Читаем Глюк полностью

…что за чертовщина? Последние пару дней что-то мелькало, но осталось неуловимо. Какая-то вспышка, гаснущая всякий раз, когда я глубже залезаю в новости. Чтобы найти, надо перестать об этом думать. Если Провидению угодно что-то мне сообщить, оно само все прояснит. Единственный способ ему помочь — не обращать внимания. Который час? Не думал, что так поздно. Пожалуй, прогуляюсь до «Деликатесов», поужинаю. Погрызу грудинку. Пошевелю ногами. Слишком заработался. Пора позаботиться о здоровье. Сбросить сто граммов по пути туда. И столько же — на обратном пути. Не ежик начхал. Чем чаще буду прогуливаться да «Деликатесов» и обратно, тем быстрее стану похож на Шварценеггера. Стоило об этом подумать — сразу слюнки потекли. Все, смываюсь. До скорого, моя ненаглядная.


Ох уж эта рыжая официантка! Смотреть на нее одно удовольствие, особенно когда она наклоняется. Сегодня здесь подают белую рыбу. Порция рыбы пойдет мне на пользу. Питание для мозгов. Напрасно Верзила Джим не ел рыбу. Треску, к примеру. Вот и выудил рыбку-бактерию. Вернусь ли я туда? Видно будет. Что было бы, если бы я там остался? В пасьянсе всегда можно поглядеть, к чему привел бы тот или иной несделанный шаг. А здесь — нет. Я…

Будете заказывать?

А что это за белая рыба?

Очень вкусная. Я пробовала. Нежная, жирная.

Звучит заманчиво. Салат. Соус «Тысяча островов».

Хорошо.


Забавно, что слово «жирный» может быть похвалой. Джимбо был жирдяем, треска, которую он не съел, тоже жирновата… Правильно ли я сделал, что сбежал? Разберемся. Можно было попытаться угробить еще нескольких, а то и всех скопом. Но после сегодня всегда наступает завтра. Желание удрать было таким сильным, что только круглый дурак не послушался бы. Не знаю почему, не желаю знать, но моя интуиция всегда права. Теперь я здесь в ничего не боюсь. Мне хорошо. И неизвестно, что будет дальше.


Пожалуйста, сиг и салат, соус «Тысяча островов». Приятного аппетита.

Спасибо. На вид эта рыба — пальчики оближешь. И на вкус? «Жирно» в положительном смысле. Пир вкуса. Услада для взора.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Жюльетта
Жюльетта

«Жюльетта» – самый скандальный роман Маркиза де Сада. Сцены, описанные в романе, достойны кисти И. Босха и С. Дали. На русском языке издается впервые.Да, я распутник и признаюсь в этом, я постиг все, что можно было постичь в этой области, но я, конечно, не сделал всего того, что постиг, и, конечно, не сделаю никогда. Я распутник, но я не преступник и не убийца… Ты хочешь, чтобы вся вселенная была добродетельной, и не чувствуешь, что все бы моментально погибло, если бы на земле существовала одна добродетель.Маркиз де СадМаркиз де Сад, самый свободный из живших когда-либо умов.Гийом АполлинерПредставляете, если бы люди могли вывернуть свои души и тела наизнанку – грациозно, словно переворачивая лепесток розы, – подставить их сиянию солнца и дыханию майского ветерка.Юкио Мисима

Маркиз де Сад , Луиза де Вильморен , Сад Маркиз де , Донасьен Альфонс Франсуа де Сад

Любовные романы / Эротическая литература / Проза / Контркультура / Прочие любовные романы / Романы / Эро литература
Отпечатки
Отпечатки

«Отец умер. Нет слов, как я счастлив» — так начинается эта история.После смерти отца Лукас Клетти становится сказочно богат и к тому же получает то единственное, чего жаждал всю жизнь, — здание старой Печатни на берегу Темзы. Со временем в Печатню стекаются те, «кому нужно быть здесь», — те, кого Лукас объявляет своей семьей. Люди находят у него приют и утешение — и со временем Печатня превращается в новый остров Утопия, в неприступную крепость, где, быть может, наступит конец страданиям.Но никакая Утопия не вечна — и мрачные предвестники грядущего ужаса и боли уже шныряют по углам. Угрюмое семейство неизменно присутствует при нескончаемом празднике жизни. Отвратительный бродяга наблюдает за обитателями Печатни. Человеческое счастье хрупко, но едва оно разлетается дождем осколков, начинается великая литература. «Отпечатки» Джозефа Коннолли, история загадочного магната, величественного здания и горстки неприкаянных душ, — впервые на русском языке.

Джозеф Коннолли

Проза / Контркультура