейчас там всех убью, Сэми, скошу в качестве трофея во-о-он те три кубометра заповедного золотого леса, а потом ты отмажешь меня перед Конторой и родителями. Сам придумай, как.

– Да! Да, Джози! Только забери этого придурка!

– Ну-у-у, или то, что от этой сладкой морковки осталось.

– Пусть… пусть… ладно. Только забери. Черт, понесло его! А… а зачем тебе три кубометра золотого леса?

– Маме подарю. На табуретки реклайнеры. Все, отключаюсь. Жди. Долбоклюй.

Глава 2. Рафи

Правнук первого советника, сиятельный господин Рафаэль Лихарт не вписался в поворот и охнул, со всего маху приложившись плечом о ствол опутанного лианами дерева. Оттолкнувшись от него, медик, новатор и умница попытался было снова набрать нужную для улепетывания скорость, но его левая нога поехала куда-то в одну сторону, а правая – в другую. Замахав руками, Рафи с трудом удержался в вертикальном положении, но тут же приказал себе мыслить конструктивно и бодренько шлепнулся на пузо, прямо в вонючую жижу, отползая с тропинки в кювет. Забившись под первый же попавшийся куст, невезучий отпрыск аристократического рода забросал себя сверху подгнившей листвой и притаился грязной кучкой.

Сердце колотило по внутренностям. Полутемный, густой и яростно цветущий лес вокруг казался единым живым существом. Недружелюбным, дурашливым, ехидным.

Неподалеку что-то затрещало, загомонило, заухало и с задорным бряцаньем пронеслось мимо замершего под кустом, благоухающего испражнениями местной фауны медика – банда пернатых наконец-то ненадолго сбилась со следа.

Запахло паленым. По низу тонко потянуло дымком.

Невыносимо захотелось курить. Страдающий Рафи досчитал до ста, выравнивая дыхание, прислушался и опасливо высунулся из-под крупных бархатистых листьев своего убежища. Растительное буйство удушливой Феры шепталось, пело, шебуршало и глумливо, по-звериному, похихикивало.

Зеленая форма медика безнадежно промокла и нестерпимо воняла.

«Дерьмо!» – едва слышно охарактеризовал сложившуюся ситуацию Лихарт, оглядываясь.

Спасительный куст при ближайшем рассмотрении оказался роскошным, раскидистым лопухом. Рафаэль оценил эту тонкую иронию, криво усмехнулся и еще раз, уже безо всякой надежды, постучал по широкому браслету у себя на запястье. Попавший в магнитную ловушку синий транспортник в который раз не отреагировал на призыв хозяина.

Раф мучительно нахмурился, ругнувшись шепотом: «Самоуверенная ты жопа. Понтодел…» – и вновь оглянулся в попытке определить направление своего дальнейшего движения. Вернее, бегства. Обильно цветущий лес в ответ весело затрещал ветками, а затем неожиданно замер.

В одно мгновение стало абсолютно, оглушительно тихо. Неподвижно, сумрачно, темно. Мир потерял все многообразие оттенков и цветов, превратившись в неоднородный серо-синий фон. Молчаливый. Предвкушающий.

Струхнувший Рафаэль медленно присел, стараясь не делать резких движений, забился обратно под лопух, но в последний момент решил, что «помирать, так хоть на своих двоих», и полез наружу, кое-как поднимаясь на ноги.

Над верхушками деревьев зависло что-то огромное, черное и совершенно бесшумное.