Владимир Серов служил в 159-м авиационном полку командиром особой группы охотников.

— Это был человек завидной отваги, — вспоминает о нем Петр Афанасьевич Покрышев. Его группа из восьми истребителей в одном из боев по прорыву блокады Ленинграда встретила около 60 самолетов противника. Но несмотря на такое большое превосходство в силах, советские летчики под командованием Серова не уклонились от боя. Они сбили тогда 12 самолетов врага. Три самолета уничтожил лично Серов.

Дерзкий подвиг совершил в боях под Ленинградом Герой Советского Союза Андрей Васильевич Чирков.

В один из зимних дней он вместе с Покрышевым вылетел на разведку. Оба изрядно устали. Полет оказался трудным, так как землю застилала густая дымка. Над Любанью летчиков обстреляли немецкие зенитчики. Покрышев пошел направо, а Чирков — налево. В какой-то момент ведомый заметил, что со стороны солнца ведущего атакуют четыре фашистских истребителя. Не раздумывая, Чирков делает разворот и бросается на врага.

Удар оказался обоюдоострый. Обе машины полетели вниз. Чирков успел выпрыгнуть из поврежденной машины и раскрыть парашют. Фашист погиб. Когда Чирков опустился на территории, занятой противником, уже были густые сумерки.

Спрятав парашют, Чирков стал пробираться к Ленинграду, укрываясь в кустарнике. Летчик обморозил ноги, но все же к утру добрался до одной из наших пехотных частей.

Командир спросил его:

— Не могли бы вы провести наших разведчиков тем же путем, по которому прошли сами?

— Конечно могу, — ответил Чирков.

И, уставший, обмороженный, он вскоре ушел в разведку со стрелками. Захватив «языка», разведчики невредимыми вернулись к своим.

Так летчики 159-го истребительного авиационного полка мстили фашистам за гибель Лукьянова, за всю ту боль и страдания, которые принесли захватчики на нашу советскую землю.

БАУМАНЦЫ — ГЕРОЮ ЛУКЬЯНОВУ

Шел июнь сорок второго года. На фронтах не прекращались ожесточенные бои с врагом. Радио разносило по стране ободряющие сводки Советского информбюро. В них передавались сообщения об успешных наступательных действиях частей Красной Армий, об освобождении все новых и новых городов и крупных населенных пунктов.

Хотя враг к тому времени уже был отброшен от Москвы, над столицей нашей Родины все еще появлялись гитлеровские самолеты.

Затемненная Москва стойко защищалась.

По вечерам над городом медленно поднимались к небу аэростаты заграждения. Окна магазинов и полуподвальных помещений были завалены мешками с песком. На стеклах оконных проемов пестрели узкие бумажные полоски.

По улицам Москвы то и дело проходили части и подразделения Красной Армии, отправлявшиеся на фронты. В несмолкаемом городском шуме слышались бодрые голоса вооруженных людей. Они пели огневую песню о войне.

С наступлением темноты, когда над городом опускалась ночь, москвичи нередко с интересом наблюдали, как прожектористы Московской зоны противовоздушной обороны ловили щупальцами своих длинных лучей фашистские самолеты и вели их по темному небу.

— Смотрите! Смотрите! — вскрикивали останавливавшиеся на улицах москвичи. — Фашист мечется из стороны в сторону. Вот бы сбить его. Молодцы прожектористы!

В разных концах города раздавались оглушительные залпы зенитных батарей. В небе вспыхивали разрывы снарядов, а горячие осколки от них цокали по железным крышам и асфальту.

Во время налетов фашистской авиации на Москву москвичи, главным образом женщины, объединившись в отряды самозащиты, дежурили на крышах и у подъездов домов. В их обязанности входило: тушить зажигательные бомбы, бороться с пожарами, следить за порядком на улицах.

И хотя эти люди были в гражданских костюмах, они считались активными бойцами переднего края.

Большую оборонно-массовую работу под руководством райкома партии проводили жители Бауманского района столицы. На заводах и фабриках, в учреждениях и учебных заведениях активисты выступали с докладами, разъясняя трудящимся обстановку на фронтах.

Двенадцатого июня 1942 года в саду имени Баумана, что неподалеку от Разгуляя, собралось многолюдное собрание женского актива района. Сюда пришли матери и сестры, жены и невесты воинов, ушедших на фронт защищать родную землю.

На собрании шла речь о том, как лучше помочь фронту, чтобы быстрее разгромить фашистов. Женщины гневно говорили в своих выступлениях о многочисленных зверствах гитлеровских разбойников, требовали отомстить за все их злодеяния.

Вот на трибуну поднялась простая русская женщина — работница щеточной фабрики имени М. И. Калинина. Это была мать Героя Советского Союза Мария Ивановна Лукьянова.

Она, как и многие другие матери воинов, получила перед этим печальное извещение с фронта о гибели ее единственного любимого сына.

В похоронной сообщалось: