Читаем Генерал Пядусов полностью

В упорных боях с численно превосходящими силами врага артиллеристы 19-го стрелкового корпуса, не щадя жизни, отстаивали каждый оборонительный рубеж, оказывали эффективную помощь стрелковым подразделениям. Вели огонь как с закрытых огневых позиций, так и прямой наводкой. Артиллеристам 28-го корпусного артиллерийского полка приходилось отражать атаки противника на их огневые позиции. «Когда в районе Энсо противник прорвался к орудиям 28-го армейского (корпусного. – Авт.) артиллерийского полка, батарейцы отразили их натиск огнем орудий, винтовок и ручных пулеметов. Первый дивизион капитана Аксанова отбил семь яростных атак врага. Командир батареи лейтенант Простяков двое суток находился на 80-метровой фабричной трубе, корректируя огонь своей батареи. Точным огнем было истреблено много живой силы и подавлена артиллерийская вражеская батарея[114]. 28-м артиллерийским полком командовал будущий Герой Советского Союза А. Г. Козиев[115].

В начале августа 1941 года гитлеровское командование под Ленинградом, перегруппировав силы и получив солидные подкрепления, снова перешло к решительным и, как ему казалось, завершающим действиям по захвату города.

Особенность нового наступления состояла в том, что на этот раз оно велось комбинированно, удар гитлеровских полчищ с южных направлений дополнялся ударом финских войск с севера. Еще в июле 100-тысячная Карельская армия финнов, достигнув побережья Ладожского озера, развернула наступление на петрозаводском, олонецком и сортавальском направлениях. Значительно уступая противнику в силах, оборонявшаяся здесь 7-я армия вынуждена была отходить.

На Карельском перешейке после прорыва финнов с сортавальского направления к Вуоксинской водной системе перед ними открылась возможность удара по флангу и тылу выборгской группировки 23-й армии.

Не можем не отметить, что управление артиллерией в оборонительных операциях летом и осенью 1941 года не всегда отвечало требованиям современного характера ведения войны. Недостатки в организации массированных, сосредоточенных и заградительных огней, отмечавшиеся еще накануне Великой Отечественной войны, в полной мере и с негативными последствиями выявились уже в ходе боевых действий. Это был общий недостаток для всех артиллерийских командиров и начальников в начале войны. Вероломное нападение фашистской Германии на Советский Союз поставило нашу армию (в том числе и артиллерию) в трудные условия и в отношении управления войсками. Штабы как органы управления формировались и обучались в ходе ведения высокоманевренных боевых действий войск. Штабы артиллерии фронтов и армий, как правило, были недоукомплектованы и не сработаны. С начала войны штабы не сумели в новых условиях обеспечить твердое, непрерывное и централизованное управление артиллерией[116]. Большой некомплект средств управления в артиллерийских частях и отсутствие органов управления при штабах артиллерии фронтов и армий еще более усугубляли трудности управления артиллерией. Нередко в связи с быстрым развитием боевых действий управление артиллерийскими частями утрачивалось. Поэтому наше командование лишалось возможности маневрировать артиллерией на поле боя с целью создания необходимых группировок ее на направлениях основных ударов наступавшего противника.

Управление огнем артиллерии в оборонительных операциях этого периода осуществлялось в основном командирами батарей, дивизионов и реже полков. Массированный огонь артиллерии в масштабе нескольких артиллерийских групп или всей артиллерии соединения применялся крайне редко. Следовательно, огонь артиллерии использовался распыленно и не давал таких результатов, которых можно было бы достигнуть при его массировании. Децентрализованное управление огнем артиллерии не позволяло использовать всех возможностей артиллерии.