Читаем Глобальные трансформации современности полностью

В геоэкономическом подходе процессы интеграции и дезинтеграции выступают как действенный инструмент государства, создающего фон для вызревания ИВЦ, как плацдарм для прорыва к мировому доходу. При включении национальной экономики, особенно ее составной части, в интеграционный процесс первостепенное значение имеют умение маневрировать интеграционными формами союзов, возможность быстрого создания новых союзов и альянсов. Это открывает стратегический простор для субъекта мирохозяйственного взаимодействия, возможность своевременной перегруппировки сил. Для национальной экономики необходимо различать подходы к формированию и реализации национальных стратегических интересов в рамках локального интеграционного процесса (ближнего зарубежья) и в отношении мирохозяйственной системы в целом (дальнего зарубежья). Нередко интеграционные союзы ближнего зарубежья играют ведущую роль в реализации экономических и военно–политических интересов.

Новое геоэкономическое мироустройство заставляет все более считаться с собой при стратегическом анализе и планировании развития. В условиях бурной трансформации классической экономики между собой интенсивно конкурируют различные геоэкономические концепты, как–то: неолиберальная метафизика, развивающая идеи «невидимой руки рынка», стратегия «золотого миллиарда», программы структурной перестройки и финансовой стабилизации, концепции неопротекционизма, устойчивого развития, форсированного сверхразвития, активного регулирования рынка, автаркии и мобилизационных схем управления, наконец — антисоциальная концептуалистика демодернизации.

В качестве новейшей методологии изучения глобального мира Э. Г. Кочетов предлагает «геогенезис» — пространственно–философскую методологию осознания, восприятия и отображения глобального мира, членение мира на «частные» пространства (геоэкономическое, геополитическое, военно–стратегическое, информационное, правовое и т. д.) с выявлением главенствующего подпространства и последующим «сращиванием» подпространств в форме единой универсальной синкретической модели — геоэкономического атласа мира. По мнению российского экономиста, переход от линейно–плоскостного восприятия мира к пространственному (объемному) его восприятию открывает путь к «каркасному» видению мира через объемные интерпретации, закладывает основы образного мышления и дает возможность разработать компьютерную версию геоэкономического атласа мира в целях оперирования в глобальной системе.

В центре внимания теории международных отношений (ТМО) — проблемы ускорения процессов транснационализации, усиления взаимозависимости стран, изменения международного порядка и формирования мирового порядка. С начала 60‑х годов XX века ТМО идет от анализа межгосударственных (преимущественно военно–политических) отношений одновременно и «вглубь» государства, и в сторону существенного расширения круга изучаемых явлений и процессов международной сферы. Признается бесспорным, что невозможно понять международные отношения, не имея концепции мирового развития, но выстроить последнюю можно, лишь заложив в нее в качестве одной из центральных опор какую–то макрогипотезу международных отношений.

В результате Н. А. Косолапов пришел к утверждению о том, что «теория МО все заметнее смещается к более широкому ее истолкованию, как науки о трансформации ограниченных по территории, пределам и возможностям деятельности политических форм, духовного мира социальных общностей и социально–территориальных систем в социумы и системы качественно и социально более высокого порядка: объединения родов в племя, племен — в народ и далее в современную многонациональную страну и в мировое сообщество»714. По сути, данный подход обозначает наличие предметного поля науки о мировом развитии, или, как выразился бы Л. П. Карсавин, «устроении к единству».

Представители школы неореализма рассматривают формирование глобальной международной системы как результат усиления взаимозависимости в современном мире. Они исходят из того, что в международной жизни за внешне хаотическим нагромождением событий и несогласованных поведений скрываются управляющие ими детерминанты и закономерности. Последние в их понимании подобны рыночным механизмам. Конкуренция уничтожает государства, действующие с низким КПД, а международная система подготавливает оставшиеся государства к тому, чтобы они вели себя определенным образом.

С их позиций, истинная теория международных отношений должна исходить не из частностей, а из целостности мира, делая своим исходным пунктом существование мировой системы, а не государств, являющихся ее элементами. Структура этой системы навязывает всем странам такую линию поведения, которая может противоречить их интересам, но она же позволяет понять и предсказать поведение международных актеров на мировой арене.