Читаем Глобальные трансформации современности полностью

Термин «тоталитаризм» ввели в политический лексикон в 20‑е годы итальянские критики Б. Муссолини, затем он сам использовал этот термин для характеристики фашистского государства. Понимаемый широко — как политический режим, как модель социально–экономического порядка и как идеология — тоталитаризм является безусловным феноменом XX в. Его возникновение связано прежде всего с трудностями модернизации, перехода общества к индустриальной стадии развития, с попытками правящей элиты преодолеть эти трудности путем огосударствления, сверхбюрократизации, униформенной политизации и милитаризации всего общества.

Сущность тоталитаризма заключается в том, что в результате указанных процессов устанавливается бюрократическая (военно–бюрократическая) диктатура, фактически отражающая интересы государственного (партийно–государственного) аппарата, а также — отчасти — интересы представителей разного рода маргинальных групп, деклассированных элементов, из которых в значительной степени этот аппарат формируется и которые им подкармливаются (в этом смысле показательно отношение к уголовникам как к «социально близким»).

В литературе различают два: «классических» типа тоталитаризма — правый (фашизм, национал–социализм) и левый (сталинизм, маоизм). Их противопоставление, по нашему мнению, игнорирует общность внутренней природы обоих явлений, прежде всего огосударствления основных сфер жизнедеятельности общества, неограниченной власти государства над человеком, в т. ч. и через механизмы идеологической «обработки». Наличие этой, самой характерной, черты тоталитаризма позволяет отличать его от авторитарного режима.

Следующие «родовые» черты в совокупности определяют тоталитаризм как явление универсальное при всем разнообразии его этнонациональных и цивилизационных личин:

а) абсолютное неприятие демократических прав и свобод — слова, печати, собраний, объединений и т. д. на фоне их формального декларирования; б) всевластие (включая монополию на информацию) корпоративных организаций иерархического типа; в) государственная и/или находящаяся под жестким бюрократическим контролем частная собственность на средства производства, по крайней мере — на основную их часть; г) административно регулируемый характер экономики, в т. ч. централизованное распределение сырья, продукции (редистрибуция), значительная роль принудительного труда и внеэкономического (в частности, при помощи идеологических рычагов) принуждения в жизни общества; д) официальная регламентация всех сфер жизни обществу и человека, включая ограничения в одежде, передвижении, проведении досуга и т. д., почти исключающие свободный выбор; е) мощный репрессивный аппарат, использующий методы физического и психологического террора по отношению к массовым и даже элитным группам; система всеобщей слежки и доносительства; развитая сеть тюрем и концлагерей с антигуманными методами содержания; ж) мессианская государственная идеология (т. е. сумма убеждений, подменяющих силу веры), долженствующая распространиться по всему миру или хотя бы в его значительной части; з) агрессивный характер внешней политики, сочетающийся с самоизоляцией страны (закрытое общество); и) милитаризация экономики и всего общества, перманентное применение насилия (полицейского и армейского) во внутренней политике; к) общенациональный, наделяемый сверхъестественными качествами, абсолютно глорифицированный правитель (вождь) как ключевой элемент политико–идеологической системы.

Неверен вульгарный марксистский подход к государству как «органу диктатуры господствующего класса» («капиталистов», «пролетариата»). Например, в некоторых восточных деспотиях господствующий класс мог в целом совпадать с госаппаратом (это К. Маркс относил к чертам «азиатского способа производства», не излагая системной сущности понятия). Но и при других вариантах исторического развития госаппарат очень часто становился обособленным от общества организмом, паразитирующим на этом обществе для удовлетворения своих собственных кастовых интересов и потребностей. Это ярко проявлялось и в царской России, где по некоторым параметрам автократия сближалась с тоталитарной формой: аристократия — бюрократия тормозила и выхолащивала реформы.

В результате большевистской, фашистской (антилиберальной) и других подобных революций к власти приходят новые элиты. При всей противоположности политических позиций — от праворадикальных до левоэкстремистских, их объединяет стремление поставить себя с помощью государственной машины над всем обществом, включая и ранее господствовавшие классы. Представители этих классов если и сохраняют свои экономические и политические позиции при тоталитаризме, то лишь при условии интеграции в бюрократический аппарат. Так, в нацистской Германии было проведено огосударствление управления экономикой, при котором капиталисты назначались «фюрерами» своих предприятий.