Читаем Глина полностью

И все же в этом был какой-то дьявольский смысл. Одни прячут внешность за неприметностью. Другие достигают того же эффекта, придав себе неприятный вид. Кому хочется смотреть на отвратительное лицо? Однако каким бы ни был портрет, найти ответ на мучившие меня вопросы он не помогал.

Была ли права Ирэн в том, что вик Коллинс являлся прикрытием Беты, печально известного дитнэппера?

Мне вспомнилась последняя встреча с желтым дитто Беты, разлагавшимся в трубе рециклера неподалеку от Теллер-билдинг. Что он там бормотал? Насчет предательства… и еще… «Эммет»… Кто это? Альберту было тогда не до загадок. Бета — мастер головоломок.

Сидя в кабинете Ирэн, я находил очень мало сходства между тем желтым и голографическим образом передо мной: квадратное лицо, довольно подловатое и перечерченное горизонтальными и вертикальными полосами. В секретном архиве Ирэн нашлось еще несколько десятков снимков, сделанных на заднем сиденье лимузина во время встреч в каких-то неизвестных местах. Обычно на них присутствовала и третья сторона, весьма похожая на дешевую копию Джинин Уэммейкер. В примечании указывалось, что Коллинс пользовался статическим дезинтегратором, блокировавшим сложные фотооптические рекордеры. Все, что удалось Ирэн, это сделать обычные старомодные фотографии своих не вызывающих доверия союзников.

И все же осторожности ей не хватило. Пыталась ли Ирэн хоть раз проследить за Коллинсом через сеть общественных камер?

Первый шаг очевиден — последовать за ним от бюро проката лимузинов.

Альберту бы это понравилось. Он бы зафиксировал все сомнительные остановки. Все места, где могла происходить замена. Отследил бы путь каждого дитто, разгадал все его трюки и отметил все упущения.

Наверное, можно было бы попробовать проделать то же самое, сидя в кабинете Ирэн. Но хотел ли я этим заниматься? Да, я унаследовал его навыки и способности, его память, но не стал им! Кроме того, ракета уничтожила не просто дом Альберта. Не стало Нелл, со всеми ее специализированными программами, помогавшими Моррису отыскивать людей и дитто в громадном городе.

Временами я жалею о том, что граждане Тихоокеанской экозоны такие свободолюбивые. В других странах люди мирятся с более высокой степенью регуляции и контроля. В Европе каждый голем снабжен настоящим транспондером, а не жалким ярлыком. Каждая покупка фиксируется, и спутники отслеживают дитто от момента активации до распада. Конечно, обмануть можно всех и каждого, но там детектив хотя бы знает с чего начать.

С другой стороны, я живу здесь, потому что хочу жить здесь. Тирания, возможно, всего лишь взяла отпуск. Она может вернуться, сначала в какой-то уголок мира. Потом в другой. Демократия не является абсолютной гарантией. Но в ТЭЗ само слово «власти» всегда вызывало подозрения. Сначала им придется убить всех до единого, а потом начинать с нуля.

Поворачивая цилиндр, я просматривал одно голофото за другим. Ирэн не раз встречалась со своими сообщниками для обсуждения, как она думала, стратегии промышленного шпионажа. Но у ее союзников были другие планы: манипулируя Ирэн и Альбертом, использовать ресурсы первой и навыки второго. Что касается фанатиков Гадарина и Лума, то они должны были стать первыми козлами отпущения.

Будучи знаком с этими двумя, я понимал, что любой первоклассный следователь сразу же заподозрит неладное. Они просто недостаточно компетентны, чтобы устроить диверсию против «Всемирных печей», и если у Гадарина мог быть какой-то мотив, чтобы уничтожить «ВП», то Лум стремился только к «освобождению рабов». Умный коп увидит, что они всего лишь подставные фигуры, первая линия прикрытия. После падения этой первой линии Бета перевел стрелку на Ирэн.

Она обо всем догадалась после вечерних новостей. В дверь могли постучать в любую минуту. Ирэн могла бы остаться и помочь следствию. Но Бета хорошо ее знал. Месть не имела для королевы никакого значения — время требовалось ей только для организации ухода, последней попытки получить бессмертие.

Итак, остался только я. Мне выпала роль чистильщика — прибрать за Ирэн, да и за Альбертом, раз уж на то пошло. И…

Похоже, жизнь так и пролетит в уборке сортиров.


Вообще-то Ирэн поработала неплохо — снимков Беты, если только это был он, хватало. Возможно, мой мозг зеленого Франки работал как-то не так, но меня больше интересовало лицо Беты, чем слежение за его перемещениями по городу.

Итак, вопрос номер один: являлся ли «вик Коллинс» тем самым Бетой, дитнэппером? Красная дитто Ирэн, похоже, была в этом уверена. Не исключено, что их связывали давние и взаимовыгодные отношения. А почему бы не предположить, что прагматичная Джинин Уэммейкер, устав бороться с похитителем копий, решила объединиться с ним? Ведь сфера их бизнеса почти одна и та же.

Подсоединившись к компьютеру, я попросил дать увеличение изображения.

