Читаем Фонд полностью

Император Галактики и Властелин Вселенной откинул голову на подушки, чтобы заставить боль отступить. От их невесомой мягкости боль постепенно утихла, и, найдя удобное положение, он отдохнул немного. Потом с трудом сел и угрюмо осмотрел стены огромной спальни. Плохая комната для того, чтобы побыть одному, очень большая. Все комнаты были слишком велики.

Но лучше быть одному во время приступов болезни, чем терпеть ряженых придворных, их притворное сочувствие, их назойливое всепоглощающее занудство. Лучше оставаться одному, чем видеть эти непроницаемые маски, за которыми проглядывает лицемерное ожидание его смерти и расчеты на возможного наследника престола.

Те же мысли тревожили и его. У него было три сына: молодых, смелых, многообещающих, отважных. Куда они запропастились в эти плохие дни? Ждут, конечно. Каждый следит друг за другом. И все следят за отцом.

Он с трудом пошевелился. Теперь Бродриг просил аудиенции. Преданный, худородный Бродриг; преданный потому, что его дружно ненавидит вся придворная знать. И это было единственным, в чем они все были единодушны.

Бродриг — преданный фаворит. Как тут не быть преданным, если его самый скоростной в Галактике корабль превратится в развалины на следующий же день после смерти Императора.

Клеон II нажал на плоскую кнопку на подлокотнике своего дивана, и огромная дверь в конце комнаты стала прозрачной.

Бродриг прошел по пурпурному ковру и преклонил колени перед Императором, целуя его немощную руку.

— Как ваше здоровье, государь? — спросил Личный Секретарь с беспокойством.

— Жив пока, — резко, с раздражением ответил Император. — Если то, что каждый негодяй, умеющий прочесть медицинскую книгу, использует меня для своих бессильных экспериментов, можно назвать жизнью. Ведь если существует какое-нибудь химическое, физическое или атомное средство, пока еще не испробованное, то сейчас же какой-то ученый болван из приграничного королевства примчится, чтобы испробовать его на мне. И снова какая-то только что найденная книга, больше, правда, похожая на фальшивку, будет большим авторитетом!..

Еще мой отец заметил, — угрожающе бормотал он, — что нет ни одного двуногого, который мог бы определить болезнь, основываясь на увиденном собственными глазами. Нет ни одного, кто мог бы сосчитать пульс, не глядя при этом в старинную книгу. Я болен, а они называют это «неизвестным». За тысячелетия возникают все новые и новые болезни, а древние их не знали, и поэтому теперь это «неизлечимо». Древним надо было бы жить сейчас, или мне — тогда.

Император опустился до того, что грязно ругнулся, пока Бродриг почтительно молчал в ожидании.

Клеон сварливо спросил;

— Сколько их там ждет?

Бродриг ответил терпеливо:

— В Большом Зале собралось как обычно.

— Вот пусть и подождут. Я занят важными государственными делами. Пусть Начальник Охраны объявит об этом. Или нет, подожди. Не надо о государственных делах. Просто пусть объявит, что аудиенции не будет, и пусть при этом выглядит скорбно. Шакалы сразу же себя выдадут. — Император злобно усмехнулся.

— Ходят слухи, государь, — сказал Бродриг спокойно, — что вас беспокоит сердце.

Ухмылка Императора немного смягчилась:

— Если эти слухи спровоцируют какое-либо действие, будет больнее другим, чем мне. Ну, что ты хочешь? Давай, рассказывай.

Получив разрешение, Бродриг поднялся с колен и сказал:

— Это касается Генерала Бела Риоза, Военного Губернатора Сайвенны.

— Риоза? — Клеон II тяжело нахмурился. — Я не назначал его. Подожди, это тот, что несколько месяцев назад прислал донкихотское послание? Да, помню. Он просил разрешения начать наступление во славу Империи и Императора.

— Именно так, государь.

Император усмехнулся:

— Ты думал, что такие люди покинули меня? Он — атавизм, достойный любопытства. Что мы ему ответили? Кажется, ты этим занимался?

— Да, государь. Ему было предписано прислать дополнительную информацию и не предпринимать никаких шагов без согласования с нами.

— Хм… Довольно надежно. Кто этот Риоз? Он когда-нибудь был при дворе?

Бродриг кивнул и презрительно скривил рот:

— Он начал свою карьеру десять лет назад кадетом Охраны. Потом участвовал в деле Лемула Кластера.

— Лемула Кластера? Знаешь, я не совсем помню. Это когда один молодой солдат спас от столкновения два корабля? Что-то в этом роде… Хм… — Он досадливо потряс рукой. — Я не помню подробностей. Это было что-то героическое.

— Риоз был тем солдатом. Вскоре после этого он получил повышение и был назначен капитаном корабля, — сухо сказал Бродриг.

— А теперь он Военный Губернатор приграничной провинции, и такой молодой. Талантливый он человек, Бродриг!

— Но небезопасный, государь. Он живет прошлым; бредит стариной, вернее, мифами о ней. Сами по себе такие люди безопасны, но из-за странного отсутствия реализма они смешно выглядят в глазах других. Я знаю, что он полностью контролирует своих подчиненных и что он — один из самых популярных ваших генералов.

— Неужели? — Император размышлял. — Отлично, Бродриг. Я бы не хотел, чтобы мне служили одни невежды. Они не могут быть примером преданности.