Читаем Гайдзин полностью

Во-первых, я бы хотел принести вам свои глубочайшие соболезнования по поводу несчастной кончины вашего сына, коего я числил своим другом, а также коллегой. Во-вторых, обстоятельства и факты его брака и смерти изложены под присягой в официальном дознании, полная копия которого прилагается.

По моему убеждению, их бракосочетание на борту корабля является вполне законным — я обратился к главному стряпчему за официальным постановлением по этому вопросу.

Я глубоко убежден, что миссис Анжелика Струан ни коим образом не причастна к смерти своего мужа и не несет за неё никакой ответственности — факт, подтвержденный медицинским свидетельством, которое подписали доктора Хоуг и Бебкотт (оно является частью документов проведенного дознания) и которое, без сомнения, будет передано вам лично.

По моему глубокому убеждению, причиной смерти вашего сына стали раны, нанесенные ему во время неспровоцированного нападения на Токайдо, где он фактически и был убит. Король, или даймё, отдавший приказ о нападении, до сих пор не предстал перед судом. Я заверяю вас, что он не уйдет от правосудия.

По моему глубокому убеждению и личным наблюдениям, ваш сын был влюблен в мадемуазель Ришо до степени одержимости и склонял её к браку всеми мыслимыми для него способами. Она отвечала на его чувства самым достойным образом, являя нам образец истинной леди. Она храбрая молодая женщина, и все уверения в противном могут быть только ложью, распространяемой негодяями.

И последнее, по моему убеждению, ваш сын хотел быть похороненным в море, как и его дед. Его…

Сэр Уильям остановился на мгновение в нерешительности; все это время он подбирал слова с большой осторожностью. Он сформулировал свою мысль, потом тем же твердым, сильным почерком продолжил:

Его вдова упорно настаивала на том, что это должно быть сделано здесь, желая выполнить его последнюю волю (мы пока не обнаружили ни завещания, ни другого официального документа за его подписью, указывавшего бы на это), но я верю, что он хотел именно этого. Я отклонил просьбу вдовы и решил, что его останки должны быть отосланы в Гонконг к вам. — Он снова замешкался, перебирая в уме многочисленные варианты, потом написал: — Я настоятельно рекомендую исполнить эту просьбу. Остаюсь, мадам, вашим покорным слугой.

Некоторое время он раздумывал, потом подошел к буфету, налил себе бренди, выпил и снова сел к столу. Теперь он внимательно прочитал письмо. Дважды.