Читаем Глюк полностью

Истинно говорю вам, человек сей безгрешен. Радость моя беспредельна. Гуляй, сын мой, наслаждайся прохладным ветерком. Какое бы испытание ни выпало тебе, одиночество тебе не грозит. Взгляни же на звезды в небе, разве они не стали ярче, хотя бы немного? Благословение ночи ложится на тебя, сын мой. Истинно говорю, все твои свершения во имя мое ждет успех.


Новый день, новый день. Что ты готовишь мне? Скажешь прямо сейчас или будешь подсказывать постепенно? Чувствую себя немного как Сирано, но могу обойтись и без подсказок великих. Конечно, блондиночка, обслуживавшая меня нынче утром… но это другое дело. Она восхитительна. Такие музыкальные движения… но не как метроном, вовсе ист. Скорее как ручей. Впору спеть и сплясать в духе Фреда Астера или Джина Келли. Еще немного, и я почувствую себя как герой песни, державший на ниточке весь мир… Предположим, но кому нужен мир? Сойдет и одна единственная миленькая блондинка. Проверить и Интернете. Только позже. Нет, сейчас, страшно не терпится. Довольно неведения! Щелчок, еще щелчок… Вот оно! Джимбо! В конец, в конец… Так, некоторые уже пораскинули мозгами. Поразительно, сколько же часов они тратят на поиск и пересылку сведений! Боже, благослови этих трудяг! Чего только не лезет людям в головы, какие дикие домыслы: заговор, заговор, божий гнев, вот это уже лучше… Лысая треска! МЕСТЬ НИГГЕРОВ! Полное помутнение рассудка. Зато бесконечный выбор: Национальная ассоциации прогресса цветного населения, Джексон, Фаррахан, какие-то SLC, SNCC и так далее. Это как убийство Кеннеди: никто не хочет верить, что Освальд, жалкий неудачник, взял и совершил исторический поступок. Ну, в этот раз событие не историческое, до Кеннеди не дотягивает, к тому же это действительно надо было сделать. Но я — это всего лишь я, а все заговоры — от лукавого. Предложить подсказку в Интернете? Нет, не надо испытывать судьбу. Ни передачи информации, ни даже распечатки. Всего лишь внимательное чтение, и то не слишком долгое. Ровно столько времени, чтобы ускорилось сердцебиение. Да. это великолепно! Буря начинает стихать, а он мертв. Верзила Джим Кинси мертв, старина Клайд тоже… Какой адрес у того, кто об этом сообщил? Бумага горит, электронная почта тает. Метко. Завернуть их в «мыло»? Через несколько сот лет это будет смахивать на Туринскую плащаницу. Запрограммированное замешательство в будущем. Что ж, нам недоумевать, а им нет? Хотя можно им не помогать, они сами все сделают не хуже нас. Пусть E равно M, помноженное на C в квадрате, но невежество непоколебимо. И хватит тратить свое время на эту веб-страничку. Весело, конечно, но дел невпроворот. Страница не желает закрываться, вот это фокус… Прощай, Джимбо. Раз — и нету. Щелчок мышкой и Верзилы Джима как не бывало. Возвращаемся к новостям. Черт, вытащить бы наружу подтачивающего меня червя! Что-то мелькает у меня прямо перед носом, а я не вижу… Нет, первым делом остыть. Иначе недолго и свихнуться. Поработаем несколько часов, пообедаем, а там поглядим…

Прогулка вокруг квартала. Медленно дойти до «Деликатесов». Хорошо поработал. Так всегда бывает, когда увлечешься. Но как прикажете не думать о разной чепухе, когда она сама лепет в голову? Кстати: надеюсь, рыженькая сегодня на месте. Рыже-белый блюз. Утром блондинка, вечером рыжая, а мне так одино-о-о-ко… Необходимо отвлечься. Но не две сразу, а по одной. Тщательно. Цель доставить удовольствие, и тогда… Только не часто, жадничать ни к чему. Просто исполнять свой рыже-белый блюз. И мягкое приземление. Уверен, они мягкие и… уютные. Это важно. Вот она, легка на помине. Неудивительно, что я так размечтался, стоит только взглянуть на эту музыку… Лучше не садиться за столики, которые обслуживает она, а то я за себя не отвечаю… Лучше боготворить на расстоянии, чем вообще не боготворить.


Чего-нибудь желаете?

О да, милая, я хотел вам сказать…

Что будете есть?

Грудинку и салат.

С какой заправкой?

С итальянской.

Сию минуту.


Вот так всегда: у тебя есть все, кроме того, что нужно именно в эту минуту. Но я не жалуюсь. Слабенькое желание вьется надо мной, как дымок выбирая место для посадки. С ним разберется Провидение. Рано или поздно.

Пожалуйста, ваш заказ. Что еще? Будете что-нибудь пить?

Нет, спасибо. Достаточно.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Жюльетта
Жюльетта

«Жюльетта» – самый скандальный роман Маркиза де Сада. Сцены, описанные в романе, достойны кисти И. Босха и С. Дали. На русском языке издается впервые.Да, я распутник и признаюсь в этом, я постиг все, что можно было постичь в этой области, но я, конечно, не сделал всего того, что постиг, и, конечно, не сделаю никогда. Я распутник, но я не преступник и не убийца… Ты хочешь, чтобы вся вселенная была добродетельной, и не чувствуешь, что все бы моментально погибло, если бы на земле существовала одна добродетель.Маркиз де СадМаркиз де Сад, самый свободный из живших когда-либо умов.Гийом АполлинерПредставляете, если бы люди могли вывернуть свои души и тела наизнанку – грациозно, словно переворачивая лепесток розы, – подставить их сиянию солнца и дыханию майского ветерка.Юкио Мисима

Маркиз де Сад , Луиза де Вильморен , Сад Маркиз де , Донасьен Альфонс Франсуа де Сад

Любовные романы / Эротическая литература / Проза / Контркультура / Прочие любовные романы / Романы / Эро литература
Отпечатки
Отпечатки

«Отец умер. Нет слов, как я счастлив» — так начинается эта история.После смерти отца Лукас Клетти становится сказочно богат и к тому же получает то единственное, чего жаждал всю жизнь, — здание старой Печатни на берегу Темзы. Со временем в Печатню стекаются те, «кому нужно быть здесь», — те, кого Лукас объявляет своей семьей. Люди находят у него приют и утешение — и со временем Печатня превращается в новый остров Утопия, в неприступную крепость, где, быть может, наступит конец страданиям.Но никакая Утопия не вечна — и мрачные предвестники грядущего ужаса и боли уже шныряют по углам. Угрюмое семейство неизменно присутствует при нескончаемом празднике жизни. Отвратительный бродяга наблюдает за обитателями Печатни. Человеческое счастье хрупко, но едва оно разлетается дождем осколков, начинается великая литература. «Отпечатки» Джозефа Коннолли, история загадочного магната, величественного здания и горстки неприкаянных душ, — впервые на русском языке.

Джозеф Коннолли

Проза / Контркультура