В следующем году (1882) Мопассан смог составить второй сборник из написанных им рассказов. Снова вдохновляясь воспоминаниями о войне 1870 г. и возвращаясь к типажу, первый набросок которого дан им в «Пышке», он написал «Мадемуазель Фифи». Вместе с шестью другими рассказами, он выпустил эту повесть в Брюсселе у Кистемекерса; книга с приложенной гравюрой Жю-ста была роскошно издана[211] и распродана в несколько дней. Пришлось выпустить новое издание, которое появилось в 1884 году у Гавара с добавлением еще одиннадцати рассказов[212].

В то же время Мопассан работал над первым своим романом «Жизнь», который окончил в 1883 году. Одновременно он написал статью о Золя, изданную Кантеном.

К роману Мопассан перешел от рассказа. Несправедливы попытки разграничивать в писателе романиста и рассказчика. Не говоря о том, что одни и те же качества встречаются как у того, так и у другого, рассказчик обладает способностью наблюдения и расследования, которая никогда не перестает служить и романисту. В действительности у Мопассана не было лучшего способа писать романы, придавая им объем, богатство перипетий и мельчайших наблюдений, как сочиняя многочисленные рассказы для газет, в которых он сотрудничал. Эти рассказы часто бывали ни чем иным, как заметками, выхваченными из действительности для предполагавшегося романа, и порой мы можем обращаться к ним как к первым наброскам законченных впоследствии глав и как к любопытным документам, «говорящим» о рождении композиции и обработке романа.

Этот особенность отчетливо заметна и в «Жизни». Мысль написать роман была не нова для Мопассана: она беспокоила его еще в первые годы его литературной карьеры. Мы помним, что еще в 1877 году он рассказывал матери, а потом своему учителю законченный план романа, разработка которого заняла его на долгое время. Есть ли что-нибудь общее между этим планом, приведшим в восторг Флобера, и законченным произведением, появившимся в 1883 году? Трудно сказать. Во всяком случае, есть тождественность замысла и подхода между этим романом и рассказами, которые Мопассан писал с 1880 до 1883 гг. Первому своему первому длинному рассказу автор «дал» ту страну, среди которой проснулась и развилась его способность к наблюдению. Действие «Жизни» целиком, за исключением эпизода свадебного путешествия, происходит в Нормандии. Можно сказать даже, что в романе, в котором эпизоды следуют друг за другом в таком количестве и так непоследовательно, как в действительной жизни, единство места создает и единство действия; автор успел так приучить нас к провинции Ко, представляя ее нам в качестве естественной и необходимой среды для его действующих лиц, что мы не отделяем событий от окружающего их пейзажа, и последний передает первым как бы частицу своей реальности. В настоящее время известно также, что есть реального в трагической простоте этого рассказа, и эпиграф «Смиренная истина» может быть оправдан при самом строгом подходе. Что касается замысла и общего плана книги, то не раз уже отмечалась аналогия его с замыслом рассказа Флобера «Простое сердце». Быть может, Мопассана соблазнила литературная форма, подсказанная ему примером учителя; но завязка, принадлежащая лично ему, представляет собой изложение ряда приключений, пережитых им с людьми, с которыми он встречался в ранней юности.

Некоторые эпизоды из «Жизни» встречаются и в сборниках рассказов. Воспоминания, впечатления, пейзажи и типажи Нормандии, дающие роману особый колорит, занимают в эту эпоху воображение автора и дают ему материал для рассказов. «Дом Телье», «Мадемуазель Фифи», написанные раньше «Жизни», «Сказки бекаса», вышедшие в следующем году, «Лунный свет» и «Сестры Рондо ли», вышедшие в том же году, полны нормандских мотивов, охотничьих приключений, описаний рыбной ловли, крестьянских проделок и шуток[213].

«Жизнь» печаталась на страницах газеты «Gil-Blas» (с 25 февраля по 6 апреля 1883 г.); успех был бесспорный и шумный: издательство Гавара, выпустившее роман в 1883 г., продавало уже в начале 1884 г. двадцать пятую тысячу экземпляров, и это — в период книжного кризиса[214]! Автор получил из Англии первую просьбу о разрешении перевода, за которой вскоре последовали аналогичные предложения из других стран Европы[215].

С этой минуты начинаются истинная слава и успех Мопассана. Наступила эпоха наибольшей его плодовитости: сборники рассказов и романы следуют один за другим непрерывно в течение шести лет; таким образом, имя автора и его произведения молниеносно завоевывают известность публики.

II