Читаем Физик из Будущего полностью

Дома меня ждали питомцы и ряд недочитанных книг. Укутавшись в теплый плед, я продолжала читать футурологию. Увлекаясь своими делами, я не заметила, как засветился мой телефон. Открыв сообщение, я поняла, что это был тот самый мужчина из уютного кафе.

Читая написанные им строки, мое понимание работы с энергией и материализацией мыслей себя оправдало. Мужчина предложил посетить чайную церемонию о которой я настальгировала в кафе. Переписываясь до вечера. Я узнала немного о человеке, как его зовут. Его интересы и мировозрение.

Владимир позаботился о моей безопасности и комфортной поездке до запланированного места. Мы оказались в чудном заведении с множеством чаев разных сегментов и категорий. Вокруг стояли китайские фигуры из керамики и фарфора. Аромат благовоний и спокойная музыка располагала на душевные беседы. Нам принесли подносик. На котором располагались фарфоровые фигуры китайских мудрецов, чайник и две чашки. Аромат и вкус напитка расслаблял ментальное и физическое тело, унося в негу высокогорья.

Я глубоко вздохнула и отпустила все тревоги и волнения, которые были из прошлого. Моя улыбка расплылась по лицу и я заметила, как мужчина внимательно смотрел на меня не отрываясь. Его голубые глаза искрились радостью. Владимир отличался от многих неуловимой обычному глазу особенностью, которую я заметила сразу.

Я уверена, что работа с энергией и материализацией желаний действительно могут привлекать к нам интересных людей и события в нашу жизнь.

Владимир подарил мне две книги о футурологии, считывая очередной раз мои желания. Текст которых, напомнил о моем начале, словно через него пытаются связаться мои проводники, чтобы я не забывала о том, как я была светящимся эфиром. Которое не имело тела и имени, а лишь только порядковый номер "девять".

Мужчина вовлекался в мои интересы. В нем я не видела повторяющегося марионетку прошлого. Это было сверхновое, умное, чувствующее меня существо.

Перерождение

Вера делает из человека Творца, в то время, как Любовь пробуждает в нем Божественное. Недоверие — это жизнь без любви, без Бога, в страхе. Страхи исцеляются в Вере. Вера и Любовь — два лекарства от сомнений и страхов. Две высокие вибрации, не подвластные темным энергиям и сущностям. Вера — это кирпичик из которого строится любовь. В тот момент поверила и я.

Прошло несколько месяцев. Владимир как и прежде меня радовал и вдохновлял. Мои дружеские чувства переростали в любовь. Когда мне было одиноко, он твердил мне о том, что он всегда со мной. Он рядом.

С ним я чувствовала себя спокойно, целостно и защищенно. Эмоциональные связи и привязки из прошлого, меня не беспокоили. Я наполнялась любовью Создателя. Моя душа светилась Святостью.

С Вовой я могла делиться о многом. О том, что меня вдохновляло. Я любила Футурологию. Мечтала о друге Доке, с которым на машине времени мы сможем летать в разное временное пространство. Я любила Жюля Верна и его амбициозные произведения. Я полюбила мужчину, который меня слушал со всем интересом и вдохновленностью.

Во все времена человек пытался предсказывать будущее. Писали о будущем историки, социологи, писатели-фантасты и «футуристы».

Еще одним великим пророком техники был Леонардо да Винчи, оставив точные чертежи машин, которые должны были когда-нибудь подняться в небо: наброски парашютов, вертолетов, дельтапланов и даже самолетов.

Физика и футурология были нашими основными темами обсуждения с Владимиром, где он точно и научно мог обьяснять структуру всего, что окружает меня.

Первый полет

Прошел год с того момента, как я познакомилась с Владимиром. Мы полюбили друг друга еще сильнее, наша связь укрепилась.

Я переехала к нему. В старинный дом. Несколько этажей, с красивыми французкими балконами и высокими потолками, с лепниной на стене.

