Читаем Гении и прохиндеи полностью

И это было действительным выражением единства героя с народом, который и сам по себе был единым.

За три дня до чкаловской юбилейной даты, в день, так называемой независимости

России президент Путин выдавал очередные премии. И при этом, обращаясь к награжденным, сказал:

- Сегодня вы встретите праздник в кругу родных и близких. А для меня родные и близкие - все 145 миллионов граждан России.

Слова почти чкаловские, тоже о единстве. Но что мы видели, когда президент вручал премии? Кто их получил? Жрецы искусства той же масти, что и прежде:

Герой социалистического труда, мультилауреат Даниил Гранин, недавний сотрапезник президента во время поездки в Ленинград; великий эстрадный писатель Жванецкий, только что уже получивший какую-то премию от того же Путина; Константин Ваншенкин, совсем недавно получивший какой-то орден от того же Путина; орденоносная Галина Волчек; кинорежиссер Александр Митта, -кто тут русский? Почему-то среди награжденных на сей раз не оказался Хазанов, другой сотрапезник президента, а также Главный Московский раввин... Выступая с благодарственным словом от имени награжденных Жванецкий сказал:

- Раньше интересней было читать, чем жить. А теперь интересней жить, чем

читать...

Еще бы! Ужасно интересно жить, когда получаешь одну премию за другой, а читать такие статьи, как эта, совсем не интересно...

Это и есть, гражданин Путин, 145 миллионов ваших интересных родных и близких. Придёт время, вы еще и Березовскому примию дадите и расцелуете его.

Получил же от Ельцина какой-то орден Гусинский. А великороссы на это кротко взирают...

ЕСЛИ БЫ Я БЫЛ АЛЕКСАНДРОМ ПРОХАНОВЫМ

/к шестидесятилетию со дня рождения/

Что бы я предпринял, садя в высоком кресле главного редактора всемирно знаменитой газеты "Завтра" и вдыхая несказанный аромат своей собственной великой славы?

Прежде всего я регулярно учинял бы нежные экзекуции своим сотрудникам, в первую очередь - заместителям. Например, я заботливо спросил бы одного из них: "Ты на кого работаешь, голубь, когда сочиняешь хвалебную до небес статью о романе Георгия Владимова "Генерал и его армия", который тут же получает демократическую премию то ли Букера, то ли Пукера, то ли Какера?.. Ты кого поддерживаешь, ангел, подколодный, когда ставишь в номер стихи безвестного графомана, который, вишь ты, грозится, что, как Кутузов отступающих наполеоновских солдат, он заставит коммунистов жрать конину? Ведь тогда у нас в редколлегии состоял сам товарищ Зюганов, коммунист ( 1-бис. А таким комунистам, как Бушин, конина в охотку. Он еще весной 43-го года на фронте под Сухиничами жрал её, как и все братья-славяне в обмотках, так, что за ушами пищало. Где тогда был твой графоман?,. Ты кого прославляешь, болезный, когда захлебываешься от восторга по поводу позорной постановки в Малом театре деревянной пьесы Солженицына "Пир победителей". Шолохов писал о чей, что её форма "беспомощна и неумна", а если говорить о сути, то "поражает какое-то болезненное бесстыдство автора". Неужели для тебя творец бессмертного "Тихого Дона" меньший авторитет, чем сочинитель уже ныне, при его жизни, никем не читаемых гроссбухов? Да ведь и сам он еще в известном письме к Четвертому съезду писателей СССР в мае 1967 года отрекся от этой пьесы, а теперь видит , что власти-то никакой в стране не существует, никакого надзора за приличием нет, скоро без штанов ходить будут, и он полез на чердак, разыскал там замшелую рукопись, стряхнул полувековую пыль и с тем же болезненным бесстыдством помчался в Малый... Соображаешь ли ты, что делаешь, аспид, когда на первой полосе нашей газеты в День Красной Армии в одном ряду с портретами великих русских полководцев от Александра Невского до Георгия Жукова помещаешь - или не ты? - портрет адмирала Колчака? Да это же беспримесный американский наёмник! Почитай хотя бы. что писал о нем в "Нашем современнике" Вадим Кожинов. Он не только называет по именам его заокеанских советников и инструкторов, но и приводит дотошные цифровые данные о полученных из США военной техники и снаряжении: винтовки, пулеметы, пушки, шинели, связь...