— А вот это уже интересно.

Перейти на страницу:

Все книги серии Глина

Похожие книги

Собор
Собор

Яцек Дукай — яркий и самобытный польский писатель-фантаст, активно работающий со второй половины 90-х годов прошлого века. Автор нескольких успешных романов и сборников рассказов, лауреат нескольких премий.Родился в июле 1974 года в Тарнове. Изучал философию в Ягеллонском университете. Первой прочитанной фантастической книгой стало для него «Расследование» Станислава Лема, вдохновившее на собственные пробы пера. Дукай успешно дебютировал в 16 лет рассказом «Złota Galera», включенным затем в несколько антологий, в том числе в англоязычную «The Dedalus Book of Polish Fantasy».Довольно быстро молодой писатель стал известен из-за сложности своих произведений и серьезных тем, поднимаемых в них. Даже короткие рассказы Дукая содержат порой столько идей, сколько иному автору хватило бы на все его книги. В числе наиболее интересующих его вопросов — технологическая сингулярность, нанотехнологии, виртуальная реальность, инопланетная угроза, будущее религии. Обычно жанр, в котором он работает, характеризуют как твердую научную фантастику, но писатель легко привносит в свои работы элементы мистики или фэнтези. Среди его любимых авторов — австралиец Грег Иган. Также книги Дукая должны понравиться тем, кто читает Дэвида Брина.Рассказы и повести автора разнообразны и изобретательны, посвящены теме виртуальной реальности («Irrehaare»), религиозным вопросам («Ziemia Chrystusa», «In partibus infidelium», «Medjugorje»), политике («Sprawa Rudryka Z.», «Serce Mroku»). Оставаясь оригинальным, Дукай опирается иногда на различные культовые или классические вещи — так например мрачную и пессимистичную киберпанковскую новеллу «Szkoła» сам Дукай описывает как смесь «Бегущего по лезвию бритвы», «Цветов для Элджернона» и «Заводного апельсина». «Serce Mroku» содержит аллюзии на Джозефа Конрада. А «Gotyk» — это вольное продолжение пьесы Юлиуша Словацкого.Дебют Дукая в крупной книжной форме состоялся в 1997 году, когда под одной обложкой вышло две повести (иногда причисляемых к небольшим романам) — «Ксаврас Выжрын» и «Пока ночь». Первая из них получила хорошие рецензии и даже произвела определенную шумиху. Это альтернативная история/военная НФ, касающаяся серьезных философских аспектов войны, и показывающая тонкую грань между терроризмом и борьбой за свободу. Действие книги происходит в мире, где в Советско-польской войне когда-то победил СССР.В романе «Perfekcyjna niedoskonałość» астронавт, вернувшийся через восемь столетий на Землю, застает пост-технологический мир и попадает в межгалактические ловушки и интриги. Еще один роман «Czarne oceany» и повесть «Extensa» — посвящены теме непосредственного развития пост-сингулярного общества.О популярности Яцека Дукая говорит факт, что его последний роман, еще одна лихо закрученная альтернативная история — «Лёд», стал в Польше беспрецедентным издательским успехом 2007 года. Книга была продана тиражом в 7000 экземпляров на протяжении двух недель.Яцек Дукай также является автором многочисленных рецензий (преимущественно в изданиях «Nowa Fantastyka», «SFinks» и «Tygodnik Powszechny») на книги таких авторов как Питер Бигл, Джин Вулф, Тим Пауэрс, Нил Гейман, Чайна Мьевиль, Нил Стивенсон, Клайв Баркер, Грег Иган, Ким Стенли Робинсон, Кэрол Берг, а также польских авторов — Сапковского, Лема, Колодзейчака, Феликса Креса. Писал он и кинорецензии — для издания «Science Fiction». Среди своих любимых фильмов Дукай называет «Донни Дарко», «Вечное сияние чистого разума», «Гаттаку», «Пи» и «Быть Джоном Малковичем».Яцек Дукай 12 раз номинировался на премию Януша Зайделя, и 5 раз становился ее лауреатом — в 2000 году за рассказ «Katedra», компьютерная анимация Томека Багинского по которому была номинирована в 2003 году на Оскар, и за романы — в 2001 году за «Czarne oceany», в 2003 за «Inne pieśni», в 2004 за «Perfekcyjna niedoskonałość», и в 2007 за «Lód».Его произведения переводились на английский, немецкий, чешский, венгерский, русский и другие языки.В настоящее время писатель работает над несколькими крупными произведениями, романами или длинными повестями, в числе которых новые амбициозные и богатые на фантазию тексты «Fabula», «Rekursja», «Stroiciel luster». В числе отложенных или заброшенных проектов объявлявшихся ранее — книги «Baśń», «Interversum», «Afryka», и возможные продолжения романа «Perfekcyjna niedoskonałość».(Неофициальное электронное издание).

Яцек Дукай , Нельсон ДеМилль , Роман Злотников , Горохов Леонидович Александр , Ирина Измайлова

Проза / Историческая проза / Фантастика / Научная Фантастика / Фэнтези