«Я тоже этого не знала, — подумала Никки. — Странные какие–то эти открытки». Она чувствовала, что должна над этим подумать. Он наверняка хотел что–то сообщить ей. Отцу всегда нравились зашифрованные послания. Он рассказывал о них Никки, и они часто вместе работали над ними. Может, в этих открытках что–то зашифровано?

Девочка поднялась в детскую и разложила все тексты на диване. Перечитывая их, она не нашла никакого шифра. Чтобы поднять себе настроение, она пошла с Отисом на прогулку. Радость в душе Никки рождалась от одного только взгляда на него: этот влажный черный нос, ушки на макушке и мягкие подушечки на лапах… Она играла с Отисом, думая о странных посланиях отца, и совсем забыла о Хойте Маккое.

ГЛАВА 18

Что увидел Гровер?

В доме Хойта Маккоя что–то произошло. Перед обедом Гровер пошел забирать почту и увидел два автомобиля, один из которых был патрульный, проследовавших по Триллиумной улице, и, когда они повернули на Воронью дорогу, он побежал следом, чтобы посмотреть, куда они направились. Автомобили свернули к дому Хойта Маккоя. Похоже, это был не дружеский визит: они ехали так быстро, что из–под колес во все стороны летел гравий.

Может, у Хойта случился сердечный приступ или он прострелил себе ногу из своей винтовки? А может, он выстрелил в кого–то и его должны арестовать? Что бы ни было, Гроверу хотелось все увидеть собственными глазами.

Он забежал на участок Хойта Маккоя вслед за автомобилями и скрылся под деревьями. Машины остановились на площадке перед домом, и из них выпрыгнули полицейские Йонвуда и миссис Бренда Бисон. Полицейские нацелили пистолеты на входную дверь, и Гарни прокричал: «Хойт Маккой! Выходите с поднятыми руками! Дом окружен!»

Дом, конечно, не был окружен, но, едва Гарни произнес эти слова, двое полицейских двинулись с места, чтобы обойти дом сзади. Миссис Бисон стояла, сжав кулаки и раздувая ноздри, и не отрывала испепеляющего взгляда от двери.

Спустя мгновение дверь открылась, и на пороге появился высокий, сутуловатый Хойт Маккой в мешковатом оливково–зеленом свитере и черных брюках. Волосы у него торчали во все стороны, словно он не причесывался несколько недель.

— Руки вверх! Руки вверх! — крикнул Гарни, который, как решил Гровер, заимствовал эту фразу из сериалов о полицейских.

Но Хойт не поднял руки. Он смотрел на толпу, собравшуюся на его подъездной дорожке, с таким выражением лица, будто видит кошмарный сон, а потом, указав на Гарни, прокричал:

— Вон с моего участка! Что вы себе позволяете?

— Вы арестованы! — прокричал в ответ Гарни, но ни на шаг не приблизился к Хойту. — По обвинению в покушении на убийство.

И тут Хойт опустил руку и улыбнулся. Гровер даже подошел ближе, чтобы убедиться, что Хойт улыбался, хотя улыбка на его длинном лице больше напоминала гримасу. Он спустился с крыльца и направился к Гарни, не боясь, что его пристрелят, а Гарни держал пистолет обеими руками, словно на него надвигался танк или разъяренный носорог.

— Шеф, произошла ошибка, — ровным голосом заговорил Хойт, — и я вижу, что причина этой ошибки стоит у вас за спиной. — Он указал на миссис Бисон. — По какой–то только ей ведомой причине эта дама выслеживает меня, посылает на мой участок лазутчиков, а теперь обвиняет в убийстве, и нелепость этого обвинения вызывает у меня улыбку.

Миссис Бисон шагнула вперед. Гровер приблизился, чтобы все слышать, не тревожась, что его увидят: никто не обращал на него внимания.

— Да, вы обвиняетесь в покушении на убийство. — Голос миссис Бисон дрожал от ярости. — Я всегда знала, что вы плохой человек, а теперь выясняется, что от вас можно ждать…

— Убийство кого, мадам? — прервал ее Хойт.

— Ребенка! Маленькой девочки, которая случайно забрела на ваш участок и смотрела на ваш ужасный…

— Один момент, дорогая моя! — Улыбка с лица Хойта исчезла, и его глаза потемнели от гнева. — Это уже чересчур. В последнее время на моем участке постоянно кто–то появляется, то мальчик, то девочка, наверняка и еще кто–нибудь, кого я не заметил.

Гровер знал, о каком мальчике идет речь. Но девочка! Он не мог и представить себе, чтобы какая–нибудь девочка решилась зайти на участок Хойта Маккоя.

— Почему, хотелось бы мне знать? Почему? — продолжал Хойт. — Я сейчас занят важными исследованиями, которые могут изменить мир… и вашу жизнь, мадам, тоже. А вы посылаете лазутчиков, чтобы они досаждали мне! Но, когда я призываю их к порядку, требую, имея на это полное право, чтобы они покинули принадлежащую мне территорию, меня обвиняют в покушении на убийство. Это переходит все границы!

Полицейские стояли, пригнувшись, как бегуны на старте, готовые в любую секунду прыгнуть на Хойта Маккоя и повалить его на землю. Но Маккоя это, похоже, не волновало, он сверлил взглядом миссис Бисон.

— Вы направили винтовку на маленькую девочку, — отчеканила миссис Бисон, не сводя с него глаз. — Она видела, как вы целились в нее. И слышала, что вы угрожали ей. — Тут у нее перехватило дыхание, и ее лицо стало таким же красным, как ее бейсболка.

Гарни шагнул вперед:

— Вы арестованы.

Но Хойт Маккой вновь улыбнулся.