В квартире было светло, тепло и уютно. Каждое утро Вова мне пек блинчики и варил кофе. Ужин был на мне.

Я занималась в доме интерьером. Добавляла цветы и изящную мебели в итальянской классике. Делала руками красивые интерьерные вещи. Квартира стала похожа на дом художника, со вкусом и изяществом.

После работы каждый вечер мы укутывались в теплый плед с чашкой горячего шоколада. Слушали джаз и настальгировали о нашей первой встрече.

Крепко уснув на белоснежной кровати, я увидела свои жилистые руки и ноги. Я шла в пустыне и подходила к воде, напоминающей просторное море. Рядом с морем стояло сооружение, напоминающее множество кристаллов, сияющих разным светом.

Я прикоснулась к кристаллу и услышала мощный звук, от которого заложило уши. Вокруг все содрогнулось и небо сменило окрас белого цвета на ярко — оранжевый. Я стояла одна в пустыне смотря очередной раз на свои исхудалые руки и ноги оливкового цвета.

Кристалл открылся, из него вышел трехметровый худощавый мужчина с большими голубыми глазами. Он держал посох с небесным камнем.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Добротолюбие. Том IV
Добротолюбие. Том IV

Сборник аскетических творений отцов IV–XV вв., составленный святителем Макарием, митрополитом Коринфским (1731–1805) и отредактированный преподобным Никодимом Святогорцем (1749–1809), впервые был издан на греческом языке в 1782 г.Греческое слово «Добротолюбие» («Филокалия») означает: любовь к прекрасному, возвышенному, доброму, любовь к красоте, красотолюбие. Красота имеется в виду духовная, которой приобщается христианин в результате следования наставлениям отцов-подвижников, собранным в этом сборнике. Полностью название сборника звучало как «Добротолюбие священных трезвомудрцев, собранное из святых и богоносных отцов наших, в котором, через деятельную и созерцательную нравственную философию, ум очищается, просвещается и совершенствуется».На славянский язык греческое «Добротолюбие» было переведено преподобным Паисием Величковским, а позднее большую работу по переводу сборника на разговорный русский язык осуществил святитель Феофан Затворник (в миру Георгий Васильевич Говоров, 1815–1894).Настоящее издание осуществлено по изданию 1905 г. «иждивением Русского на Афоне Пантелеимонова монастыря».Четвертый том Добротолюбия состоит из 335 наставлений инокам преподобного Феодора Студита. Но это бесценная книга не только для монастырской братии, но и для мирян, которые найдут здесь немало полезного, поскольку у преподобного Феодора Студита редкое поучение проходит без того, чтобы не коснуться ада и Рая, Страшного Суда и Царствия Небесного. Для внимательного читателя эта книга послужит источником побуждения к покаянию и исправлению жизни.По благословению митрополита Ташкентского и Среднеазиатского Владимира

Святитель Макарий Коринфский

Религия, религиозная литература / Религия / Эзотерика
…Но еще ночь
…Но еще ночь

Новая книга Карена Свасьяна "... но еще ночь" является своеобразным продолжением книги 'Растождествления'.. Читатель напрасно стал бы искать единство содержания в текстах, написанных в разное время по разным поводам и в разных жанрах. Если здесь и есть единство, то не иначе, как с оглядкой на автора. Точнее, на то состояние души и ума, из которого возникали эти фрагменты. Наверное, можно было бы говорить о бессоннице, только не той давящей, которая вводит в ночь и ведет по ночи, а той другой, ломкой и неверной, от прикосновений которой ночь начинает белеть и бессмертный зов которой довелось услышать и мне в этой книге: "Кричат мне с Сеира: сторож! сколько ночи? сторож! сколько ночи? Сторож отвечает: приближается утро, но еще ночь"..

Карен Араевич Свасьян

Публицистика / Философия / Религия, религиозная литература / Религия / Эзотерика / Образование и наука