Читаем Герои Смуты полностью

Трубецкие испытывали особое благоволение царя Ивана Грозного и долго сохраняли свой статус служилых князей. Им, в отличие от других князей, разрешалось владеть вотчинами в родовом Трубчевске, от которого пошла их фамилия. Даже за князем Дмитрием Тимофеевичем Трубецким в 1613 году еще числились старые отцовские вотчины в Трубчевском уезде[209]. Старшие родственники князя Дмитрия Тимофеевича служили в опричнине, а затем в особом дворе Ивана Грозного. Князь Федор Михайлович Трубецкой стоял во главе дворовой Думы и «сказывал» в 1578 году боярство самому Борису Годунову[210]. Старший брат отца, Никита Романович, успел послужить в опричнине. Отец князя Дмитрия Тимофеевича, князь Тимофей Романович Трубецкой, начинал службу стольником при дворе Ивана Грозного в послеопричное время. Он миновал обычную для юных аристократов службу в рындах (царских оруженосцах), и ему сразу же доверили руководство дворянскими сотнями в походах Ливонской войны. В 1577 году Тимофей Романович со своим отрядом из детей боярских и татар опустошил земли в Ливонии. Вскоре после этого, в 1579 году, он возглавил уже большой полк под Нарвой. Имя князя Тимофея Романовича Трубецкого — конюшего царевича Ивана Ивановича — встречается в разряде свадьбы царя Ивана Васильевича с Марией Нагой осенью 1580 года. Братья Никита Романович и Тимофей Романович были пожалованы в московские дворяне и получили боярский чин почти сразу после восшествия на престол царя Федора Ивановича (не позднее начала 1585 года)[211].

Вся их карьера в Думе была связана с принадлежностью к «партии» Бориса Годунова, которому они верно служили со времени возвышения этого правителя Московского царства. Своим постоянным местническим спором с однородцами Голицыными Трубецкие помогали Годунову справляться с аристократическими притязаниями других князей Гедиминовичей. Бояре князья Никита Романович и Тимофей Романович оставались на стороне Бориса Годунова и в сложный момент попытки переворота, связанной с действиями князей Шуйских, стремившихся развести царя Федора Ивановича с царицей Ириной Годуновой и тем самым лишить царского шурина политического влияния. Трубецким даже достались кое-какие вотчины из «изменничьих животов» сторонников Шуйских. Отец князя Дмитрия Тимофеевича Трубецкого дерзнул, и вполне успешно, на местничество с самыми родовитыми Рюриковичами — князьями Скопиными-Шуйскими — в 1591 году. Борис Годунов, видимо, не раз опирался в своих расчетах и действиях на князей Трубецких, доверял им командование главным, большим полком Украинного разряда (самая высокая воеводская служба при охране южной границы от нашествия крымских татар). Именно князю Тимофею Романовичу Трубецкому было поручено разобрать громкое местническое дело 1600 года боярина Федора Никитича Романова, обвинения по которому стали прологом опалы на род Романовых. Его брат, князь Никита Романович, осенью 1604 года, в тяжелый момент войны с самозваным «царевичем Дмитрием», руководил успешной обороной Новгорода-Северского вместе с Петром Федоровичем Басмановым. Все эти факты позволили известному исследователю политической борьбы при Борисе Годунове Андрею Павловичу Павлову сделать вывод о «видном положении», которое занимали князья Трубецкие как «союзники» царя Бориса[212].

Последней службой князя Тимофея Романовича Трубецкого, попавшей в разряды, было участие во встрече датского королевича Иоганна — жениха Ксении Годуновой[213]. Следом за несчастным королевичем, скончавшимся в Москве, умер и отец князя Дмитрия. Перед смертью Тимофей Романович Трубецкой принял постриг (схиму) с именем Феодорит и был погребен в Троицесергиевом монастыре 12 ноября 1602 года[214]. У вдовы княгини Ксении Семеновны Трубецкой остались сыновья Дмитрий и Александр. Обширные земельные владения отца в Трубчевском и Рязанском уездах, приданная вотчина в Юрьев-Польском уезде, другие поместья и вотчины, в том числе в Московском уезде, перешли к князю Дмитрию[215]. Его записали в стольники, но служить он пока не мог. В момент сбора войска для борьбы с самозванцем он выставил отряд даточных людей — в Росписи русского войска 1604 года сказано: «Стольников: князя Дмитрея княж Тимофеева сына Трубетцково 25 чел[овек] конных»[216].

Эта запись, по сути, является первым упоминанием в источниках имени князя Дмитрия Тимофеевича Трубецкого. Она позволяет хотя бы приблизительно рассчитать время его рождения. В Росписи русского войска 1604 года встречаются также сведения о взимании даточных людей с других юных аристократов — стольника князя Ивана Андреевича Хвороетинина (14 конных) и князя Михаила Васильевича Скопина-Шуйского (56 конных). Показателем совершеннолетия Дмитрия Тимофеевича (как и князей Ивана Хворостинина и Михаила Скопина-Шуйского) стало начало службы при дворе царя Дмитрия Ивановича. Князь Дмитрий Трубецкой будет призван на службу царя Дмитрия в самом конце его царствования — следовательно, он был еще моложе, чем князь Скопин-Шуйский, дата рождения которого вычисляется приблизительно — 1586 или 1587 год.