Читаем Фиолетовое пламя полностью

Рейз расстегнул ее платье и стянул вниз повязку.

— Господи, Грейс, — воскликнул он, освободив ее полные, роскошные груди с большими коралловыми сосками, — зачем же вы скрываете свою красоту?

Он нагнул голову, язык скользнул по ее коже, щекоча и поддразнивая. Грейс ахнула. А когда Рейз втянул ее сосок в рот, ласково посасывая, она вскрикнула.

Грейс чувствовала, как рука его нырнула ей под платье, скользнув по гладкому животу; только две тоненькие нижние юбки прикрывали его. Пальцы Рейза, легонько коснувшись ее бедер, с неумолимой настойчивостью скользнули ниже, сквозь ткань нащупав набухший, влажный бугорок. Он чуть крепче сжал пальцы.

Грейс запрокинула голову, глаза ее широко раскрылись. Он по-прежнему склонялся над ее обнаженной грудью, кончиком языка щекоча ее сосок. Пальцы его скользили по ее лону поверх мешавшей им ткани, потирая, поглаживая, пробираясь в самые потаенные уголки. Грейс вскинула руки и отчаянно вцепилась в его плечи Страх придал ей силы. Они должны остановиться!

Рейз поднял голову, рука замерла. Глаза его ярко блестели.

— Грейс… — сдавленно прошептал он.

— Пожалуйста, не надо, — взмолилась она отчаянно, задыхаясь.

Рейз тоже тяжело дышал. Мгновение он не двигался — Грейс поняла, что он борется с самим собой, — потом резко убрал руку и стянул вместе половинки ее лифа.

— Я сама! — крикнула Грейс, поворачиваясь к нему спиной. Он отодвинулся от нее и пересел на сиденье напротив. Руки ее дрожали. Она никак не могла застегнуть пуговки. Задыхалась и вся горела как в лихорадке, не зная, куда ей деваться от страха, и от смятения, и от стыда, и от такого отчаянного, невыносимого смущения. Она всхлипнула, безнадежно, беспомощно, обнаружив, что снова перепутала все застежки.

— О Боже!

— Позвольте мне, — сказал Рейз, он снова был рядом, его горячие ладони обхватили ее сзади за плечи. — Позвольте, я помогу вам.

Грейс чувствовала, что сейчас заплачен, и старалась удержаться. Его руки, такие страстные, такие мягкие и ласковые, вели ее к гибели.

— Все хорошо, Грейс, — сказал он. — Поверьте мне, все хорошо.

— Я ничего не понимаю, — с трудом проговорила она, уставясь на свои колени невидящим взглядом. Он обнял ее крепче.

— Ты — женщина, Грейс. Ты можешь прятаться и бежать от этого всю свою жизнь, но я — мужчина, и я не могу позволить тебе бежать от этого.

В ту ночь Грейс беспрерывно ворочалась, не в силах уснуть.

Она снова переживала каждое мгновение этого долгого дня, от бесплодных поисков работы и до того, как Рейз яростно встал на ее защиту, вырвав из рук матросов, до прогулки по реке, до потрясших все ее существо объятий в карете. На этом последнем воспоминании ее предательская память задержалась.

Слова его эхом отдавались у нее в ушах: «Ты — женщина… но я — мужчина… я не могу позволить тебе бежать от этого…»

Грейс быстро перевернулась на живот. Ну, разумеется, она женщина. Она и не думала убегать от этого. Тогда почему же это так тревожит, так смущает ее? И отчего некая частичка ее существа жаждет вновь оказаться в его объятиях?

Никогда еще в своей тщательно продуманной жизни она не чувствовала себя такой беспомощной, ни над чем не властной.

Она должна положить конец безумствам этого человека. Да, это единственный выход. Медленно,

Через силу она перенеслась мыслями на проблемы Натчеза, главной среди которых был шериф Форд.

Аллен говорил ей, что Форд насаждает законы силой и правит стальным кулаком. Это пугало ее, но не удивляло. В конце концов, человек, стоящий во главе отряда ночных мстителей, не может не прибегать к запугиванию и насилию. Как обуздать такого человека? Интересно, подумала Грейс, сколько на самом деле людей в городе поддерживают Форда, а сколько выступили бы против него, если бы не боялись заявить об этом вслух. Аллен полагал, что среди местных жителей есть такие, кто не согласен с действиями ночных мстителей. Нужно придумать, как поднять этих людей на борьбу.

Грейс перевернулась на бок, подложив руку под щеку. Оба они, и Аллен и Рейз, попытаются, конечно, остановить ее, заставить ничего не слышать, не видеть, не говорить о том, что происходит, но это им не удастся. Нужно каким-то образом помешать Форду закрепить свое правление, превратить город в царство ужаса и насилия. Необходимо прежде всего найти человека, который отважился бы выступить против шерифа. Человека, который не испугался бы его. Человека, который мог бы, если потребуется, окунуться в эту грязь и выйти из нее чистым и незапятнанным.

Такого, как Рейз Брэг.