Читаем Голливуд полностью

Мы вернулись в дом, сели на пол, и вино полилось рекой. Джон подал Франсуа новую сигару.

– Я вовремя получаю сигару, – сказал Франсуа, – значит, я существую.

Мы некоторое время пили, потом Сара спросила:

– Слушай, Джон, а ваш хозяин тоже черный?

– А как же!

– Он не спрашивал, почему вы решили тут поселиться?

– Спрашивал.

– И что вы ответили?

– Сказали, что мы режиссер и французский актер.

– А он?

– Он сказал: «О!»

– И все?

– Еще добавил: «Мне на ваши амуры наплевать». И мы принялись пить и болтать.

Время от времени я подходил к окну поглядеть насчет машины.

Чем больше мы пили, тем сильней жгло меня чувство вины.

– Знаешь, Джон, дай-ка я верну тебе аванс. Я загнал тебя в угол. Это невыносимо.

– Нет. Я хочу, чтобы ты закончил сценарий. Мы сделаем фильм. Обещаю.

– Ну ладно, черт с тобой. Мы еще выпили.

Потом Джон сказал:

– Глядите!

Через дыру в стене, как юркий зверек, мелькнула черная рука. Пальцы что-то хищно нащупывали.

– Убирайся! – рявкнул Франсуа. – Убирайся, душитель Николь! Ты нанес мне незаживающую рану в самое сердце! Сгинь!

Но рука никуда не сгинула. Франсуа приблизился к забору.

– Кому говорю, пошел отсюда! Дай спокойно допить вино и докурить сигару. Смотреть на тебя противно! Покоя нет, пока ты тут шастаешь и зыришь на меня!

Рука не реагировала.

– Ну, тогда держись!

На свет явился дрын. Франсуа театральным жестом взмахнул им и принялся почем зря дубасить по забору.

– Куриный убийца, ты нанес мне незаживающую рану!

Раздался оглушительный крик. Франсуа опустил палку. Рука исчезла. Франсуа сел.

– Черт побери, Джон, сигара кончилась. Почему ты не выберешь товар получше, Джон?

– Джон, – сказал я, – нам пора ехать.

– Да что вы, время детское! Я еще ничего и показать не успел…

– Пора, Джон. Работа ждет. Сценарий.

– Ну, раз так…

Вернувшись домой, я сразу сел за сценарий. Странно (а может, и не странно): на фоне последних событий моя прошлая жизнь уже не казалась столь дикой и безумной.

От переводчика