Читаем Глина полностью

— Сейчас надо быть осторожным, — бормочу я. — Маэстре нельзя доверять.

— Дитто знает, что Уэммейкер хитра и увертлива. Если хотите, я воспроизведу послание. Профиль голоса колеблется от осторожного до параноидного.

И что, это должно меня подбодрить? Мои серые копии исключительно хороши. Несколько лет назад меня даже приглашали принять участие в работе группы исследователей, изготавливающих особо высокотехнологичных големов. Но сейчас я мог лишь пожать плечами и принять ситуацию такой, какая она есть. Если не доверяешь своим Серым, то кому тогда можно доверять?

— Ладно, расскажи, что случилось с Зеленым. Здесь жуткий беспорядок. Посуда свалена в раковину, мусорные баки полны. Куда он подевался?

Вместо ответа Нелл воспроизводит на стене «картинку». Мое собственное лицо, похожее на гипсовый слепок цвета тусклого хлорофилла.

— Привет, это я. — Зеленый вяло машет рукой. Судя по всему, он находится где-то в Диттотауне. — Я только что продиктовал полный отчет, который отправлю через минуту. Здесь — короткая версия.


— Ты все испортил, Альберт! Нельзя одушевлять, когда ты в таком состоянии, как сегодня утром. Тебе всегда везло, но на этот раз получился Франки.

Зеленое лицо усмехнулось. Иронично-сдержанно, знакомо и при этом как-то странно. Не уверен, что я так улыбаюсь.


— Хочешь знать, каково быть копией-мутантом? Ты любопытен, так что позволь рассказать. Все какое-то нереальное. Словно я это не совсем я. Понимаешь?

Конечно, не понимаешь. Главное — я не намерен ни мыть твою посуду, ни убирать в твоем доме. Но не волнуйся. Не надо звать копов или… мусорщиков. Я не представляю угрозы для общества… я не безумец. Просто у меня появились собственные интересы, вот и все.

Если представится возможность, я отправлю еще один отчет до того, как исчезну. Полагаю, за мной должок перед творцом.

Спасибо, что создал меня. Может быть, увидимся.


Зеленый подмигнул и отключился. Я тупо смотрел на пустую стену, пока не вмешалась Нелл.

— Насколько мне известно, это ваш первый двойник-Франки. Не желаете пройти стандартный медосмотр?

Я покачал головой:

— Ты же слышала. Я просто устал.

— Поместить уведомление об отказе от ярлыка?

— В городе полным-полно больных фетишистов, за беднягой устроят настоящую охоту. На мой взгляд, он совсем безобидный. Вот только…

Интересно, а не затронул ли тот же эффект и моих Серых? Они сделаны из более качественных заготовок, и времени на сканирование ушло больше, но с обоими нет связи, и остается только надеяться на лучшее.

В продиктованном Зеленым отчете дополнительной информации не содержалось, лишь любопытны описания приключений на Мунлайт-Бич и в церкви, где чинят големов, — интересно, драматично, но…

Нелл снова подала голос:

— У нас есть дела. Несколько текущих расследований, на которые вам следует обратить внимание. И Риту Махарал ждет звонка в связи с…

— Знаю. — Я кивнул. Как всегда, дел слишком много, чтобы справиться с ними самому. — Нам нужен специалист. Эбеновый. Самый лучший. Приготовь…

— Уже приготовила.

В камере зашипело, и на разогревающий лоток соскользнула сопровождаемая маслянистым дымком, свежая, отливающая зеркальным черным блеском заготовка. Более дорогая, чем серая, она уже заранее была настроена на высокую концентрацию, необходимую для напряженной профессиональной деятельности в течение 24 часов, разумеется. При условии, что оригинал обладал этими качествами. Этим, в частности, объясняется, почему Эбеновые встречаются не так часто, как сибаритствующие Белые. День интенсивных наслаждений может быть таким же утомительным, как и день тяжелой работы. Но люди склонны изводить себя удовольствиями, а не трудом.

Плита была готова. Извивающиеся щупальца сифтера уже поджидали мою голову. Но прежде нужно успокоиться. Плохо, конечно, что потерялись два Серых, но чтобы еще и Зеленый превратился в мутанта! Беспрецедентный случай всерьез обеспокоил меня. Отдохнул ли я достаточно, чтобы застраховаться от повторения неприятного эпизода?

Отвернувшись от копира, я открыл заднюю дверь своего маленького домика и вышел в сад. Теплые лучи солнца коснулись лица. Запах зелени освежил дыхание. Подойдя к лимонному дереву, я достал перочинный нож, сорвал с ветки маленький плод и, сделав надрез, выдавил на запястье несколько капель сока. Аромат лимона ударил в нос. Прочистил голову.

Вскоре ко мне вернулась уверенность. Теперь — за работу.

