Читаем Год вольфрама полностью

— Эту шикарную рудную почку надо подрубить с трех сторон и аккуратненько вытащить, как вытаскивают мешок с чернилами у кальмара, не пролив ни капли.

— А динамит зачем?

— На всякий случай, мало ли что может случиться, кто знает.

— Это точно, я и про кальмаров-то ничего не знал.

— Работать, работать, нечего языком трепать как бабы.

— Ты, видать, все продумал.

— Конечно, на наш камушек найдется больше охотников, чем на красивую девку.

Они вгрызались в сланец и кварц, не решаясь открыть рот, разве только чтобы поглубже вдохнуть, и так без перерыва до тех пор, пока над ними не нависла зловещая тень. История повторяется, сейчас они скажут те же слова, подумал Ховино, но на этот раз ты играешь в другой команде, так, у противника тринадцать человек, он был готов к встрече, но тринадцать — это много, на помощников рассчитывать не приходится.

— Кончай работу, пришла смена!

В его ответе прозвучала насмешка, спокойствие всегда бесит противника и укрепляет твою собственную позицию.

— Что вы сказали?

— Ты прекрасно слышал, что я сказал, пришла смена.

— Слышать-то я слышал, да не понял.

— Ты хорошо поработал, давай отдыхай, пришла смена.

— Еще не родился сукин сын, который стал бы мне приказывать, что делать.

— Да ты знаешь, с кем говоришь?

— А ты?

— Я Лисардо, из бригады «Газ».

— Очень приятно, Ховино Менендес, к вашим услугам.

Он выдержал не моргнув взгляд Лисардо, отлично понимая, что будет драка, и присел на корточки, как если бы собирался справить нужду, кайло зажато между коленями, замедленные движения, вытащил зажигалку с кремнием и трутом и зажег ее с нарочитым безразличием.

— Ну а если я подожгу эту веревку?

На вид Лисардо не уступал Ховино, но, будучи человеком весьма осмотрительным, он верил не только в физическую силу и предпочел вытащить из кармана и снять с предохранителя свой излюбленный аргумент — пистолет «Астра-200» девятого калибра.

— Ты можешь умереть.

— Один?

— Давай по порядку…

Бригада «Газ» представляла собой нечто вроде кооператива, в который входили на равных паях все жители деревни Оэнсия, побольше Кадафреснаса, расположенной на западном склоне горы Сео, старик Сандалио, алькальд деревни и одновременно секретарь весьма сомнительного «профсоюза» горняков, был хитер как дьявол, он никогда не расставался со своим лучшим другом, ветераном «профсоюзного» движения, пистолетом «Сонар» калибра 7,65 мм, сейчас он стоял по правую руку от Лисардо, неоспоримого лидера кооператива и «профсоюза». По левую руку от него стоял второй секретарь Пепин по прозвищу Галисиец, его так прозвали потому, что он родился не в деревне, а в Каламокосе, однажды в базарный день его мать, ошибившись в подсчетах, отправилась на базар продавать овощи, продать-то она не продала ни на копейку, зато, когда вернулась, у нее было на одну корзину больше, вот как он родился, у парня были железные нервы, он стоял, спокойно поигрывая своим ножичком, солидной навахой с семью лезвиями. В бригаде «Газ» дело было налажено отлично, они не вмешивались, пока искатели-одиночки вынюхивали заветные местечки, затем, в нужный момент, появлялась бригада, что называется, приходила на готовенькое, «кончай работу, пришла смена», по существу, им нечего было бояться, злые языки объясняли их безнаказанность тем обстоятельством, что единственная в округе казарма гражданской гвардии размещалась в Оэнсии, никто не говорил прямо, что жандармы — пайщики кооператива, такие вещи говорить слишком опасно. Остальные десять членов шайки стояли на почтительном расстоянии, вооруженные кувалдами, кайлами и ружьями, готовые по первому сигналу приступить к той или иной работе, смотря по обстоятельствам. Лисардо закончил начатую фразу:

— …бригада «Газ» не боится ни бога, ни дьявола.

— А Ховино Менендес не боится даже славную бригаду «Газ». Я это называю трудным положением, не правда ли?