На следующий день вместе с представлением к высокой правительственной награде Степана Головко был отослан в политотдел дивизии комсомольский билет за № 15151236. А спустя некоторое время полк узнал, что отважный комсомолец посмертно награжден орденом Ленина.

Светлый образ Степана Головко навсегда остался в сердцах однополчан. Имя отважного воина-комсомольца часто упоминалось на собраниях, ветераны полка рассказывали о его подвиге всем, кто вливался в наши ряды. Иногда даже казалось, что вовсе и не умер он, этот славный простой парень, а шагает вместе с нами все дальше и дальше на запад.

Бросок за Лучессу

И увидел вдруг, что он седой.

Человеку было двадцать лет.

В прошедших сражениях многие офицеры полка выбыли из строя. В октябре, в бою за деревню Жваненки, был ранен командир первого батальона капитан Морозов. Вместо него из соседнего 963-го стрелкового полка прибыл капитан Василий Ильич Кряжев. Выбыл и майор Буланов. Еще в ходе наступления у него часто опухали ноги, но о болезни он никому не говорил. В ненастную осеннюю погоду майор сильно занемог и по настоянию врачей лег в госпиталь. Заместителем командира полка по политической части назначили майора Александра Ивановича Ведерникова — всесторонне подготовленного офицера. В армии Ведерников служил с 1930 года — сначала рядовым, затем окончил училище, командовал взводом, работал политруком роты, секретарем партийного бюро части. Войну начал с границы. В наш полк он прибыл после курсов политработников при Главном политическом управлении. Спустя некоторое время мы тепло простились и с капитаном Елиным. Владимир Григорьевич ушел от нас в другую часть. Парторгом полка стал капитан В. Г. Бушмилев, опытный политработник, познавший и горечь неудач, и радость наших первых побед под Ельней и Москвой. Но Василию Георгиевичу не повезло. В одной из вражеских бомбежек его тяжело ранило. Партийное бюро возглавил капитан П. К. Згоржельский. «Свой, доморощенный», — говорили о нем в полку. Петр Кузьмич был на редкость удачливым: из самых сложных, казалось бы, ситуаций выходил невредимым.

Однажды после боя он пришел в блиндаж прихрамывая. «Ранен?» — спросил комбат. «Да нет! Каблук оторвало, а фуражку взрывом отбросило. Искал — не нашел. А жаль: фуражка-то была ладная…» — сказал он так, словно опасности для жизни и не было вовсе.

Большие изменения произошли и среди командиров рот, особенно взводов.

Чтобы познакомить вновь прибывших офицеров с итогами боев, полковник Додогорский собрал их на командном пункте. Отметив боевые успехи подразделений, удачные формы партийной и комсомольской работы, он сосредоточил внимание на недостатках и на не решенных еще задачах. В частности, командир полка указал, что в период наступления были случаи, когда разведчики действовали недостаточно активно, брали контрольных пленных реже, чем требовалось. «Так воевать нельзя!» — заявил он и потребовал решительно улучшить организацию разведки. Додогорский отметил недостаточную маневренность подразделений при преследовании противника, неумение некоторых командиров использовать мелкие группы для дезорганизации вражеских тылов…

За время боев значительно обновился и комсомольский актив. Давно уже находился в госпитале Мурат Экажев. Его заменил такой же энергичный комсомольский работник Василий Ющенко. Почти полностью сменился состав ротных комсоргов. Одни выбыли из строя по ранению, другие стали парторгами или были выдвинуты на командные должности.

Новых комсоргов надо было учить практике работы. Семинары в условиях непрерывных боев и маршей мы, естественно, проводить не могли. Поэтому основное внимание уделялось непосредственному инструктированию. Члены комсомольского бюро полка, заместители командиров по политчасти, парторги батальонов в редкие часы затишья между боями помогали комсоргам организовывать беседы, выпускать боевые листки, советовали, как распределить среди комсомольцев поручения. Существенную помощь оказала и «Памятка комсоргу», изданная политотделом армии.

Быстрая смена обстановки требовала оперативных форм работы, личного примера комсорга. Все, что возникало в той или иной роте по почину комсоргов или актива, мы старались сделать достоянием других рот.

Большую помощь комсоргам рот оказывали коммунисты. Комбат Кряжев перед началом войны работал инструктором райкома партии. Он ценил партийно-политическую работу, занимался ею сам, давал парторгам и комсоргам практические советы. Отдавая командирам подразделений боевые приказы, Василий Ильич, как правило, приглашал парторгов и комсоргов. Поэтому актив здесь всегда был в курсе событий. Все это, вместе взятое, позволяло комсомольскому активу учиться организаторской и воспитательной работе в ходе боев.