— А ты не командуй! — огрызнулся Рябов. — Ты сейчас никакой не подполковник, а слесарь Славка, как было сказано. Лучше отойди в сторону, а то, сам знаешь, замах у меня широкий. А то надо же, что удумали! Вопросы подлые мне задавать! Да я самому генералу Скоробогатову не спустил бы за такие вопросы! Слышь, Дубко, где ты там притаился? Сказано, готовься к справедливому мордобитию!

Никакого справедливого, равно как и иного прочего, мордобития, конечно же, не случилось. Наоборот, все скоро успокоились и перестали зубоскалить. К тому же женщины всех пригласили к столу.

После обеда мужчины устроили перекур. Впрочем, перекур — это лишь так говорится. На самом же деле они приступили к обсуждению плана дальнейших действий. Действия же намечались решительные и скорые, потому что времени на раскачку не оставалось. Акваланги из тайника исчезли — это было главное и означало, что и у неприятеля времени на раскачку не остается.

<p>Глава 13</p>

В первую очередь надо было разжиться информацией — ведь нельзя считать достоверными сведениями догадки, предположения и логические умозаключения. Человеку, как известно, свойственно ошибаться. Поэтому информацию нужно было получить из надежного источника.

И такой источник у спецназовцев имелся. Фотограф, да-да, тот самый фотограф. Конечно, пока это был лишь гипотетический источник. К нему предстояло найти пути подхода, а найдя, заставить рассказать спецназовцам все, что он знает: и о своем подозрительном интересе к прибывшему секретному кораблю, и о ночной экскурсии к тайнику с незнакомой дамой, и о самой незнакомке. Может статься, и еще много о чем интересном и актуальном.

Однако легко сказать — найти и заставить рассказать! Все это было лишь красивой теорией, а вот на практике все могло обернуться самым непредсказуемым образом. Но другого выхода у Богданова и трех его товарищей не было. И никакого другого решения тоже.

Для начала молодого человека надо было найти. Казалось бы, дело самое простое. Но и здесь возникали сложности. Где его искать? По месту жительства? А если его дома нет? Мало ли где он может быть! И тогда поиски могут затянуться на долгое время, которого у спецназовцев как раз и не было. В конце концов, ни Богданов, ни его товарищи не знали даже, как фотографа зовут. Это тоже отчасти затрудняло поиски. Того, чье имя ты знаешь, найти проще.

И все же решили для начала посетить квартиру, в которой проживал фотограф. Как в нее попасть, никто из спецназовцев не задумывался: на месте будет видно.

К дому, в котором проживал фотограф, подъехали на двух машинах. Вышли, осмотрелись, затем поднялись на третий этаж и постучали в дверь — звонка не было. На стук никто не ответил. Постучали второй раз и третий — результат тот же самый.

— Похоже, никого нет дома, — сказал Дубко. — Да, задача…

На всякий случай он постучал еще, и на этот раз удачно. Нет, из квартиры ему никто не ответил и дверь тоже не открыл, зато открылась дверь напротив, и в дверном проеме показалась пожилая женщина.

— А напрасно стучите! — сказала она. — Все стучат и стучат, никакого покоя. Вы к Сергею, что ли?

— К нему, — учтиво произнес Дубко. — Не подскажете, где он?

— А зачем вам? — с подозрением поинтересовалась старуха. — Мало ли кто вы такие. А вдруг бандиты?

— А что, к нему ходят бандиты? — спросил Дубко. — Надо же!

— Всякие к нему ходят! — неодобрительно произнесла старуха. — И днем ходят, бывает, и по ночам. А уж кто они, я не знаю. Может, и бандиты. Нормальные люди по ночам не шастают, а вот для бандитов ночь — самое их время.

— Мы не бандиты, — еще учтивее произнес Дубко. — Мы, можно сказать, наоборот…

— Из милиции, что ли? — спросила старуха.

— Из милиции, — кивнул Дубко.

— То-то я вижу, что личности ваши совсем не бандитские! — просияла лицом старуха. — Из милиции — это совсем другое дело! Давно пора!

— А что такое? — спросил Дубко.

— Спекулянт он, этот Сергей! — с негодованием произнесла старуха. — Как есть спекулянт! Живет на нетрудовые доходы, вот оно как! Спекулирует на рынке. Должно быть, он и сейчас там. Что-нибудь продает честным людям. Какой-нибудь дефицит. Он, знаете ли, и мне предлагал. Да! А только я не взяла! Потому что не хочу я брать у спекулянтов! Ничего не хочу, даже если, допустим, и задаром! Так что на рынке он сейчас, где же ему еще быть, коль он спекулянт? Уж вы его прижмите как следует! Видимое ли дело, обирать честных людей?! Спекулянт — он все равно что бандит! Даже еще хуже!

— Обязательно прижмем, — пообещал Дубко. — Вот только найдем его — и сразу же к законному ответу.

— Вот это правильно! — одобрила старуха. — Туда ему и дорога! В тюрьму!

— Ну спасибо, мать, — сказал Дубко. — Что ж, поищем его на рынке. От нас не уйдет! Да, кстати! Не подскажете ли его фамилию?

— Маковоз его фамилия! — ответила старуха. — Неужто сами не знаете?

— Конечно, знаем! — ответил Дубко. — Просто уточняем. А то ведь таких, как он, у нас много. Поневоле кого-нибудь забудешь или перепутаешь с кем-то другим.

— Уж это так, — согласилась старуха. — Развелось тех спекулянтов! Житья от них нет честному человеку!