И тут на месте А.Проханова я напомнил бы сотруднику газеты, которому втемяшилось украсить первую полосу праздничного номера портретиком несостоявшегося душителя русской свободы, одно место из книги Владимира Солоухина "Последняя ступень". Заглавие очень точное: в смысле литературного падения и тупоумной антисоветской злобности к сочинению действительно последняя ступень. В аннотации к сочинению автор назван "писателем-самородком", и уже это характеризует меру правдивости книги.

Солоухин окончил среднюю школу, техникум, литературный институт самородок! Так и Солженицына, так и Радзинского можно зачислить туда же Другое дело, что, кончив разного рода институты да университеты, они так и остались самоучками. Об этом и придется сказать.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Робот и крест
Робот и крест

В 2014 году настал перелом. Те великолепные шансы, что имелись у РФ еще в конце 2013 года, оказались бездарно «слитыми». Проект «Новороссия» провалили. Экономика страны стала падать, получив удар в виде падения мировых цен на нефть. Причем все понимают, что это падение — всерьез и надолго. Пришла девальвация, и мы снова погрузились в нищету, как в 90-е годы. Граждане Российской Федерации с ужасом обнаружили, что прежние экономика и система управления ни на что не годны. Что страна тонет в куче проблем, что деньги тают, как снег под лучами весеннего солнца.Что дальше? Очевидно, что стране, коли она хочет сохраниться и не слиться с Украиной в одну зону развала, одичания и хаоса, нужно измениться. Но как?Вы держите в руках книгу, написанную двумя авторами: философом и футурологом. Мы живем в то время, когда главный вопрос — «Зачем?». Поиск смысла. Ради чего мы должны что-то делать? Таков первый вопрос. Зачем куда-то стремиться, изобретать, строить? Ведь людям обездоленным, бесправным, нищим не нужен никакой Марс, никакая великая держава. Им плевать на науку и технику, их волнует собственная жизнь. Так и происходят срывы в темные века, в регресс, в новое варварство.В этой книге первая часть посвящена именно смыслу, именно Русской идее. А вторая — тому, как эту идею воплощать. Тем первым шагам, что нужно предпринять. Тому фундаменту, что придется заложить для наделения Русской идеи техносмыслом.

Андрей Емельянов-Хальген , Максим Калашников

Публицистика
Опровержение
Опровержение

Почему сочинения Владимира Мединского издаются огромными тиражами и рекламируются с невиданным размахом? За что его прозвали «соловьем путинского агитпропа», «кремлевским Геббельсом» и «Виктором Суворовым наоборот»? Объясняется ли успех его трилогии «Мифы о России» и бестселлера «Война. Мифы СССР» талантом автора — или административным ресурсом «партии власти»?Справедливы ли обвинения в незнании истории и передергивании фактов, беззастенчивых манипуляциях, «шулерстве» и «промывании мозгов»? Оспаривая методы Мединского, эта книга не просто ловит автора на многочисленных ошибках и подтасовках, но на примере его сочинений показывает, во что вырождаются благие намерения, как история подменяется пропагандой, а патриотизм — «расшибанием лба» из общеизвестной пословицы.

Андрей Михайлович Буровский , Вадим Викторович Долгов , Коллектив авторов , Юрий Аркадьевич Нерсесов , Сергей Кремлёв , Юрий Нерсесов , Андрей Раев

Публицистика / Документальное
Вечный слушатель
Вечный слушатель

Евгений Витковский — выдающийся переводчик, писатель, поэт, литературовед. Ученик А. Штейнберга и С. Петрова, Витковский переводил на русский язык Смарта и Мильтона, Саути и Китса, Уайльда и Киплинга, Камоэнса и Пессоа, Рильке и Крамера, Вондела и Хёйгенса, Рембо и Валери, Маклина и Макинтайра. Им были подготовлены и изданы беспрецедентные антологии «Семь веков французской поэзии» и «Семь веков английской поэзии». Созданный Е. Витковский сайт «Век перевода» стал уникальной энциклопедией русского поэтического перевода и насчитывает уже более 1000 имен.Настоящее издание включает в себя основные переводы Е. Витковского более чем за 40 лет работы, и достаточно полно представляет его творческий спектр.

Албрехт Роденбах , Гонсалвес Креспо , Ян Янсон Стартер , Редьярд Джозеф Киплинг , Евгений Витковский

Публицистика / Классическая поэзия / Документальное