Читаем Гавана полностью

– Винтовки с толстым дулом закупили в тридцатых годах специально для снайперской команды морской пехоты. И они хорошо ей послужили. В тридцать восьмом майор Шульц с помощью такой винтовки завоевал знаменитый Уимблдонский кубок. Наши оружейники довели «винчестеры» до ума и поставили на них оптический прицел «Юнертл 8Х». Каким-то образом у нас уцелело шесть штук. У этой самый кучный бой.

Эрл смотрел на вороненую сталь, светлое полированное дерево и понимал, что за этим оружием ухаживали с любовью. Из такой винтовки нужно было попадать в «яблочко» с тысячи ярдов.

– Ну, посмотрим, не забыла ли она, что такое «яблочко», – сказал Рэй.

– Черт побери, посмотрим, не забыл ли это я сам, – откликнулся Эрл.

Свэггер лег в позицию, и два ланс-капрала, видимо оружейники, наклонились и бережно подали ему винтовку. Ремень пришлось слегка отпустить, а потом затянуть потуже. Эрла учили, что ремень мешает стрельбе и вся сложность состоит в том, чтобы правильно затянуть его. Во время боя он никогда не стрелял из винтовки с ремнем, но тогда цели были намного ближе.

Потом пришлось отладить прицел, чтобы пространство за перекрестьем также оставалось хорошо видным. На это понадобилось время. Эрла ожидала неприятная новость: его зрение ухудшилось. Раньше ему не приходилось щуриться.

– Эрл, ты охотишься? – спросил Рэй, когда Свэггер распечатал бурую коробку с патронами из франкфуртского арсенала и начал заряжать винтовку.

– Да. Это мое любимое занятие. Весной взял сынишку за его первым оленем, но парень пожалел белохвостого.

– Не сомневаюсь, он будет таким же классным снайпером, как его отец.

– Надеюсь, ему никогда не придется стрелять в человека, – ответил Эрл.

Он передернул затвор (щелкнувший, как дверь сейфа), поерзал на месте, растянул занывшие мышцы и увидел в перекрестье черное яблочко мишени, находившейся в трехстах ярдах.

– Можешь не торопиться, Эрл.

Эрл сосредоточивался, пока не перестал чувствовать все остальное, кроме себя и винтовки. Потом его «я» исчезло и осталась только винтовка. Он навел винтовку на мишень и стал дожидаться, когда две черные линии сойдутся в самом центре темного пятна. Нужно было задержать дыхание таким образом, чтобы нажать на спусковой крючок в момент этого совпадения.

Винтовка выпалила, дернулась, дуло подпрыгнуло на пару дюймов, а потом опустилось на место. Он видел, как мишень исчезла; потом какие-то незнакомые люди просунули в отверстие спицу, а когда мишень снова появилась в поле зрения, Эрл увидел белую пробоину в левой нижней части мишени.

– Хороший выстрел, сэр. Пожалуйста, еще раз, – попросил один из младших капралов, сидевший на корточках и смотревший в бинокль.

Эрл сделал еще четыре выстрела; все пули угодили в левый нижний сегмент. Когда винтовку забрали, чтобы второй капрал отрегулировал прицел, Свэггер позволил себе немного расслабиться.

Получив винтовку обратно, Эрл сделал еще пять выстрелов. Пробоины сместились вправо, но по-прежнему находились ниже центра. Младший капрал снова взял винтовку, и после новой регулировки все пули попали в трехдюймовый центр мишени.

– Для расстояния в триста ярдов неплохо. Ты по-прежнему отличный снайпер, Эрл.

– Оказывается, что-то помню.

Стрельбы продолжались еще около часа. Молодые люди заставляли Эрла менять положение; мышцы, давно отвыкшие от такой нагрузки, слушались неохотно. Свэггер стрелял сидя, с колена и навскидку – последнее с более близкого расстояния.

– Хорошо чувствуете спусковой крючок, сэр? – спросил один из молодых людей.

– Туговат немного, – ответил Эрл. – Можно будет слегка ослабить?

– Да, сэр.

У него забрали винтовку, отсоединили от ложа и начали подкручивать крошечные двойные винтики. После этого жать на крючок стало немного легче. Эрл потребовал ослабить еще, и это было сделано. Измерения показали, что оптимальное для него давление на спусковой крючок составляет два фунта; после этого крошечные винтики замазали шеллаком, чтобы они не открутились из-за отдачи.

– Мы таки сделали из тебя снайпера, Эрл.

– Тогда уж заодно выкрасьте мне физиономию зеленой краской. Может, сойду за куст.

– Эрл с зеленой рожей… Это будет зрелище не для слабонервных.

В четыре часа «форд» вернулся. Офицеры были в накрахмаленной и отутюженной летней форме и сильно отличались от потных морпехов, которые провели на солнцепеке несколько часов.

Подходить они не стали. Просто припарковались и подождали.

Эрл следил за капралами, быстро и умело чистившими, смазывавшими и проверявшими винтовку. Дождавшись кивка, он положил винтовку и две бурые коробки с франкфуртскими патронами в специально захваченный футляр для охотничьего ружья, пожал хозяевам руки и пошел к своим провожатым.

– Эрл, надеюсь, ты знал, что делал, когда связался с этими типами, – сказал на прощание Рэй.

– Я тоже на это надеюсь, – ответил Свэггер.