Перейти на страницу:

Все книги серии Глина

Похожие книги

Собор
Собор

Яцек Дукай — яркий и самобытный польский писатель-фантаст, активно работающий со второй половины 90-х годов прошлого века. Автор нескольких успешных романов и сборников рассказов, лауреат нескольких премий.Родился в июле 1974 года в Тарнове. Изучал философию в Ягеллонском университете. Первой прочитанной фантастической книгой стало для него «Расследование» Станислава Лема, вдохновившее на собственные пробы пера. Дукай успешно дебютировал в 16 лет рассказом «Złota Galera», включенным затем в несколько антологий, в том числе в англоязычную «The Dedalus Book of Polish Fantasy».Довольно быстро молодой писатель стал известен из-за сложности своих произведений и серьезных тем, поднимаемых в них. Даже короткие рассказы Дукая содержат порой столько идей, сколько иному автору хватило бы на все его книги. В числе наиболее интересующих его вопросов — технологическая сингулярность, нанотехнологии, виртуальная реальность, инопланетная угроза, будущее религии. Обычно жанр, в котором он работает, характеризуют как твердую научную фантастику, но писатель легко привносит в свои работы элементы мистики или фэнтези. Среди его любимых авторов — австралиец Грег Иган. Также книги Дукая должны понравиться тем, кто читает Дэвида Брина.Рассказы и повести автора разнообразны и изобретательны, посвящены теме виртуальной реальности («Irrehaare»), религиозным вопросам («Ziemia Chrystusa», «In partibus infidelium», «Medjugorje»), политике («Sprawa Rudryka Z.», «Serce Mroku»). Оставаясь оригинальным, Дукай опирается иногда на различные культовые или классические вещи — так например мрачную и пессимистичную киберпанковскую новеллу «Szkoła» сам Дукай описывает как смесь «Бегущего по лезвию бритвы», «Цветов для Элджернона» и «Заводного апельсина». «Serce Mroku» содержит аллюзии на Джозефа Конрада. А «Gotyk» — это вольное продолжение пьесы Юлиуша Словацкого.Дебют Дукая в крупной книжной форме состоялся в 1997 году, когда под одной обложкой вышло две повести (иногда причисляемых к небольшим романам) — «Ксаврас Выжрын» и «Пока ночь». Первая из них получила хорошие рецензии и даже произвела определенную шумиху. Это альтернативная история/военная НФ, касающаяся серьезных философских аспектов войны, и показывающая тонкую грань между терроризмом и борьбой за свободу. Действие книги происходит в мире, где в Советско-польской войне когда-то победил СССР.В романе «Perfekcyjna niedoskonałość» астронавт, вернувшийся через восемь столетий на Землю, застает пост-технологический мир и попадает в межгалактические ловушки и интриги. Еще один роман «Czarne oceany» и повесть «Extensa» — посвящены теме непосредственного развития пост-сингулярного общества.О популярности Яцека Дукая говорит факт, что его последний роман, еще одна лихо закрученная альтернативная история — «Лёд», стал в Польше беспрецедентным издательским успехом 2007 года. Книга была продана тиражом в 7000 экземпляров на протяжении двух недель.Яцек Дукай также является автором многочисленных рецензий (преимущественно в изданиях «Nowa Fantastyka», «SFinks» и «Tygodnik Powszechny») на книги таких авторов как Питер Бигл, Джин Вулф, Тим Пауэрс, Нил Гейман, Чайна Мьевиль, Нил Стивенсон, Клайв Баркер, Грег Иган, Ким Стенли Робинсон, Кэрол Берг, а также польских авторов — Сапковского, Лема, Колодзейчака, Феликса Креса. Писал он и кинорецензии — для издания «Science Fiction». Среди своих любимых фильмов Дукай называет «Донни Дарко», «Вечное сияние чистого разума», «Гаттаку», «Пи» и «Быть Джоном Малковичем».Яцек Дукай 12 раз номинировался на премию Януша Зайделя, и 5 раз становился ее лауреатом — в 2000 году за рассказ «Katedra», компьютерная анимация Томека Багинского по которому была номинирована в 2003 году на Оскар, и за романы — в 2001 году за «Czarne oceany», в 2003 за «Inne pieśni», в 2004 за «Perfekcyjna niedoskonałość», и в 2007 за «Lód».Его произведения переводились на английский, немецкий, чешский, венгерский, русский и другие языки.В настоящее время писатель работает над несколькими крупными произведениями, романами или длинными повестями, в числе которых новые амбициозные и богатые на фантазию тексты «Fabula», «Rekursja», «Stroiciel luster». В числе отложенных или заброшенных проектов объявлявшихся ранее — книги «Baśń», «Interversum», «Afryka», и возможные продолжения романа «Perfekcyjna niedoskonałość».(Неофициальное электронное издание).

Яцек Дукай , Нельсон ДеМилль , Роман Злотников , Горохов Леонидович Александр , Ирина Измайлова

Проза / Историческая проза / Фантастика / Научная Фантастика / Фэнтези