Читаем Флэшбэк полностью

— Я пробуду здесь сутки. Меня можно найти в комнате номер двадцать шесть. Если кто-нибудь что-нибудь вспомнит, если кто-нибудь захочет поделиться какими-то предположениями, догадками, идеями… Буду рад выслушать. А вы подумайте о том, что странные события могут заканчиваться по-разному. Сейчас мы имели дело с хэппи-эндом… — мрачно закончил я. — Всем спасибо.

Я вернулся к экрану монитора. Синим цветом я обозначил спальню Хейруда и начертил маршрут, по которому его должны были перенести в комнату. Он спокойно пролежал в ней минут пятнадцать, во время которых молодые люди, выходившие сейчас из столовой, выламывали двери, рыдая в своих шлемах. Из рисунка следовало, что все бежали в отрезанный сегмент иной дорогой, ничей путь не пересекся с гипотетическим маршрутом таинственного спасителя. За спиной давно умолк шум передвигаемых стульев и возбужденные голоса команды. Я вздохнул и повернулся. Дон Вермилья ждал меня, опираясь о стену у двери. — Ноль? — утвердительно сказал он. — Почему? Хуже бы было, если бы не было этого одного лишнего.

— На твоем месте я не ожидал бы от этого следа слишком многого. Достаточно, чтобы к кому-то из девушек пришел кто-то с Базы Один.

— И сбежал, услышав сигнал тревоги? Хорошо же это свидетельствует о вашей лунной солидарности…

— А если, например, он ушел с не слишком существенного поста?..

Я сжал зубы и укоризненно посмотрел на Вермилью. В ответ он пожал плечами.

— Может, хочешь проехаться по поверхности? — предложил он.

— В гробу я видел вашу поверхность! — рявкнул я. — Иду к себе, дай мне приоритетный доступ к компу. Я не хочу, чтобы от меня что-то скрывали. Если у тебя есть сомнения, можешь поговорить с Гайлордом.

Я повернулся, едва не совершив пируэт, и зашагал, если это можно было назвать шагом, к себе в комнату. Когда около трех часов дня одна из девушек принесла мне обед, я успел ознакомиться с биографиями всех сотрудников базы, собрал их фотографии и отпечатки пальцев, добавив к этому подробный поминутный отчет компа о двадцати четырех часах до и после удара метеороида в купол. В моем досье оказались также два человека, прибывшие на Луну за семнадцать часов до тревоги и, к сожалению, до сегодняшнего дня не пересекавшие порога шлюза между базами. Около четырех я бросился на кровать, оттолкнулся от нее и, перекувырнувшись, врезался в стену. Давно уже я не был так зол, что, однако, не помешало мне быстро провалиться в сон.

* * *

Проснувшись, я обнаружил, что лежу с крепко сжатыми кулаками. Динамик откашлялся голосом Вермильи:

— Можно? — Судя по интонации, он повторял свой вопрос не первый раз.

— Можно, можно… — пробормотал я.

Идя в ванную, я взял с собой пустую бутылку и выбросил ее в утилизатор, затем сполоснул лицо под тонкой холодной струйкой, забрызгав одежду и почти всю ванную. Расшатанная нервная система никак не желала приходить в норму. Вермилья окинул меня оценивающим взглядом, явно размышляя, в состоянии ли я предстать перед очами Хейруда.

— Йолан тебя ждет, — медленно сказал он. — Хочешь пообщаться с ним один на один?

— А что? — рявкнул я. — Может укусить?

Вермилья не обратил на мои слова никакого внимания, так, как это умеют лишь некоторые женщины с долгим супружеским стажем. Он провел пальцами левой руки по тыльной стороне правой и сказал куда-то в пространство:

— Поговори с Энн Мидмент. Сама она к тебе не обратится. — Он повернулся и направился к двери, бросив через плечо: — Хейруда найдешь в комнате номер девять. На первом перекрестке свернешь налево, на следующем еще раз.

Он двигался весьма ловко, и шаги его отличались от земных, пожалуй, только некоторой плавностью. У меня же дело обстояло совершенно иначе. Если я шел нормально, меня подбрасывало высоко в воздух, а затем я раздражающе медленно опускался, то и дело заваливаясь вбок, вперед или назад. Приходилось идти медленно и осторожно, словно, цитируя слова поэта, «ступая по лезвию ножа». Он, правда, имел в виду свою ситуацию. А я что, черт возьми? Стиснув зубы, я добрался до перекрестка, не наткнувшись ни на кого, преодолел отрезок пути до следующего и свернул в левое ответвление. Схватившись за ручку двери с девяткой на табличке, я вдавил кнопку звонка. Дверь дернулась, едва не свалив меня с ног. Иногда бывают такие дни, когда даже простейшее движение может быть опасным. Я шагнул в комнату.

Йолан Хейруд сидел в кресле с высокой, расположенной на уровне колен подножкой. Он тотчас же продемонстрировал мне его в действии — оперся культями о подножку и, вытянув правую руку и держа левую на подлокотнике, подъехал ко мне.

— Добрый день. — Он крепко, словно клещами, стиснул мою ладонь. Кресло, управляемое едва заметными движениями левой руки, совершило разворот, одновременно откатившись на четверть метра назад. Хейруд показал правой рукой на обычное кресло: — Прошу… Выпьете чего-нибудь?

— Определенно! — Я сел и подождал, когда хозяин подъедет ко мне, катя рядом с собой небольшой бар. — Результаты моего расследования, — пояснил я, — столь ничтожны, что я охотно надрался бы и забыл обо всем.