Читаем Герой (ЛП) полностью

Остальные удивленно подняли брови, обескураженные этой претензией. Магистр Кейн одарил этого монаха совершенно удивительными вещами, сливаясь с ним и обучая, как истинного и настоящего ученика. Остальные тратили годы или даже десятилетия, чтобы постигнуть подобною мудрость. И, обыкновенно, их попытки оканчивались провалом.

Но Кейн отлично понимал, что именно имел в виду Афафренфер. Он кивнул, одаривая монаха искренней улыбкой.

— Прошло не так много времени, — умолял Афафренфер.

— Достаточно, чтобы понять, — сказал Кейн. — Мы сделали для Дзирта все, что могли. И этого не было достаточно, но что тут поделаешь? Настало время вернуть его домой.

— Да, Великий Магистр, — сказал Афафренфер с послушным поклоном. — Должен ли я сказать ему об этом?

— Нет. Сходи и приведи его, — Кейн развернулся и посмотрел на остальных. — Все вы. Я поговорю с Дзиртом наедине.

Когда они ушли, Кейн развернулся к двери в стене комнаты и тихо позвал. Ивоннель выступила из прохода, становясь перед ним.

— Я польщена вашим доверием, — сказала она.

— Я не слишком доверяю Джарлакслу или тебе, Ивоннель. Мне говорили, ты необычайно сильна.

— Тем не менее, вы приняли предложение Джарлаксла и позволили мне встретиться с вами в вашем доме.

Кейн пожал плечами.

— Потому что я не боюсь.

Ивоннель улыбнулась.

— Можете ли вы увидеть мою душу, Магистр Цветов? — спросила она.

— Я знаю, что у Дзирта есть много друзей, готовых умереть, чтобы спасти его, — ответил монах. — Мне кажется, Джарлаксл именно такой. И в этом случае, я думаю, что его цели прозрачны и верны. В любом случае, я не соврал моим братьям на счет нашего запутавшегося друга. Эта загадка, эта болезнь, которая так изуродовала сердце и самообладание нашего воинственного друга. Загадка и трагедия. Я не могу вылечить его, потому что…?

— Потому что он не может вылечить себя, — ответила Ивоннель, и, спустя момент, заинтригованный Кейн кивнул, соглашаясь.

— И ты веришь, что можешь сделать это? — спросил монах.

Ивоннель явно хотела кивнуть, но вместо того просто покачала головой. — Я не знаю этого наверняка. Но я хотела бы попробовать.

— Зачем?

И Ивоннель рассказала ему о проклятии, которое наложила на Дзирта. О том, как он удивил её тем, что избежал её ловушки исключительно благодаря силе воли и, возможно, чему-то еще, живущему глубоко в сердце. Она поведала монаху о её нынешних идеях, и о том, что, как она верила, было недостающим куском в изцелении Дзирта.

Кейн принял задумчивую позу.

— В мире есть два вида демонов, — пояснил он, вполне сознательно. — Один тебе хорошо известен. Ты ведь из Мензоберранзана и отлично знакома с Паучьей Королевой. Демоны Абисса. Имеющие физическую форму и даже богоподобные, в некоторых случаях.

Фырканье Ивоннель было показательным ответом.

— Но я говорю, что это ложь! — с большей долей уверенности и так непривычных для него эмоций провозгласил Кейн. — Это ложь, потому что боги, царящие над этими ложными существами — это мы. Они существуют лишь потому, что приходят к нам в наших кошмарах. Если никто не станет поклоняться им, никто не станет верить в них, никто не будет их бояться, они потеряют всякую силу. Увы, этого никогда не случится.

Некоторое время Ивоннель смотрела на монаха. Она казалась заинтригованной или, во всяком случае, не желающей отрицать сказанного им.

— Вы говорили о двух видах демонов, — напомнила она, обращаясь к монаху после долгого молчания.

— Других мы создаем сами, — пояснил Кейн. — Это демоны ненависти и страха, они очень сильны. Не имея телесной формы, они столь же осязаемы, как любое существо Абисса. Дзирт До’Урден оказался во власти демона страха. Он дал ему глубоко угнездиться в сердце и уме.

— И демон защищает себя, заставляя своего носителя бояться, — кивая, ответила Ивоннель. — Безумие Абисса вызвало в Подземье великий переполох и посеяла отчаяние, — добавила она. — Почти все, кто подвергся заражению, никогда не освободятся от запутанных мыслей. Потому что даже с помощью величайшего жреца, мага или псионика, их демон не даст им принять исцеление.

— Но Дзирт, возможно, особенный, — заметил Кейн.

Ивоннель только пожала плечами. Её ответ был неопределенным:

— В интересах моего народа найти способ исцелять это проклятие.

Она слышала столько историй о знаменитой дисциплине Дзирта До’Урдена. В Мензоберранзане многие из тех, кто знал его и его отца, тайно признавали, что Дзирт был одним из величайших мастеров оружия, известных городу. И хотя подобное не слишком ценилось, ведь мастера оружия, в конце концов, были просто мужчинами, Ивоннель Вечная, разумеется, знала, что по-настоящему дисциплинированный воин мог быть не менее эффективен и полезен, чем жрица или маг.

— А если твой план не сработает? — спросил монах.

— Тогда я заберу его домой, к Кэтти-бри и остальным, если мне будет дозволено, — угрюмо ответила женщина. — Если нет, то я отвезу домой его тело, и пусть друзья должным образом оплачут его смерть.

— А если ты не сможешь победить его? Не придется ли мне иметь дело с обезумевшим Дзиртом, который носится по Монастырю Желтой Розы?