Читаем Фикс полностью

– Но, полагаю, вы были в национальной программе по подготовке молодых спортсменов. Вас готовили к Олимпиаде. Вероятно, с малых лет. У вас идеальное атлетическое телосложение. Высокий рост, ни капли лишнего жира, прекрасная мускулатура. На протяжении нескольких лет вам вместе с другими подающими надежды юными спортсменами давали «Туринабол» или что-либо подобное. Из вас хотели создать что-нибудь вроде истинной арийской расы Гитлера. Однако дорога к вершинам в спорте очень узкая, даже несмотря на фармакологическую помощь. Я, как никто другой, хорошо знаю это по своей карьере в футболе. Успеха добиваются только лучшие из лучших, а кто чего сто́ит, становится ясно уже в юности.

– Он сошел с ума? – Элли посмотрела на Богарта.

Тот ничего не сказал.

– Но вы обладали для своих кураторов иной ценностью, – продолжал Декер. – Спортсменки из вас не получилось, однако вас можно было использовать в других целях.

– Это какой-то бред!

– Вас обучили английскому языку так, что вы стали говорить свободно, без тени акцента. Вам сфабриковали прошлое, которое вы заучили так, словно оно было вашим собственным. Сельский район Орегона. Много десятков лет назад. Оползень. Детский дом. Родных нет. Вы отправились на Восток, чтобы начать новую жизнь. Кто мог бы осудить вас за это? Вы устроились официанткой в кафе рядом с… с чем же еще? С АНБ. В кафе вы встречали многих, кто работал там, потому что кушать хочется всем. Вы остановили свой выбор на молодом Уолтере Дабни, и он заглотил очаровательную Элеонору вместе с крючком, леской и грузилом. Вскоре вы поженились. Ваш муж приносил работу домой, а вы ее воровали. Потом он ушел из АНБ и основал собственную фирму, и тут вы сорвали главный куш. Теперь он выполнял работы не только для АНБ, но и для других ведомств. В те дни, разумеется, защитные меры также существовали, но ничего похожего на то, что есть сегодня. Могу только предположить, что лежало в портфеле вашего мужа, когда он возвращался вечером домой. Мы всегда считали, что шпионом был ваш муж, но на самом деле это были вы.

– Как вы смеете оскорблять меня этой гнусной ложью перед могилой моего мужа! – вскочив со скамьи, воскликнула Элли.

Декер спокойно смерил ее взглядом.

– Теперь задача заключалась в том, как переправить эту сокровищницу разведданных туда, куда нужно. Но вы работали не в одиночку. У вас был куратор. – Он помолчал. – Анна Беркшир.

– Это она работала вместе с Беркшир? – воскликнул Богарт. – А не ее муж?

– Никто из нас ни с кем не работал! – пронзительно взвизгнула Элли.

– Когда дети были маленькие и у вас работала Сесилия Рэндолл, ответ был очевиден. Куклы. Вы переправляли информацию с помощью кукол. Не могу сказать, знала ли Рэндолл о том, что в них спрятано. Может быть, знала, а может быть, не знала. Полагаю, она ни о чем не подозревала, но я могу и ошибаться. Я хочу сказать, она оставалась у вас все эти годы, после того как дети выросли и разъехались. Дочь Рэндолл сказала, что вы о них заботились. Любопытно, что покажет пристальное изучение ее финансов? И ваших финансов? Как вам столько лет назад удалось купить этот особняк, когда ваш муж еще работал в АНБ? Дорогой «Порше»? Вы сказали ему, что получили большую компенсацию за оползень? Или наследство от дальнего родственника?

Элли собралась было уходить, но Богарт положил ей руку на плечо.

– Вы никуда не пойдете, миссис Дабни.

Высвободившись, она сказала:

– Вы меня арестовали? Если нет, я ухожу, связываюсь со своим адвокатом, и он вчинит всем вам иск!

– Мы вас задерживаем, на что у нас есть полное право, – твердо произнес Богарт.

Сверкнув глазами, Элли скрестила руки на груди и уставилась вдаль.

– После того как дети выросли и куклы стали бесполезными, – продолжал Декер, – полагаю, вы могли бы от них избавиться, но, возможно, побоялись, что кто-нибудь обнаружит потайные отделения. Лучше просто оставить их.

– Только из того, что вы это говорите, еще не следует, что это правда.

– Когда вы сообразили, что анаболики повинны в выкидышах и мертворожденных детях? И в проблемах с вашим здоровьем? А также во врожденных дефектах и бесплодии? Насколько я понимаю, у Джулис и Саманты неприятности по этой части.

– Мне это неподвластно. Тут все дело в… в генетике. Это совершенно естественно.

– Тут нет ничего естественного. Это все химия. Я недоумевал, почему у таких атлетических с виду людей отвратительное здоровье. И решил узнать все о первопричине. И узнал. О вас.

Элли медленно развернулась к нему лицом.

– Для вас это явилось самым настоящим потрясением, когда всплыли все эти неприглядные истории о Штази, о «Туринаболе». Препарат вызывает заболевания печени и почек, снижает плотность костной ткани, повышает содержание холестерина, вызывает астму – все это есть у вас, и вы принимаете соответствующие лекарства.

Поджав губы, Элли промолчала.

– А также это приводит к выкидышам и врожденным дефектам – таким, какие есть у ваших дочерей. И еще вы принимаете «Золофт» от депрессии. Понимаю, у вас постоянная депрессия…